Ощущения оказались на удивление приятными. Что-то мягкое обволакивало его живот. В какой-то момент в животе забулькало, видимо, он всерьез проголодался. Алан последний раз нормально ел только в здании министерства, украв то, что оставили в холодильниках офисные сотрудники. Жжение и дискомфорт в теле прекратились. Хотелось ликовать от радости, но поесть все же надо было, что-нибудь нормальное, а не больничную баланду. Алан не засекал время, но лечение длилось уже около половины часа, а может, и дольше. Алану стало неудобно перед своими целителями:
– Мне уже гораздо лучше, может передохнете? Я бы поел немного.
– Тише, – прервала его Ольга. – Пока мы не закончим, есть нельзя.
Алан изобразил мученический вид. Лия и Джино заулыбались. Алан с трудом сдержался, чтобы не выругаться. Они еще долго смиренно исполняли свой долг. На их лицах не выражалось ни малейших признаков усталости. Когда они закончили, за окном уже погасли белые фонари.
– Для тебя подготовили ванну, помойся и поспи. Но сначала поешь.
– Я, конечно, важная персона, но не стоило так стараться.
– Так надо, – ответил Джино.
В комнату зашла Аля с едой. На подносе было блюдо из творога с орехами и сухофруктами, какой-то густой напиток зеленоватого цвета, два овощных салата, суп-пюре из чечевицы, а на отдельном блюдце лежала половинка какого-то плода белого цвета.
– И никакого мяса, – разочарованно подметил Алан.
– Сначала съешь плод. Мы влили в тебя достаточно сил, но большую часть лечения организм должен сделать сам, – порекомендовала Ольга.
Алан послушно съел плод, и целители оставили его одного. В дверь заглянул Реан:
– Ну, как тебе тут?
– Охренительно! И чувствую себя также!
– Отлично. Моя помощь, наверно, больше не понадобится.
Алан уплетал все, что видел на подносе:
– Спасибо, друг, ты был реально крут в башне. Представляешь, если бы кто-то из твоих студентов тебя там увидел? Тогда бы точно никто не рискнул тебе мешать вести лекции.
Реан ответил ему зеркально:
– Представь если бы твой отец или кто-то из акционеров тебя там увидел?
Оба начали кататься со смеху так, что пришлось хвататься за ребра. Потом Реан ушел к себе отдыхать.
Алан прошел за маленькую дверь в углу комнаты. Ванна была уже наполнена, и в ней плавали какие-то листья и цветы. Ну прям по-королевски. Надо будет им сказать, чтобы так сильно не старались. Все равно расплатиться с ними нечем. Алан разделся и разместился в ванне. Через некоторое время он почувствовал, как его тело успокаивается. Обычная ванна на него так не действовала. Организм требовал хорошего и глубокого сна. Обтершись полотенцем, Алан оделся в приготовленную для него бежевую пижаму. Материал ее оказался довольно мягок и приятен коже. Алан свалился в кровать и быстро уснул.
***
Реан оставил Алана отдыхать и вернулся к себе. Первые впечатления о Селектионе у него сложились хорошие. Люди здесь оказались доброжелательные, готовые делиться с ним знаниями. Но, учитывая, что все эти годы Селектион не взаимодействовал с их миром, то навряд ли ему выдадут секреты их технологий. И вообще, сколько у него здесь есть времени? Амелия не сказала, как долго они здесь пробудут. Наука, искусство – это же все необъятно.
Реан уже сделал определенные выводы об уровне их технологий и медицины. Мобили представляли собой совершенный симбиоз человеческого сознания и искусственной материи. Если такая технология окажется в его родном мире, быть беде. Их вряд ли стали бы использовать для того, чтобы преобразовать в «цветки», «лебеди» и летать на них по городу. А их искусственный интеллект Тарья? Имея доступ к мыслям и чувствам людей, с помощью него давным-давно всех бы поработили.
Пару часов назад, когда Реан разделился с Аланом, его повели на обследование в специальную комнату, где просветили пурпурным лучом. Аппарат выдал следующее заключение: «Наибольшую опасность для организма представляет энергетическая истощенность. Если в течение половины часа не восстановить ее, то появится угроза заболевания одной из разновидностью нервных болезней либо вирусно-бактериальной. Наблюдается перенапряжение ряда групп мышц. Низкое зрение, связанное с атрофией мышц глаз. В легких есть остаточные очаги недолеченных заболеваний. Также присутствует множество ушибов, ссадин, не представляющих серьезной опасности для организма».
Реан был поражен, что машина выдала все это за несколько секунд. В Капелле ему приходилось высиживать огромные очереди в поликлиниках и проходить множество обследований. А с недолеченной простудой так аппарат вообще попал в самую точку. Реан неоднократно жаловался врачам на дискомфорт в нижних дыхательных путях, но после обследований все как один констатировали, что у него все в порядке и ему это кажется. А для глаз он подыскал несколько специальных гимнастик, которые регулярно выполнял. Реан обрадовался, что у него нет никаких серьезных травм. Те зомбированные солдаты несколько раз все же смогли его достать.
