Следом обняли его Мухаммад и, уже возвратившийся из-за ворот, Али. Младший брат выглядел самым грустным и даже слегка прослезился, но тут же спрятал это ото всех, отвернувшись и направившись к машине. Жена шейха и дочь просто помахали рукой. С этим Абдулла и покинул дом своих друзей.
– Абдулла! – крикнул парня Али, когда тот уже сел в машину. – Я на связи, ты знаешь. В любое время.
Парень улыбнулся и кивнул, не переставая удивляться радушию и теплоте этих людей. С самой первой встречи с ними он чувствовал их заботу и поддержку. Да и не только их. Казалось, все вокруг, с кем за эти полгода в Чечне встречался Абдулла, были рады ему, даже не зная кто он такой. Наверное, это первое, чем удивил его регион. Это потом он узнал об истории края, о его традициях, о самобытном укладе, во многом похожем на дагестанский, но во многом и отличающимся. Но все-таки самое первое, что увидел Абдулла, это люди. Это их нрав и их отношение к гостю.
Стоит ли говорить, что Кавказ давно покорил сердце парня?
– Ну, поехали? – улыбаясь, спросил Ахмад.
– Поехали, – подтвердил Абдулла.
– Тогда пристегнись. Не то отец будет ругаться.
Машина тронулась. Все провожающие, вышедшие на улицу из двора, да и сам двор остались позади. Они еще долго не решались зайти обратно, никак не желая осознавать, что их гость уехал.
«Если будет воля Всевышнего, еще вернется», – говорил Юсуф.
Но разве сердцу достаточно слов и объяснений?
Проезжая мимо домов, в основном из красного кирпича, уезжающим встречались люди. Видя знакомую машину, они поднимали руки в знак приветствия, но, замечая на пассажирском сидение Абдуллу, тут же сменяли приветливый вид на удивленный. Куда это едет парень? За те полгода, что он здесь, он ни разу не покидал село. Даже в город погулять не ездил. Казалось, не то, чтобы село, он шейха даже ни разу не покидал. Если и выходил куда-то один, то крайне редко. А тут куда-то отправился со старшим сыном Юсуфа. Уезжает? Или по делам? Вернется обратно? Или нет?
Конечно, все они тотчас спешили в дом к шейху узнать об этом событии. Не прошло и получаса, как дом устаза был наполнен гостями.
Ну, а Абдулла с Ахмадом тем временем выехали за пределы села. С тоской смотрел парень на фотографию, сделанную из окна автомобиля, с табличкой «Махкеты», перечеркнутой красной полосой.
Дорога.
Пока происходили описанные события в селе Махкеты, самолет с москвичами давно приземлился. Приземлился немного позднее того момента, когда Абдулла это увидел в своих мыслях. И Сакар действительно вышла последней из воздушного судна, пропустив вперед даже сопровождающего ее мужчину. Перед выходом она еще раз окинула взглядом места, как будто проверяла не спрятался ли кто, передала небольшой конверт стюарду, видимо, с вознаграждением, и ступила молча на трап. Что-то, очевидно, случилось, потому что в этот момент женщина резко остановилась на верхней ступеньке трапа и, почувствовав на себе чей-то взгляд, подняла голову вверх.
Внизу вышедшие люди рассаживались по уже ждавшим их микроавтобусам. Водители помогали грузить вещи и оборудование. Никто не обращал на женщину никакого внимания. Никто, кроме Диляры. Она одной из первых села в автобус и заняла место у окна, выходящего на самолет. Девушка видела, как Сакар, начав спуск по трапу, резко остановилась и, замерев на секунду, задрала вверх голову.
Что видела она вверху? Этого Диляра понять не смогла: как она ни старалась, ничего, кроме утреннего неба, разглядеть не получалось. Сакар же, поймав взгляд Абдуллы, простояла так несколько секунд. Она четко разглядела его и поняла, кто он.
«Артем… – сквозь зубы сказала она, пыша злобой. – Я знала, что ты придешь… Но ты не помешаешь мне. Слишком поздно».
Диляра видела, что женщина что-то бормочет, но, конечно, не могла разобрать ее слов. Зато это еще сильнее убедило ее в том, что с этой Сакар не все так просто, как кажется на первый взгляд. И сама женщина, и ее окружение пугали девушку, но как обо всем рассказать маме? Все вокруг только и говорят, какая интересная получается поездка. Интересная, а главное прибыльная. С таким подходом они и слушать не захотят никаких доводов против. Да и нет еще пока никаких доводов, так, одни лишь наблюдения, да подозрения. Но если не сказать сейчас, не будет ли поздно потом? Да и сны эти все никак не оставляли в покое девушку, то и дело напоминая о своей таинственности и даже неком предупреждении. Неужели все это лишь простое совпадение? Сны, платье, Сакар… Кажущаяся прекрасной изначально, идея с поездкой в горы уже обрела ореол таинственности, а теперь, после концерта птиц на взлете и бормотания в воздух Сакар на трапе, начинала немного пугать.
Опустив, наконец, голову и спустившись по трапу, женщина с сопровождающим ее мужчиной ожидаемо сели в тот же автобус, в котором были певица с дочерью. Проспав в полете больше трех часов, никто из пассажиров особо спать не хотел. Микроавтобусы, наполненные людьми и шумом, двинулись в путь, по заявлению самой Сакар, не близкий, но захватывающий. Уже через несколько минут они выехали с территории аэродрома, проехали вокруг аллеи с памятником, миновали довольно большую мечеть, от которой почему-то Сакар со своим спутником незаметно для всех отвернулись, проскочили под красивой аркой в форме средневековых ворот с башнями, и, проехав по кольцу, выехали на трассу. Позади остался большой монумент в виде самолета с большими красными буквами внизу «ДАГЕСТАН», на которые едва ли не каждый пассажир тыкал пальцем, а самые находчивые успели даже сфотографировать.
