World of Warcraft. Повелитель кланов
Кристи Голден

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 >>
– Пап, – выпалила она, – если он ребеночек, то почему вы пытаетесь кормить его мясом?

Оба взрослых изумленно уставились на девочку.

– Что ты хочешь сказать, малышка? – спросил Таммис серьезно.

Тарета указала пальцем на брата, сосущего материнскую грудь.

– Дети едят молочко, как Фаралин. Если мама маленького орка умерла, значит, он не может пить ее молочко.

Таммис несколько секунд глядел на дочь, а затем на его усталом лице медленно появилась улыбка.

– Устами младенца… – прошептал он, а затем прижал Тарету к себе так крепко, что та пискнула.

– Таммис… – тревожно одернула его Кланния.

– Дорогая, – произнес он, придерживая Тарету одной рукой, а второй потянулся к жене через весь стол. – А ведь Тари права! Какими бы варварами орки ни были, они тоже кормят своих детей, как и мы. Судя по всему, орочьему детенышу не больше пары месяцев. Неудивительно, что он не ест мяса. У него даже зубки еще не прорезались… – Он замялся, но Кланния побледнела, будто уже знала, что он собирается сказать.

– Ты ведь не… ты не можешь просить меня…

– Подумай, что это принесет нашей семье! – воскликнул Таммис. – Я прослужил Блэкмуру десять лет и никогда еще не видел его настолько увлеченным. Если орк выживет благодаря нам, у нас будет все, о чем только можно мечтать!

– Я… я не могу, – запинаясь, проговорила Кланния.

– Не можешь что? – спросила Тарета, но никто не обратил на нее внимания.

– Пожалуйста! – взмолился Таммис. – Это совсем ненадолго.

– Они – чудовища, Там! – вскричала Кланния. – Чудовища! А ты… ты хочешь, чтобы я… – она прикрыла лицо рукой и зарыдала.

Младенец невозмутимо продолжил сосать грудь.

– Пап, почему мама плачет? – с тревогой спросила Тарета.

– Я не плачу, – глухо ответила Кланния. Затем вытерла лицо и вымученно улыбнулась. – Видишь, милая? Все хорошо. – Посмотрела на Таммиса и сглотнула комок в горле. – Твоему папе от меня кое-что нужно, вот и все.

Когда Блэкмур услышал, что жена Таммиса согласна кормить умирающего орка молоком, семейство Фокстонов осыпали подарками. Дорогие ткани, свежие фрукты, отборное мясо, лучшие восковые свечи – все стало регулярно появляться перед дверью каморки, где они ютились. Впрочем, из каморки семейство вскоре перебралось в комнату попросторнее, а затем – в еще большее жилище. Таммис Фокстон получил собственную лошадь – прекрасную гнедую, которую он назвал Огнеледи. Кланния, к которой теперь обращались не иначе как «госпожа Фокстон», больше не работала на кухне, а проводила дни и ночи со своими детьми и ухаживала за маленьким орком, которого Блэкмур туманно называл своим «особым предприятием». Тарета носила приличную одежду и даже занималась с учителем – дотошным, но добрым мужчиной по имени Джарамин Скиссон, который наставлял ее в чтении и письме, будто настоящую леди. Правда, ей не дозволялось говорить о маленьком существе, которое жило с ними весь год и которое, когда Фаралин умер от лихорадки, стало единственным младенцем в их доме.

Однажды, когда Тралл уже научился самостоятельно есть мерзкое месиво из крови, коровьего молока и овсянки, в дом явились трое вооруженных стражников и вырвали малыша из рук Тареты. Девочка кричала и протестовала, но единственным ответом на все ее мольбы стала лишь грубая пощечина.

Чтобы успокоить дочь, Таммис взял ее на руки и поцеловал бледную щечку в том месте, где еще виднелся красный отпечаток ладони. Спустя некоторое время Тарета затихла и, будто послушное дитя, которым всегда хотела казаться, дала слово никогда не упоминать о Тралле иначе, кроме как в самых общих чертах.

Но вместе с этим она поклялась никогда не забывать об этом странном создании, почти ставшем для нее младшим братом.

Никогда.

– Нет-нет. Вот так, – Джарамин Скиссон встал за спиной ученика. – Держи, чтобы пальцы были здесь… и здесь. О, вот так лучше. А сейчас двигай им… как будто это змея.