Рита принесла ему ужин. Реана смутил напиток зеленоватого цвета.
– Это витаминный коктейль. У него очень сложный состав. Начни вот с этого.
Девушка протянула ему половинку плода белого цвета. Реан не понял, чем этот незнакомый фрукт ему поможет, но послушался и взял его в рот. На вкус это было что-то среднее между персиком и кокосом. Жуя фрукт, Реан подметил, что по рецепторам в мозг идут какие-то импульсы. Юный ученый легко отслеживал изменения в состоянии своего организма, поэтому сразу же ощутил, что усталость начинает постепенно проходить и понемногу возвращаются силы.
Девушки, заметив его удивление, стали объяснять, что это плод со священного дерева. Однако его половинки не хватит, чтобы восполнить всю потраченную энергию. Еда оказалась довольно вкусной. В Селектионе точно умеют готовить всяческие блюда из овощей. Девушки дождались, когда он доест, после чего уложили его на кровать. Аля и Рита просто наложили на него свои руки и держали их так примерно пятнадцать минут. Ощущения были едва заметными, будто кожи касался легкий теплый ветерок.
Закончив, Рита произнесла:
– Основной запас энергии мы тебе восполнили. Остальное можно получить из КВЧ-аппарата.
Девушка показала на небольшой прямоугольной формы аппарат в углу комнаты, похожий чем-то на те, что он видел в кабинетах физиопроцедур.
– Он вырабатывает флюид, правда искусственный. Это помогает не так сильно, как живое человеческое тепло, но все же помогает. Перед сном обязательно примите ванну, и нанесите мазь на ушибленные места.
Рита достала из закрытой полки, приделанной к стене, маленькую коробочку, похожую на ту, что использовала Амелия.
– Если нужна будет какая-то помощь, зовите.
Сейчас, после общения со своим лучшим другом, нанося эту чудодейственную мазь, Реан поймал себя на мысли, что был бы не против остаться здесь, в Селектионе, навсегда.
Глава 4. Наставник
Отправив Алана и Реана лечиться, Амелия села передохнуть на небольшую деревянную лавочку. Сейчас, когда она оказалась в родных местах, все произошедшее казалось ей сном. За эти две недели она испытала гамму потрясающих чувств, словно попала в какой-то сумасшедший аттракцион. Здесь, под куполом, ей и ее близким больше ничего не угрожало, поэтому наконец-то можно было расслабиться.
Поистине, все познается в сравнении, потому что раньше ей никогда не было так хорошо, как сейчас. Испытав боль от несправедливости, лжи и предательства, она смогла в полной мере ощутить всю сладость спокойной жизни.
Амелия смогла наконец-то познать истинную радость от помощи другим. Спасать кого-то – это настолько приятно и захватывающе. Это то, чего ей не хватало здесь, в Селектионе. Она, как Направляющая, конечно же помогала людям найти свой путь, но все же ее подопечные и без нее бы справились, пускай и с трудностями. А там, за барьером, есть столько нуждающихся в ее помощи и защите. Амелия осознала, что уже не сможет оставаться здесь. Ее судьба теперь связана с теми, кто за стеной. Чувство внутренней нереализованности, ранее мучившее ее душу, чудесным образом исчезло. Несмотря на огромную усталость, Амелия ощущала, что стала сильнее, трудности ее только закалили, и она готова была к новым подвигам. Если бы каждый житель Селектиона начал, как она, помогать людям за барьером, то мир бы преобразился. Может быть, когда-нибудь разделяющая их стена исчезнет.
Амелия заметила блестящий в вечерней темноте маленький округлый силуэт, летящий к ней. Это был робот-носильщик, который привез ей еды: тарелку овощного супа, кусок пирога с яблоками и фрукты. Как только Амелия отправила в ментуме запрос «поесть», тут же несколько жителей Селектиона откликнулись и поделились с ней ужином. Она едва их знала, но здесь это было нормально. В Ицаре кто-то вряд ли бы согласился накормить незнакомку. За барьером люди не доверяли друг другу, были слишком разделены стенами, страхами, предрассудками. Мысли об этом удручали Амелию.
Поедая свой поздний ужин, она заметила вдалеке знакомую фигуру, которая постепенно приближалась. Она сразу узнала эту легкую походку.
– Учитель! – восторженно воскликнула Амелия.
Отложив в сторону тарелки, она побежала ему навстречу.
Все эти дни Амелии не хватало отцовской заботы. Девушка обняла своего наставника так крепко, словно не видела целую вечность.
– Моя девочка, – Томас нежно гладил ее по спине.
Амелия не хотела отпускать учителя. Сейчас в Селектионе рядом с Томасом она чувствовала себя спокойной, защищенной. Больше никто не посягнет на нее и на ее друзей.
– Ты изменилась, и судьба твоя изменилась, – Томас заботливо посмотрел на Амелию, – но не в худшую сторону.
Амелия усадила мужчину рядом с собой.
– Учитель, со мной столько всего произошло, я не знаю с чего начать рассказывать.