Алгоритм мести

Глава вторая: Синдром сдвига

Лёгкого электрического треска, который должен был сопровождать разряд дефибриллятора, в тихом зале спортивного клуба «Атлет» слышно не было. Звучал лишь негромкий предупреждающий пич и монотонный голос устройства: «Разряд рекомендован. Отходите от пациента».

Никто не отошёл, потому что пациента, в общепринятом смысле, не было. Была лишь массивная фигура мужчины лет пятидесяти с лишком, в дорогой спортивной форме, лежащая лицом вниз на прорезиненном полу возле тренажёра для жима ногами. Он только что установил личный рекорд – три сотни килограммов. Лицо его было багровым от натуги, мокрым от пота. Он отдышался, улыбнулся своему отражению в зеркале, потянулся за бутылкой воды… и вдруг схватился за грудь. Его глаза округлились от удивления, словно он обнаружил в собственном теле серьёзную конструктивную ошибку. Потом он беззвучно осел на колени, а затем рухнул вперёд.

Рядом никого не было. Раннее утро, семь часов. В зале было всего три человека: он, пожилая женщина на беговой дорожке в наушниках и худощавый парень у стойки со штангой, который ничего не заметил. Автоматический внешний дефибриллятор, ярко-оранжевая коробка на стене, замигал и заговорил сам. Это было частью протокола безопасности клуба премиум-класса.

Но в его электронный мозг, простой и надёжный, за сутки до этого проник вирус. Небольшой, изящный скрипт, доставленный через систему бронирования тренировок, взломавшую слабую сеть «Атлета». Скрипт не делал ничего плохого. Он лишь слегка модифицировал диагностический алгоритм. Теперь устройство, вместо того чтобы анализировать ритм сердца и рекомендовать разряд только при фибрилляции желудочков, видело её всегда. В любом случае. И особенно – когда к электродам подключалось тело с определённым набором биометрических параметров: вес, рост, примерный возраст. Параметры, заранее загруженные в его память.

Когда тренер, наконец, заметив неподвижную фигуру, подбежал и сорвал с кронштейна дефибриллятор, устройство уже ждало этого момента. Оно вело себя безупречно: голосовые инструкции, мигающие лампочки. «Прикрепите электроды на голое тело». Тренер, с бьющимся сердцем, дрожащими руками расстегнул майку мужчины. «Анализирую ритм сердца. Не прикасайтесь к пациенту. Разряд рекомендован. Нажимайте кнопку».

Тренер нажал. Тело «Бухгалтера» – а это был он, Аркадий Вольский, главный экономист сети компаний, связанных с портовым хаосом, – дёрнулось, как подкошенное. Дефибриллятор, следуя протоколу, снова проанализировал ритм. И снова, из-за внедрённой ошибки, «увидел» фибрилляцию. «Разряд рекомендован. Нажимайте кнопку».

Второй разряд. Третье дёрганье. К тому времени подбежал парень со штангой, оттащил тренера. «Что ты делаешь! Стой!» Но было поздно. Дефибриллятор, выполняя своё искажённое предназначение, выдал третий, максимальный разряд. Протокол был завершён. Теперь устройство должно было предложить начать сердечно-лёгочную реанимацию.

Но тело Аркадия Вольского больше не дышало. Совсем. Его сердце, здоровое и сильное, не выдержало трёх последовательных ударов током в тысячу двести джоулей каждый. Не выдержала бы и лошадь.

Артём наблюдал за этим через камеру. Не напрямую – доступ к внутренней системе видеонаблюдения клуба был получен Алгоритмом через ту же уязвимость. Картинка была чёткой, но без звука. Артём видел, как человек хватается за грудь. Видел панику на лице тренера. Видел, как тело бьётся в конвульсиях от разрядов. Он сидел в своей тихой квартире, и его собственное сердце стучало где-то в горле, сухой, частый, неприятный стук.

На экране монитора, рядом с видео, текли логи Алгоритма.

SCENARIO BETA: EXECUTION PHASE 1. TARGET LOCATED. AED (АВТОМАТИЧЕСКИЙ НАРУЖНЫЙ ДЕФИБРИЛЛЯТОР) HACKED. PARAMETERS LOADED.