– А что такое змея? – спросил Тралл.

Ему было всего шесть лет, однако он лишь немного уступал в росте своему учителю. Его крупные неловкие руки не могли правильно держать тонкий стилус, а глиняная табличка то и дело выпадала из его рук. Но юный орк был упрям и не собирался сдаваться, пока не освоит букву, которую Джарамин называл «Эс».

Глаза Джарамина мигнули за толстыми линзами очков.

– О, конечно, – сказал он скорее себе, чем Траллу. – Змея – это рептилия, у которой нет ног. Она похожа на эту букву.

Поняв, о чем говорит учитель, Тралл просиял.

– Как червяк, – сказал он. Мальчик частенько лакомился этими мелкими существами, когда они пробирались в его камеру.

– Да, она похожа на червяка. Попробуй еще раз, но теперь сам.

Чтобы сосредоточиться, Тралл даже высунул кончик языка. На глине возникла неровная закорючка, но он считал, что в ней вполне узнается буква «Эс», и, довольный собой, протянул табличку Джарамину.

– Очень хорошо, Тралл! Думаю, теперь нам пора приступать к цифрам, – произнес учитель.

– Но сначала тебе нужно научиться драться, а, Тралл?

Мальчик поднял голову и увидел в проходе стройную фигуру своего хозяина, лейтенанта Блэкмура. Тот вошел в камеру, и Тралл услышал, как снаружи щелкнул дверной замок. Юный орк никогда не пытался сбежать, но стражники, казалось, постоянно ожидали от него чего-то подобного.

Тралл в тот же миг пал ниц, как его учил Блэкмур. Когда его ласково потрепали по голове, он сообразил, что ему разрешено встать. Поднявшись на ноги, он вдруг почувствовал себя еще более крупным и неуклюжим, чем обычно. Затем уставился на сапоги Блэкмура, ожидая, что сообщит ему хозяин.

– Как его успехи? – спросил Блэкмур у Джарамина, будто Тралла и не было рядом.

– Очень неплохо. Я и не думал, что орки настолько смышленые, но…

– Он смышленый не потому, что он орк, – перебил его Блэкмур, и голос его звучал так резко, что Тралл вздрогнул. – Он смышленый потому, что его учат люди. Никогда не забывай об этом, Джарамин. И ты тоже. – Носки сапог повернулись к Траллу. – Ты тоже не забывай.

Тралл неистово закивал.

– Посмотри на меня, Тралл.

Юный орк сначала замешкался, но затем поднял голубые глаза, и Блэкмур буквально впился в них взглядом.

– Ты знаешь, что означает твое имя?

– Нет, сэр, – голос Тралла звучал грубо даже в его собственных ушах и был куда ниже мелодичной речи людей.

– Оно означает «раб». Оно означает, что ты принадлежишь мне. – Блэкмур шагнул вперед и больно ткнул орка указательным пальцем в грудь. – Оно означает, что ты – моя собственность. Понятно?

Несколько мгновений Тралл пребывал в таком потрясении, что не мог ничего ответить. Его имя означало раб? Оно звучало так приятно, когда его произносили люди. Он подумал, что это, должно быть, хорошее, достойное имя.

Затянутая в перчатку рука Блэкмура отвесила орку пощечину. И хотя лейтенант как следует размахнулся, кожа у Тралла была настолько толстой, что орк почти ничего не почувствовал. И все же поступок лейтенанта больно ранил Тралла. Господин ударил его! Большая рука с коротко остриженными черными когтями поднялась, чтобы ощупать щеку.

– Отвечай, когда к тебе обращаются! – рявкнул Блэкмур. – Ты понимаешь, что я только что сказал?

– Да, господин Блэкмур, – еле слышно прошептал Тралл.

– Прекрасно. – Сердитое лицо Блэкмура озарилось улыбкой одобрения. Зубы его казались ослепительно белыми в обрамлении черной бородки. И сразу же все вновь стало хорошо. Тралл почувствовал, как по его телу разлилось облегчение. Губы орка растянулись в попытке скопировать улыбку господина. – Не делай так, Тралл, – сказал Блэкмур. – От этого ты выглядишь еще уродливее, чем есть на самом деле.

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 >>