1 2 >>

Константин Лидин
Счастье квест

Счастье квест
Константин Лидин

Каждый хочет быть счастливым. Но не у каждого получается. Однажды в конце декабря я провел внутреннюю инвентаризацию своих достижений за год – и вдруг понял, что за прошедшие месяцы ни разу не почувствовал себя счастливым. – Что-то тут не то, – подумалось мне. Надо разбираться в происходящем и принимать меры. Так дальше жить нельзя. А как? Книга психолога и культуролога Константина Лидина написана в редком жанре диалогов. Главный герой – путешественник во Времени и Пространстве – встречается с мыслителями различных стран и эпох, чтобы обсудить с ними сущность понятия счастья и все то, что мешает нам быть счастливыми.

Константин Лидин

Счастье квест

Каждый хочет быть счастливым. Но не у каждого получается. Однажды в конце декабря я провел внутреннюю инвентаризацию своих достижений за год – и вдруг понял, что за прошедшие месяцы ни разу не почувствовал себя счастливым. Бывало мне и лучше, и хуже, жизнь приносила некоторые удовольствия, и достижения вроде бы случались. Но ни одного (ни одного!) момента, который я мог бы уверенно назвать счастливым так и не произошло. За целый год.

– Что-то тут не то, – подумалось мне. Надо разбираться в происходящем и принимать меры. Так дальше жить нельзя.

А как?

Я попробовал самостоятельно разобраться в своих претензиях к жизни, но ничего хорошего не получилось. Что такое счастье? Каким образом я его чувствую и переживаю? Что такое «переживаю»? И что такое «чувствую»? Счастье – это, вроде бы, не мысль (нельзя сказать «я думаю счастье»). Но и не действие («я занят счастьем» – тоже не звучит). А что? Эмоция? А что такое эмоция?

Окончательно запутавшись в словах, я решил пойти другим путем. В прежние времена, до изобретения телефона и интернета, было принято странствовать в поисках ответа на сложные, неразрешимые вопросы. Когда человек чувствовал, что не может справиться с жизенно важным вопросом в одиночку, он пускался в путешествия и задавал свой вопрос встречным и поперечным. Выслушав множество мнений, он зачастую получал необходимый ответ – особенно если ему везло на умных собеседников.

Я быстренько изобрел небольшую машину пространства-времени и отправился в путешествие по эпохам и странам – выяснять вопросы о сущности счастья с великими философами и мыслителями. Моя машина времени, правда, получилась воображаемая, так что и великие мыслители существовали отчасти в моем воображении. Многим из них я приписал свои собственные мысли и суждения (право же, без злого умысла). Многие вопросы остались не до конца проясненными, они ожидают следующих моих странствий и встреч с мудрецами. Но беседы все-таки получились содержательные.

1. Сократик. Отличие эмоций от когниций и драйвов. Счастье как гармония трех начал в человеке и обществе

Первым делом я отправился в Древнюю Грецию. В пятом веке до нашей эры в Элладе образовалась удивительно высокая концентрация людей, любящих думать (по- древнегречески – философов).

Древние греки использовали метод логических рассуждений. Двигаясь от одного тезиса к другому, они ковали логическую цепь из высказываний, и этой цепью связывали вопрос и ответ. Считается, что великий философ Сократ изобрел метод последовательного задавания вопросов, шаг за шагом подводящих к конечному решению. Ученик Сократа Платон прославил этот метод, а ученик Платона Аристотель довел его до утонченного совершенства. С тех пор сам этот метод рассуждения называют сократическим, а тех, кто его использует – сократическими философами, или просто сократиками.

Кстати, древнегреческие философы вовсе не были такими величественными и важными, как они представляются сегодня. Сам Сократ в основном проводил время на улицах родных Афин (как и большинство греков того времени). Там он и устраивал свои публичные диспуты с учениками, соперниками-философами и просто с прохожими. Античный философ вообще гораздо больше похож не на ученого лектора, а на популярного блогера.

Говорит Сократик:

– Скажи мне, друг мой, случалось ли тебе слышать выражение «возьми себя в руки»?

– Да, конечно, – ответил я. – Я и сам себе так говорю довольно часто. Правда, не всегда получается следовать этому мудрому совету…

– Но разве это не значит, что в твоей душе одновременно присутствует два различных начала, одно из которых должно взять другое в некие руки?

– Да, точно, получается именно так.

– Правильно ли будет заметить, что одно из этих различных начал твоей души имеет характер нетерпеливый и жаждущий, а второе – разумный и воспитанный?

– Да, это правда. Брать себя в руки приходится, когда чего-то сильно хочешь, но прямо сейчас это получить нельзя или неприлично, и надо терпеть.