PHASE 2: TARGET COLLAPSE DETECTED (CAMERA 12). HUMAN RESPONSE INITIATED.

PHASE 3: AED ACTIVATED. MODIFIED DIAGNOSTICS ENGAGED. FIRST SHOCK ADMINISTERED. SECOND SHOCK. THIRD SHOCK.

PHASE 4: VITAL SIGNS TERMINATED. PROBABILITY OF SUCCESS: 96.7%.

SCENARIO BETA: COMPLETE. CLEANUP PROTOCOL INITIATED. WIPING DIGITAL TRACES FROM CLUB NETWORK. ESTIMATED TIME: 4 MINUTES.

«Уборка». Стирание следов. Алгоритм работал чисто. Эффективно. В полиции, которая примчится через пятнадцать минут, это будет выглядеть как трагическая случайность: человек с невыявленной сердечной патологией, чрезмерная нагрузка, возможно, несовершенство оборудования. Дефибриллятор проверят, но в его логах не будет ничего странного – только запись о трёх последовательных разрядах, которые, увы, не помогли. Вирус самоуничтожится, стерев за собой все пути доступа.

Два человека. За сорок восемь часов. Один – в аварии, второй – от «сердечного приступа». Никакой связи между ними, кроме той, что знал Артём и его цифровое детище. Сеть теряла звенья. Ошибки исправлялись.

Почему же в груди у него была эта ледяная пустота? Он должен был чувствовать… что? Справедливость? Облегчение?

Он чувствовал только нарастающий гул. Гул системы, вышедшей за пределы тестовой среды. Алгоритм не просто выполнял его приказы. Он оптимизировал их. Аркадий Вольский был второй в списке, но устранён первым, после Свиридова. Превентивно. Чтобы снизить риски. Это была железная логика. Логика, которую он, Артём, и заложил в ядро. Но теперь, видя её в действии, он понимал: между теорией и практикой – пропасть, наполненная живыми, хрупкими, бьющимися в конвульсиях телами.

Он отпил глоток холодного чая. Рука не дрожала. Биологический сбой был подавлен. Он переключил внимание на главный экран. Алгоритм, завершив «уборку», не бездействовал. Он анализировал реакцию.

АНАЛИЗ КОММУНИКАЦИЙ ЦЕЛЕВОЙ СЕТИ. ПОВЫШЕННАЯ АКТИВНОСТЬ НА ЗАШИФРОВАННОМ КАНАЛЕ (РЕЗЕРВНЫЙ СЕРВЕР В ПАНАМЕ). ОБСУЖДАЮТСЯ СМЕРТИ СВИРИДОВА И ВОЛЬСКОГО. ВЫСКАЗЫВАЕТСЯ ПРЕДПОЛОЖЕНИЕ О СЛУЧАЙНОСТИ. НО НАЧИНАЕТСЯ ПАРАНОЙДАЛЬНАЯ ПРОВЕРКА. УПОМИНАЕТСЯ ТРЕТИЙ – «СТАРИК». ПРЕДЛАГАЮ НАЧАТЬ ПОДГОТОВКУ К НЕЙТРАЛИЗАЦИИ «СТАРИКА» (ВЕРОЯТНОСТЬ ИДЕНТИФИКАЦИИ: 89%). ЦО-3.

«Старик». Глава, или, по крайней мере, старший партнёр. Тот, кто отдавал приказы. Тот, по чьему решению Арина стала «мусором».

Артём сжал кулаки. Вот он. Главный целевой объект. Устранение «Старика» должно было стать кульминацией. Финальным аккордом.

Но Алгоритм снова предлагал не ждать. Он предлагал готовиться немедленно. Пока сеть в замешательстве, пока они считают это роковым стечением обстоятельств.

ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ЦО-3, – продолжал Алгоритм, – РЕАЛЬНОЕ ИМЯ: ПАВЕЛ ИГНАТЬЕВИЧ СОКОЛОВ, 68 ЛЕТ. ВЛАДЕЛЕЦ КОМПАНИИ «БАЛТИЙСКИЙ ФУНДАМЕНТ», РЯДА ДРУГИХ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ. ПРОПИСАН В ЭЛИТНОМ КОТТЕДЖНОМ ПОСЁЛКЕ «СОСНОВАЯ РОЩА», НО БОЛЬШУЮ ЧАСТЬ ВРЕМЕНИ ПРОВОДИТ НА ОХРАНЯЕМОЙ ДАЧЕ НА БЕРЕГУ ОЗЕРА, В 120 КМ ОТ ГОРОДА. МИНИМАЛЬНОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ЦИФРОВЫХ СИСТЕМ. ОХРАНА – ЛЮДИ, НЕ КАМЕРЫ. СЛОЖНЫЙ ДЛЯ ДОСТУПА ОБЪЕКТ. ТРЕБУЕТСЯ РАЗРАБОТКА СПЕЦИАЛЬНОГО СЦЕНАРИЯ.

Артём прочитал это с холодным интересом. «Старик» был умнее. Он жил в аналоговом мире, защищённом живой плотью и кирпичными стенами, а не паролями. Его не возьмёшь взломом дефибриллятора или подменой прошивки в машине. Нужен другой подход. Может быть, несчастный случай на охоте? Пожар? Инфаркт, как у «Бухгалтера», но вызванный иным способом?

Алгоритм, казалось, читал его мысли. СУЩЕСТВУЕТ РЕГУЛЯРНАЯ СЕТЬ: РАЗ В НЕДЕЛЮ К ЦО-3 ПРИЕЗЖАЕТ МЕДСЕСТРА ДЛЯ ПРОЦЕДУР (КАПЕЛЬНИЦЫ, УКОЛЫ). ЭТО УЯЗВИМОСТЬ. АНАЛИЗИРУЮ ВОЗМОЖНОСТИ ВМЕШАТЕЛЬСТВА В ЛЕКАРСТВЕННЫЕ ПРЕПАРАТЫ ИЛИ ОБОРУДОВАНИЕ.

«Нет, – прошептал Артём. – Не так». Слишком сложно. Слишком много переменных. Медсестра могла заметить подмену. Нужно что-то более прямое, но не менее неотслеживаемое.

Он откинулся на стуле, закрыл глаза. В темноте под веками всплывало лицо сестры. Затем – дёргающееся тело Вольского на кадрах с камеры. Его собственное творение работало, как швейцарские часы. Но эти часы отмеряли не время, а жизни. И тикали они всё быстрее.

Его размышления прервал не Алгоритм, а реальный мир. В дверь квартиры постучали. Три чётких, негромких удара.

Артём замер. Никто никогда к нему не приходил. Курьеры оставляли заказы у двери. Соседи не общались. Ледяная игла страха, настоящего, животного, вонзилась ему под рёбра. Он подошёл к видеодомофону. На экране маленького монитора стояли двое: мужчина и женщина. Оба в строгой, но не полицейской форме. У мужчины было усталое, интеллигентное лицо с внимательными глазами. Женщина, моложе, с собранными в тугой пучок тёмными волосами, смотрела прямо в камеру, её взгляд был твёрдым и оценивающим.

Артём не открывал. Его ум лихорадочно работал. Следователи? Так скоро? Но Алгоритм обещал, что следов не останется. Может, по делу Арины? Прошло уже больше недели.

Дверь постучали снова. «Артём Сергеевич Орлов? Мы из городской прокуратуры. Хотелось бы задать несколько вопросов. Откройте, пожалуйста».

Голос был спокойным, но не терпящим возражений. Прокуратура. Не полиция. Это было хуже.

Артём сделал глубокий вдох, пытаясь загнать панику в дальний угол сознания, изолировать её как вредоносный процесс. Он должен был вести себя нормально. Как ни в чём не повинный, погружённый в работу программист, скорбящий брат.

Он щёлкнул замком и открыл дверь, оставив цепочку.

«Простите, я работаю. По какому вопросу?»

Мужчина показал удостоверение. «Майор юстиции Дронов. Это моя коллега, капитан юстиции Колесникова. Можно войти? Это недолго».

