Волк под кроватью. Издательство «Гроб на колесиках». Кафе «У трех котиков»
Лада Валентиновна Кутузова
Время – детство!
В сборник Лады Кутузовой вошли истории, которые объединяет мистика. «Волк под кроватью» – это не добрые сказочки для детей, а истории про тех, кто прячется в тенях наших квартир и охотится за нашими страхами. Не становимся ли и мы рядом с ними чудовищами? Мистические рассказы соседствуют со страшилками «Издательство “Гроб на колесиках”» и «Кафе “У трех котиков”». Веселое и страшное идут рука об руку, как и в жизни.
Лада Кутузова
Волк под кроватью. Издательство «Гроб на колесиках». Кафе «У трех котиков»
Оформление
Алексей Иванов
Иллюстрации
Капыч
© Кутузова Л. В., 2021
© «Время», 2021
Волк под кроватью
Мистические рассказы
Пролог
Этим летом Юрка Ковалев переехал в другой район Москвы: родители продали однушку, влезли в долги и купили трехкомнатную квартиру. На новом месте Юрке не понравилось все: и район, свежий, словно с иголочки, и молоденькие кусты вместо развесистых деревьев. И приземистая, всего в три этажа, школа. В старой было целых пять, и на последнем можно было зависнуть с пацанами после уроков возле чердачной лестницы, чтобы поговорить обо всем на свете. А больше всего бесило, что друзья остались на противоположном конце столицы. И хотя есть интернет и мобильная связь, но уже не встретишься с ребятами вечером, чтобы зайти в боулинг или сыграть партию в бильярд, а чат никогда не заменит живого общения.
Родители подсуетились и отнесли документы в физико-математический лицей при крутом вузе. Директриса долго отказывала, объясняя, что мест нет, но все же уступила и позволила сдать вступительные экзамены – уж очень родители просили.
«Не экзамены, а испытания», – мысленно поправил директрису Юрка.
И сразу же отличник Ковалев получил по физике пару, а по математике еле наскреб на тройку. Провал больно ударил по самолюбию. Юрка настоял, чтобы ему разрешили еще одну попытку, а сам взял пробники прошлогодних тестов и усиленно готовился всю неделю. С трудом, но удалось пересдать предметы на четверку. Директриса была недовольна, но зачислила не самого выдающегося ученика в восьмой «А». И вот теперь, первого сентября, Ковалев рассматривал одноклассников.
Меньше всего они походили на сильнейший в параллели класс. Встреть их на улице, Юрка решил бы, что ребята из коррекционной школы, уж больно странно себя ведут. Один пацан, бледный верзила, натянул на голову капюшон так, что и лица почти не видно, да еще зачем-то нацепил солнечные очки, хотя с утра небо заволокло тучами и накрапывал дождь. Другой на левую руку надел перчатку. К тому же постоянно прятал руку за спину, будто боялся, что ее заденут и повредят. Одна из одноклассниц чесалась, словно ее кусали блохи, вторая трясла головой. Остальные вели себя так же неестественно. Обычно ребята и девчонки приветствуют друг друга после каникул, рассказывают, кто где отдохнул. А эти стоят каждый сам по себе, и дела до остальных нет.
«Ботаники, – решил Ковалев. – Кроме своей математики, ничего не замечают».
Линейка закончилась, и классная отвела восьмой «А» в кабинет. Представила Юрку. Никто на новенького не отреагировал, в классе повисло равнодушное молчание. Ковалев дернул плечом: «Ну и ладно!» – и сел за последнюю парту возле странного парня с перчаткой: тот ее так и не снял.
Классная быстро провела урок мира и раздала листки.
– Пишем сочинение на тему «Как я провел это лето», – объявила она.
Никто даже не возмутился, все достали ручки и уткнулись в бумагу. Ковалев пододвинул лист и завис над ним. Ничего стоящего в голову не приходило – ну в самом деле, не писать же про переезд! Он задумался, и тут взгляд его упал на лист соседа по парте. Первых же строк хватило, чтобы Ковалеву захотелось прочесть дальше. Но сосед закрыл сочинение, и больше Юрка ничего не увидел. В конце урока учительница попросила собрать листки и отнести в учительскую. Вызвался Ковалев. В коридоре он быстро сфотографировал на смартфон сочинение соседа и еще нескольких одноклассников, чтобы понять, с какими ребятами будет учиться.
Вернувшись домой, Юрка с головой погрузился в чтение. И перед ним развернулись события, точно он сам был их участником.
Последние из Атлантиды
Солнце умерило пыл, воздух перестал мерцать от зноя, тени магнолий заметно удлинились. Ветер скользнул по выгоревшим волосам Димки, встрепал наплывавшие на берег волны и унесся вдаль. Младший брат Антон сидел на мокрой кромке берега и строил крепость. Рядом на лежаке загорала мама.
– Какой у вас малыш замечательный! Играет сам по себе, никого не дергает. Не то что моя стрекоза, – заметила соседка по пляжу.
– Антон – мужчина серьезный, на него можно положиться, – улыбнулась мама.