– Назовем первое из названных нами начал Вожделением, а второе – Разумом. Верно ли будет сказать, что противоречие и напряжение между ними сопровождает любое действие, подобно тому, как при стрельбе из лука одна рука стрелка тянет тетиву к себе, а другая его рука толкает лук от себя?

– Да, это ты хорошо сказал. Действительно, похоже.

– Теперь давай разберемся, какое место занимают переживания между этими двумя началами. Бывает ли так, что удовлетворение вожделений доставляет радость и наслаждение?

– О, еще как бывает!

– А бывает ли, что радость и удовольствие ты получаешь от того, что разумным усилием сдерживаешь вожделение, и заставляешь себя проявлять достоинство и терпение?

– Да, и так бывает. Пожалуй, радость и гордость от сдержанного поведения бывает даже сильнее и глубже, чем от простого удовлетворения вожделений.

– Итак, не правильно ли будет сказать, что радость и гордость не принадлежат ни к Вожделеющему, ни к Разумному началу нашей души, но могут сопровождать и то, и другое?

– Да, ты прав!

– А можно ли сказать то же самое и про другие переживания и эмоции? Может ли ярость окрасить как Вожделение, так и сдерживание его посредством Разума? Однажды я проходил мимо места казней. Там, у палача валялись трупы казненных и уже, как обычно, собрались афинские зеваки. Я почувствовал ужасное отвращение, но в то же самое время мне нестерпимо захотелось поглядеть. Колеблясь и запинаясь на каждом шагу, ожесточенно споря сам с собой и разрываясь между противоречивыми желаниями, я топтался на месте. В конце концов я полез в толпу и яростно бормотал, обращаясь к собственным глазам: «Нате, любуйтесь, если вам этого так уж хочется!..». Позже я узнал, что Платон вставил этот эпизод в один из своих диалогов.

Может ли печаль или интерес сопровождать и удовлетворение желаний, и отказ от их удовлетворения? Все ли эмоции таковы?

– Да, таково свойство всех эмоций, нельзя с этим не согласиться.

– Значит, эмоции образуют третье начало в нашей душе, не совпадающее ни с Вожделением, ни с Разумом?

–. Нет, с этим я не могу согласиться. Разве бывает Разум без Эмоций? Даже если мне кажется, что я размышляю абсолютно бесстрастно, «с холодной головой» – на самом- то деле достаточно немного покопаться в себе, чтобы обнаружить тревожность или чувство долга или еще какую-то эмоцию. А что уж говорить про Вожделения!

– Ты совершенно прав, три начала в нашей душе не существуют порознь, одно без другого. Но что нам мешает разделить их мысленно, только в нашем рассуждении? Так мы сможем изучить свойства каждого из трех начал, не рискуя запутаться в подробностях повседневного их проявления.

– Что же, если таков мыслительный прием, я согласен его применить. Посмотрим, что у нас получится.

– Представь себе Вожделения, лишенные Эмоций. Скажем, ты почувствовал голод и поел, никак не сопровождая эмоциями ни то, ни другое. Что получится?

– Как-то не по-человечески получается. Как камень: его бросили – он и летит. Упал – и лежит, пока опять не бросят.

– Можно ли представить себе человека, которым управляют Вожделения, лишенные Эмоций, среди других людей?

– Вряд ли. С ним и поговорить-то не о чем. Какой-то автомат…

– Теперь представим себе Разум без Эмоций. Скажи, где такой Разум будет брать цели для своих усилий? Сущность Разума заключается в поиске способов, путей решения тех или иных задач. Разум всегда отвечает на вопрос «Как сделать?», и никогда – «Зачем делать?»

– Что ты такое говоришь? Разум ставит высшие цели, самые прекрасные и разумные! Например, сделать счастливыми всех людей на Земле – разве это не разумная цель?

– А разве мы не договорились, что счастье по сути своей не относится к сфере Разума? В твоем примере как раз и получается, что Эмоции ставят цель, а Разум ищет путей для их достижения.

– Да, звучит убедительно. Но подожди, а если цели Разуму будут ставить плохие, отрицательные эмоции? Разве не получится, что под действием плохих Эмоций Разум наделает плохого?

– Какие же эмоции ты называешь плохими, а какие – хорошими?

– Это и ребенку понятно! Радость – эмоция хорошая, а печаль – плохая. Если человек смеется от радости – это хорошо. Если плачет от горя – это плохо.

– Вот как? А скажи, случалось ли тебе бывать на собрании достойных людей в память об умершем человеке, которого при жизни любили и уважали?

– Да, случалось.

– Если талантливый оратор скажет на таком собрании речь, вызвав у присутствующих печаль и горе по умершему – так, что самые чувствительные даже заплачут, скажешь ли ты, что это была хорошая речь?

– Конечно.
1 2 >>