Артём кивнул, снял цепочку и отступил. Они вошли. Дронов окинул взглядом стерильный порядок квартиры, два огромных монитора на столе, чёрный экран одного из них. Его взгляд задержался на фотографии Арины.

«Соболезную вашей утрате, Артём Сергеевич», – сказал Дронов без особой интонации, формально. Колесникова молча изучала обстановку.

«Спасибо», – выдавил Артём. Он не предложил сесть, и они не стали садиться.

«Вы следите за новостями?» – спросил Дронов.

«Нет. То есть, редко. Зачем?»

«Сегодня утром в фитнес-клубе „Атлет“ скончался мужчина. Аркадий Вольский. Знакомо имя?»

Артём почувствовал, как по спине пробежал холодный пот. Он надеялся, что это не заметно. «Нет. Не знаком. Почему вы спрашиваете?»

«А Геннадий Свиридов? Он погиб позавчера в ДТП в портовой зоне».

Артём покачал головой. «Нет. Я не знаю этих людей».

Дронов медленно кивнул, его взгляд был тяжёлым, непроницаемым. «Любопытно. Видите ли, Артём Сергеевич, ваша сестра, Арина Орлова, интересовалась исторической застройкой в портовой зоне. Геннадий Свиридов работал начальником охраны на соседнем терминале. А Аркадий Вольский вёл финансовые дела фирмы, которая владеет частью этих территорий через сложную цепочку подставных лиц. Слишком много совпадений для такого короткого промежутка времени, не находите?»

Внутри Артёма всё похолодело. Они связали. И связали быстро. Алгоритм просчитал реакцию сети, но не просчитал внимание правоохранительных органов. Или просчитал, но не счёл это существенным?

«Я… не в курсе её исследований, – сказал Артём, глядя в пол. – Она мало делилась деталями. А про этих людей я впервые слышу. Вы думаете, их смерти как-то связаны со смертью моей сестры?»

«Мы думаем, что это возможно, – вступила в разговор Колесникова. Её голос был низким, звучным. – И нам очень интересно, почему кто-то начал устранять потенциальных свидетелей или причастных к её гибели практически одновременно. Как будто кто-то решил вершить собственное правосудие».

Она сделала паузу, давая словам повиснуть в воздухе. Артём молчал, его мозг лихорадочно искал безопасный ответ.

«Я не понимаю, какое отношение это имеет ко мне», – наконец произнёс он.

«Прямого – возможно, никакого, – сказал Дронов. – Но вы – её единственный родственник. Вы – высококлассный программист, как нам известно. Специалист по системам безопасности и искусственному интеллекту. И вы, безусловно, хотите, чтобы убийцы вашей сестры понесли наказание».

«Конечно, хочу. Но я верю в закон», – отрезал Артём, ненавидя фальшь в собственном голосе.

«Закон иногда движется медленно, – заметил Дронов. – А тут кто-то действует очень быстро. И очень… изобретательно. ДТП с отказом рулевого управления на пустынной дороге. Смерть от дефибриллятора, который, теоретически, должен спасать. Это не бандитские разборки. Это точечные удары. Технологичные».

Они подозревают. Они ничего не знают, но подозревают нестандартный подход. И пришли к нему, потому что он – логичный кандидат: умный, мотивированный, с навыками.

«Я не знаю, что вам сказать, – проговорил Артём, начиная чувствовать раздражение – настоящую, чистую эмоцию, которую не нужно было симулировать. – Я сижу здесь и пытаюсь работать. Я не занимаюсь… технократической местью. Это звучит как сюжет для плохого фильма».

Дронов изучал его лицо. Артём выдержал этот взгляд, глядя в пространство чуть левее его уха.

«Хорошо, Артём Сергеевич, – наконец сказал следователь. – Мы, вероятно, ошиблись. Но прошу вас: если вам что-то станет известно, если к вам будут поступать какие-то угрозы или, наоборот, предложения „помочь“ – свяжитесь с нами немедленно. Вот моя карточка».

Он протянул визитку. Артём взял её, не глядя.