Димка дернул плечом: вечно эти взрослые о разной мелочи треплются. Что такого замечательного есть в брате, если ему всего четыре года? То ли дело сам Димка! Отличник (а попробуй в их лицее учиться на одни пятерки!), спортсмен и даже рисует неплохо. Он сорвался с места и с разбега влетел в море, широкими гребками умчался подальше от берега, заплыл за буйки и лег на спину, подставив лицо солнцу. Люди на пляже превратились в разноцветные точки, словно бусины, рассыпавшиеся вдоль линии прибоя.
Димка отдохнул минут пять и повернул назад. Глубоко нырнул и проплыл под водой. Неожиданно под ним мелькнула неясная крупная тень.
«Дельфин? – Димка на мгновение испугался. – Акулы здесь вроде неопасные для человека. Хотя кто знает… В Египте, говорят, нападения на людей начались, а раньше спокойно было».
Он вынырнул на поверхность и отдышался, затем вновь ушел под воду, но ничего подозрительного не обнаружил.
«Померещилось, наверное», – решил Димка.
На побережье Краснодарского края они собрались еще зимой. Маме на работе неожиданно дали премию, и она на радостях забронировала апартаменты в частном секторе. Не Турция, конечно, куда махнул Димкин однокашник Вовка, но и не деревня, куда отправили Таньку из их класса. Как же она психовала! Не-е-е, море все же лучше! Тем более что они уже три года никуда не выбирались с тех пор, как умер папа. Димка вздохнул: мысли об отце причиняли боль. А Антон его и вовсе не помнит. Ничего, зато у Антона есть старший брат, есть кому заступиться. Димка напряг руку и пощупал бицепс на правой руке – вполне приличный. Занятия плаванием отточили фигуру, налили силой мышцы на руках и ногах, развернули плечи. Неслучайно Светка с Ленкой как-то раз из-за него сцепились. Димка закатил глаза: делать этим девчонкам больше нечего! Ему надо образование получить и на нормальную работу устроиться, а не по всякой ерунде страдать. Пусть лучше за Матвеем бегают, у того один ветер в голове. И как только его в лицее держат?
Димка выбрался на берег и пошел к своим. Брат возился рядом – строил очередной замок.
– Тебе помочь? – поинтересовался Димка, но Антон замотал головой. И Димка завалился на расстеленное полотенце.
Дни таяли, словно мороженое под жарким солнцем. Всю зиму ждешь лета, а оно ускользает, как вода между пальцев. Только приехали – и скоро уже уезжать. За десять дней морем не надышишься, не пропитаешься солеными брызгами и зноем. Мама предлагала поехать по экскурсиям, но Димка отмахнулся – весь учебный год по экскурсиям мотался, каждый месяц то в музей, то в театр. Хватит уже! Он от моря ни на шаг. Завтракать ходили в соседнее с домом кафе. На открытой веранде собирались такие же отдыхающие. Вокруг слышались разговоры, Димка ухватился за один.
– …Люди исчезают, – доказывал седой старик в смешной панаме.
Он махал перед женой цветной газетой. Жена слушала невнимательно.
– Здесь обитают гуманоиды! – Старик затряс указательным пальцем. – Очевидцы рассказывают, что видели странных существ в море…
Димка насторожился: не связано ли это с той непонятной тенью, которая ему привиделась.
Пожилая пара вскоре удалилась, оставив газету со статьей, которая стала предметом спора, на столе. Димка взял ее и прочел броский заголовок: «Последние из Атлантиды похищают людей!». Типичная желтая газетенка, жадная до сенсаций, сообщала, что атланты воруют людей, чтобы ставить на них опыты. Мол, им нужен ген, отвечающий за способность жить на суше, – сами морские жители его утратили. Димка пожал плечами – фигня какая-то. Антон допил сок, и они отправились на пляж.
Через день в поселке случился переполох: исчезла пятилетняя девочка. Родители метались, расспрашивали отдыхающих, не видели ли, но никто им помочь не мог. Всюду развесили листовки с фотографией ребенка и описанием примет, но без толку. Водолазы на всякий случай обследовали морское дно, но тела не обнаружили.
Мама весь день не отпускала Антона от себя.
…Димка шел по мокрому песку. Неожиданно ногу пронзила боль – он наступил на битое стекло. Димка ухватился за ступню, и рука окрасилась красным – кровь! Он сунул ногу в воду, вроде морская вода должна обеззаразить рану. Или хотя бы унять кровотечение. А когда поднял голову, перед ним стояла девочка, та самая, с листовки. В розовом сарафане и сандаликах на босу ногу. В руке девочка сжимала ракушку.
– Хочешь послушать? – Она протянула ее Димке.
Он оглянулся – на пляже ни души. Даже странно, куда все подевались? И что теперь делать? Наверное, нужно позвать кого-то, сообщить, что пропажа отыскалась? Он взял ракушку, покрытую тонкими наростами, и невольно обратил внимание, что девочка с ног до головы усыпана песком. Даже в волосы набились песчинки. Димка хотел смахнуть их, но девочка отступила.
– Будь аккуратнее, – сказала она. – Сад глубин нуждается в статуях.
И Димка проснулся.