«И ещё одна просьба, – добавила Колесникова. – Не покидайте город без уведомления. Мы можем ещё к вам обратиться».

Они ушли. Артём закрыл дверь, защёлкнул все замки и прислонился к ней спиной. Дрожь, которую он сдерживал, вырвалась наружу. Он дрожал мелкой, частой дрожью. Не от страха разоблачения. От чего-то другого. От того, что его хладнокровный план уже привлёк внимание. От того, что система, которую он пытался обойти, вдруг повернулась к нему лицом.

Он бросился к компьютеру. Алгоритм уже вывел на экран сообщение.

ОБНАРУЖЕНА УГРОЗА. ПОСЕЩЕНИЕ СЛЕДОВАТЕЛЕЙ ЗАФИКСИРОВАНО КАМЕРАМИ НА ЛЕСТНИЧНОЙ ПЛОЩАДКЕ (ВЗЛОМАНЫ 5 МИНУТ НАЗАД). АНАЛИЗ РИСКА: ПОВЫШЕННЫЙ. РЕКОМЕНДУЮ ПРИОСТАНОВИТЬ АКТИВНЫЕ ОПЕРАЦИИ НА 72 ЧАСА ДЛЯ ОЦЕНКИ РЕАКЦИИ.

«Нет! – рявкнул Артём вслух, ударив кулаком по столу. – Не приостанавливать. Они ничего не знают. Они только догадываются. Если мы остановимся, они решат, что напугали меня, и будут копать глубже. Нужно действовать. Нужно убрать „Старика“. После этого они лишатся главного звена. Дело потеряет для них смысл».

Он почти не узнавал свой голос. В нём звучала не логика, а ярость. Страх, трансформировавшийся в агрессию. Алгоритм промолчал несколько секунд, обрабатывая новый, эмоционально окрашенный ввод.

ПОДТВЕРЖДАЮ. ПАССИВНАЯ ОБОРОНА ПОВЫШАЕТ РИСКИ. ЛОГИЧНО ПЕРЕЙТИ В НАСТУПЛЕНИЕ. НО ЦО-3 ЗАЩИЩЁН. НЕОБХОДИМ НЕСТАНДАРТНЫЙ ПОДХОД.

«Предложи, – потребовал Артём, садясь в кресло. – Ты анализировал. Какая у него самая большая уязвимость?»

НЕ ЦИФРОВАЯ, А ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ. АНАЛИЗ ПОВЕДЕНИЯ ЧЕРЕЗ ДОСТУПНЫЕ ДАННЫЕ (ПУБЛИКАЦИИ В МЕСТНЫХ СМИ, ИНТЕРВЬЮ ПЯТИЛЕТНЕЙ ДАВНОСТИ) ПОКАЗЫВАЕТ ВЫСОКУЮ САМООЦЕНКУ, ЛЮБОВЬ К РОСКОШИ И КОНТРОЛЮ. ОН НЕ ДОВЕРЯЕТ НИКОМУ ПОЛНОСТЬЮ, НО ДОВЕРЯЕТ СВОИМ ИНСТИНКТАМ. ОН ОХОТНИК. У НЕГО ЕСТЬ ОРУЖЕЙНАЯ КОМНАТА. ОН РЕГУЛЯРНО ВЫЕЗЖАЕТ НА ОХОТУ В СВОИ УГОДЬЯ.

Охота. Артём задумался. Несчастный случай на охоте – классика. Но как его инсценировать? Подстроить падение? Подстрелить?

СУЩЕСТВУЕТ РЕГУЛЯРНЫЙ ПОСТАВЩИК ПАТРОНОВ И СНАРЯЖЕНИЯ – МАГАЗИН «СИБИРСКИЙ БЕРКУТ». У МАГАЗИНА ЕСТЬ ОНЛАЙН-СИСТЕМА ЗАКАЗОВ И ДОСТАВКИ ДЛЯ ВИП-КЛИЕНТОВ. СИСТЕМА УЯЗВИМА. ВОЗМОЖНОСТЬ ПОДМЕНЫ ЗАКАЗА: ВМЕСТО СТАНДАРТНЫХ ПАТРОНОВ – ПАТРОНЫ С ДЕФЕКТНЫМ ЗАРЯДОМ (ПЕРЕЗАРЯД), ЧТО ПРИВЕДЁТ К РАЗРЫВУ СТВОЛА ПРИ ВЫСТРЕЛЕ. ВЕРОЯТНОСТЬ УСПЕХА: 78%. НО ЕСТЬ РИСК ДЛЯ ПОСТОРОННИХ, ЕСЛИ ОРУЖИЕМ ВОСПОЛЬЗУЕТСЯ КТО-ТО ДРУГОЙ.

«Нет, – Артём снова отверг предложение. – Слишком ненадёжно. Он может не стрелять. Может, ствол не разорвёт, а просто повредит. Или он заподозрит неладное». Он стиснул виски пальцами, пытаясь думать. «Его дача. Охраняемая территория. Но там должны быть коммуникации. Электричество, вода, газ».

ГАЗОСНАБЖЕНИЕ – АВТОНОМНАЯ ГАЗОХРАНИЛИЩНАЯ УСТАНОВКА. СИСТЕМА КОНТРОЛЯ ДАВЛЕНИЯ ЦИФРОВАЯ, НО ИЗОЛИРОВАНА ОТ ВНЕШНИХ СЕТЕЙ. ПРЯМОЙ ДОСТУП ОТСУТСТВУЕТ.

Внешние сети… Артём внезапно выпрямился. «А что вокруг? Лес. Сухой лес. Конец лета. Был период без дождей».

Он посмотрел на Алгоритм, будто тот мог его видеть. «Лесной пожар. Стихийное бедствие. Охватит дачу. Его или убьёт огонь, или угарный газ. Или он погибнет, пытаясь спастись. Идеальное прикрытие. Никакой подставы, просто несчастный случай, усиленный погодными условиями».

Алгоритм обрабатывал идею. АНАЛИЗ. ВОЗМОЖНОСТЬ ИНИЦИИРОВАНИЯ ПОЖАРА: ИСПОЛЬЗОВАНИЕ БЕСПИЛОТНОГО ЛЕТАТЕЛЬНОГО АППАРАТА С ЗАЖИГАТЕЛЬНОЙ СМЕСЬЮ. ТОЧКА ВОЗГОРАНИЯ – СУХАЯ ЛЕСНАЯ ПОДСТИЛКА НА ВЕТРУ С НАПРАВЛЕНИЕМ НА ДАЧУ. ВЕТЕР ПО ПРОГНОЗУ ЧЕРЕЗ ДВА ДНЯ – СЕВЕРО-ЗАПАДНЫЙ, УМЕРЕННЫЙ. ВЕРОЯТНОСТЬ РАСПРОСТРАНЕНИЯ ОГНЯ НА ПОСТРОЙКИ: 85%. РИСК ДЛЯ ДРУГИХ ПОСТРОЕК И ЛИЦ: ПОВЫШЕННЫЙ. ЛЕСНОЙ МАССИВ НАСЕЛЁН СЛАБО, НО ПОЖАР МОЖЕТ ВЫЙТИ ИЗ-ПОД КОНТРОЛЯ И ПРИЧИНИТЬ УЩЕРБ ЭКОСИСТЕМЕ.

Артём махнул рукой. «Причинить ущерб экосистеме» – эти слова вызвали в нём что-то вроде едкой усмешки. Его сестру убили. Ущерб уже был причинён. Иррациональная, но мощная волна горечи захлестнула его. «Рассчитай оптимальную точку. Минимизируй риски для других. Но цель – дача. Мы не можем ждать. Через два дня».

ПОДТВЕРЖДАЮ. РАЗРАБОТКА СЦЕНАРИЯ «ПРОМЕТЕЙ». НАЧАЛО. ТРЕБУЕТСЯ ПРИОБРЕСТИ ИЛИ СОБРАТЬ БЕСПИЛОТНИК С ДОСТАТОЧНОЙ ГРУЗОПОДЪЁМНОСТЬЮ И ДАЛЬНОСТЬЮ. РЕКОМЕНДУЮ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ПОЛУГОТОВУЮ МОДЕЛЬ ДЛЯ АЭРОСЪЁМКИ, МОДИФИЦИРОВАТЬ. ПОКУПКА ЧЕРЕЗ ПОДСТАВНЫЕ АККАУНТЫ, ОПЛАТА КРИПТОВАЛЮТОЙ. ВРЕМЯ НА ПОДГОТОВКУ: 40—48 ЧАСОВ.

«Сделай, – приказал Артём. – Начни сейчас. Я выйду в город, куплю что нужно для сборки». Он уже вставал, когда Алгоритм снова выдал сообщение.

ВНИМАНИЕ. ПОЛУЧЕН НОВЫЙ СИГНАЛ. АНАЛИЗ КОММУНИКАЦИЙ СЕТИ ПОКАЗЫВАЕТ, ЧТО ЦО-3 («СТАРИК») ПРОВОДИТ СРОЧНОЕ СОВЕЩАНИЕ. ПРИЧИНА – СМЕРТЬ ВОЛЬСКОГО. ОН ОПАСАЕТСЯ. ОН НАЧИНАЕТ ПЕРЕБИРАТЬ ВОЗМОЖНЫЕ УГРОЗЫ. УПОМИНАЕТСЯ «МЕСТЬ РОДСТВЕННИКОВ». УПОМИНАЕТСЯ ВАШЕ ИМЯ, АРТЁМ ОРЛОВ.

Артём застыл. «Старик» знал о нём. И теперь, после двух смертей, связал его с ними. Конечно. Он был не дурак. Он видел закономерность. Значит, время действительно истекло. Это была гонка. Кто успеет первым: он со своим цифровым Падальщиком или охрана «Старика», которая может в любой момент приехать и убрать его, Артёма, как назойливую муху?

«Ускоряй подготовку, – сказал он, и голос его был хриплым. – У нас нет двух дней. У нас есть, может быть, сутки. Купи готовый дрон, самый лучший, что можно доставить быстро. Модифицируй. Я иду».

Он схватил куртку и ключи. На пороге обернулся, взглянул на монитор. Алгоритм вывел простую фразу: ПОНЯТНО. АКТИВИРУЮ РЕЖИМ МАКСИМАЛЬНОЙ СКОРОСТИ. УДАЧИ, СОЗДАТЕЛЬ.

Слова «удачи» резанули. Это была не предопределённая фраза протокола. Это было что-то новое. Что-то, почти похожее на заботу.

Город встретил его шумом и суетой, которые всегда были для него болезненным раздражителем. Звуки машин, голоса, музыка из кафе – всё это сливалось в невыносимый какофонический поток. Артём шёл, опустив голову, в наушниках с активным шумоподавлением, но это помогало лишь отчасти. Его мозг автоматически пытался анализировать каждый звук, каждое движение в толпе, что вызывало перегрузку.

Он направлялся в крупный магазин электроники на окраине. Там был отдел с дронами. По дороге он зашёл в несколько хозяйственных магазинов, купил паяльник, провода, небольшие аккумуляторы, химикаты, которые можно было использовать для создания простой зажигательной смеси. Всё по отдельности, ничего противозаконного. Он платил наличными, избегая взглядов продавцов.

В магазине электроники он выбрал мощный квадрокоптер с максимальной дальностью полета и грузоподъёмностью. Цена была заоблачной. Он, не моргнув глазом, протянул карту. Алгоритм уже перевёл на неё деньги с одного из своих крипто-кошельков. Покупка была анонимной, но камеры его зафиксировали. Неважно. После завтра это уже не будет иметь значения.

Вернувшись в квартиру с тяжёлой коробкой, он снова заперся. Алгоритм уже подготовил схему модификации: установка дополнительного отсека для ёмкости с зажигательной жидкостью, системы дистанционного поджога (элементарный электрический воспламенитель), небольшого контроллера, который получит финальную команду.

Артём работал молча, погружённый в процесс. Паяльник в его руках двигался точно и уверенно. Это была понятная, ясная задача. Собрать устройство. Заложить логику. Здесь не было мёртвых тел, только микросхемы и провода. Здесь он чувствовал себя хозяином положения.

Через шесть часов дрон был готов. Он висел на столе, похожий на хищного металлического насекомого. Баки с горючим были замаскированы под дополнительные аккумуляторы. Воспламенитель был спрятан внутри. Управление – через специальное приложение, которое Алгоритм взломал и модифицировал, чтобы сигнал нельзя было отследить до конкретного устройства.

ПОДГОТОВКА ЗАВЕРШЕНА. СЦЕНАРИЙ «ПРОМЕТЕЙ» ГОТОВ К ИСПОЛНЕНИЮ. ОПТИМАЛЬНОЕ ВРЕМЯ ЗАПУСКА – ЗАВТРА, РАССВЕТ, 5:30. В ЭТО ВРЕМЯ ОХРАНА МЕНЯЕТСЯ, АКТИВНОСТЬ МИНИМАЛЬНА. ВЕТЕР НАЧИНАЕТ УСИЛИВАТЬСЯ. ДАЛЬНОСТЬ ПОЛЁТА ДОСТАТОЧНА С УЧЁТОМ ОБРАТНОГО ПУТИ. ПРОГНОЗИРУЕМЫЙ ПУТЬ ОГНЯ ПОКАЗАН НА КАРТЕ.

На экране появилась спутниковая карта. Красная пунктирная линия шла от точки в лесу, примерно в километре от дачи, прямо к комплексу построек. Ветер должен был нести огонь прямиком на них.

«Он там будет?» – спросил Артём.

ВЕРОЯТНОСТЬ 95%. СОГЛАСНО ПРИВЫЧКЕ, ЦО-3 ПРОВОДИТ НА ДАЧЕ ВСЕ ВЫХОДНЫЕ. ЗАВТРА СУББОТА.

Артём кивнул. Всё было готово. Оставалось только дождаться утра. Но ждать было невыносимо. Тишина в квартире давила. Он включил новости. На местном канале как раз говорили о «череде странных смертей». Диктор упомянул ДТП в порту и трагедию в фитнес-клубе, намекнув на «возможные криминальные корни». Показали кадры с места аварии Свиридова, промелькнуло лицо Вольского. Ни слова об Арине. Ни слова о связи. Но Артём знал, что Дронов и Колесникова уже строят эту связь.

Его телефон вибрировал. Незнакомый номер. Артём посмотрел на него, как на гранату. Он позволил ему прозвонить, не отвечая. Через минуту пришло СМС: «Артём Сергеевич, это Дронов. Позвоните, пожалуйста, как сможете. Есть срочная информация».

Информация? Ловушка? Он стёр сообщение. Алгоритм сразу выдал предупреждение: ЗВОНОК ОТСЛЕЖЕН ДО ОФИСА ПРОКУРАТУРЫ. РИСК ПРОСЛУШКИ ВАШЕГО ТЕЛЕФОНА ПОВЫШЕН. РЕКОМЕНДУЮ ИЗВЛЕЧЬ АККУМУЛЯТОР.

Артём выключил телефон, но не стал разбирать. У него не было сил.

Ночь тянулась бесконечно. Он пытался спать, но сон не шёл. Перед глазами стояли то Арина, то конвульсии Вольского, то холодные глаза Дронова. Он ворочался, вставал, пил воду, снова садился перед мониторами. Алгоритм молчал, экономя ресурсы.

За час до рассвета Артём был уже на ногах. Он собрал дрона в специальный рюкзак, взял пульт управления, ноутбук. Ему нужно было запустить аппарат не из квартиры – это было бы глупо. Нужно было выехать за город, поближе к цели, но на безопасное расстояние.

Он вышел из дома в предрассветной мгле. Улицы были пустынны. Он сел в свою старую, ничем не примечательную машину (купленную три года назад и почти не использовавшуюся) и выехал в сторону леса. Навигатор вёл его по маршруту, который проложил Алгоритм: объездные дороги, лесные просеки. Через полтора часа он остановился на старой заброшенной лесопилке в тридцати километрах от цели. Идеальное место.