Солнце, недавно вышедшее из-за горизонта, еще не пекло, но уже довольно сильно грело, и, если бы не кондиционеры, гости Республики точно уже почувствовали бы жару. По правую сторону от дороги вдали виднелись низкие горы, за которыми, словно в дымке, виднелась гряда повыше. Очевидно, за той грядой спрятана следующая, а за следующей следующая. Так начинается Кавказ.
Слева от трассы растянулись огромные поля, за которыми, по заверению Сакар, плескалось теплое Каспийское море. Временами оно даже выглядывало из-за полей, когда дорога слегка взбиралась на возвышенность, маня своей сине-голубой водой.
По трассе ехали минут десять, миновав один населенный пункт и въехав во второй. Во втором, значительно большем первого, четырехполосная дорога сменилась обычной двухполосной. Теплицы, частные дома, заправки и довольно крупная мечеть; выжженая солнцем желтая трава и тополя, высокие и стройные, словно свечки; редкие тротуары, дорожные знаки, перильные ограждения, какие-то бетонные заборы и тянущиеся тут и там желтые газовые трубы – все как в обычном городе. Однако, это и смущало. Те из москвичей, кто первый раз были в Дагестане, ожидали увидеть аккуратные курортные городки с парками, аллеями и пляжами, но пока то, что они видели, больше походило на рабочие поселки.
Конечно, Сакар – а в других маршрутках сами водители – всех уверяли, что парки и аллеи, аттракционы и площадки, торговые центры и самобытные магазинчики, исторические места и прочие достопримечательности тоже есть. Но все они в основном находятся в городах, расположенных у самого моря. Да и вообще Дагестан привлекателен не столько красивыми и современными городами, сколько сохранившимися историческими местами и бесподобной природой. Хотя, безусловно, в городах есть немало и по-настоящему роскошных мест, дорогих ресторанов и всемирно известных бутиков.
Проехав мечеть, после которой как раз и сузилась дорога, Диляра вскоре увидела в окне двухэтажное здание с большой надписью на торце крыши «АССАЛАМ». Над широкими стеклянными дверями были другие надписи: «ОптПрайс» и «Универсам».
Девушка оживилась. Она увидела то, что хотела.
– Остановитесь, пожалуйста! – крикнула она и вскочила с места.
Она все-таки дочь звезды, поэтому могла себе позволить вести себя немного дерзко и не считаться с мнением или желанием других пассажиров. Тем более сейчас, когда на кону, возможно, если не жизнь, то безопасность мамы и всей ее группы.
Водитель прижался к небольшой парковочке у магазина, перекрыв таким образом пару, уже стоящих там, автомобилей. Так как этот микроавтобус был впереди, следующий, увидев остановку первого, тоже прижался к парковке у универсама.
Диляра направилась к выходу.
– Ты пойдешь? – вдруг спросила она маму, остановившись у двери.
Весь автобус смотрел на девушку несколько недоуменно.
– Зачем мы остановились? – строго спросила Виктория.
– Я хочу в магазин, – ответила дочь.
– Тебе он сейчас так необходим? – удивляясь поведению дочери, спросила певица.
– Да. Мне это сейчас необходимо, – ответила та. – Во-первых, я хочу пить. Куплю бутылочку воды.
– Возьми мою, – Виктория протянула руку, в которой держала маленькую бутылочку воды, уже начатую.
– Во-вторых, – не беря бутылку мамы, продолжила Диляра, – мне интересен местный магазин и местные товары. Я хочу попробовать именно дагестанскую воду. В-третьих, я просто хочу размять ноги. Мы летели три часа. Вышли из самолета и сразу сели в автобусы. И теперь еще ехать неизвестно сколько. Давайте сделаем небольшую паузу!
– А она права! – сказал кто-то из группы. – Я, пожалуй, тоже схожу в магазин.
– Да, и я, – подхватил идею кто-то еще.
В конце концов, весь автобус решил сходить в магазин, и уже через несколько минут вся команда рассматривала полки универмага. В микроавтобусах остались лишь водители и таинственная женщина со своим провожатым.
Пока все разглядывали довольно обычное для продуктового магазина наполнение, Диляра постаралась отвести маму подальше, в самый невостребованный покупателями уголок, и там таинственным полушепотом сказала:
– Мама! В этом всем что-то не так!
– Ты о чем? – Виктория удивленно уставилась на дочь.
– Эта Сакар какая-то подозрительная. Она точно что-то скрывает.
– Диляр, – мама попыталась успокоить дочку, говоря как можно спокойнее, – все мы что-то скрываем. Да, она странная, но…
– Нет, нет, нет… Мам! Ты меня не слышишь, – Диляра пыталась объяснить свои подозрения, но нужные слова никак не шли в голову. – С ней что-то не так. Сначала эти птицы…
– Господи! – певица всплеснула руками. – Пилоты же сказали, что это довольно обычное явление.
– Это не пилоты сказали, а этот мужик! Который постоянно рядом с ней! А ему так сказать повелела она сама! Я видела, как она выругалась, а потом отправила его к пилотам, шепнув что-то на ухо, а потом добавила: «Только тихо». И когда он сходил к пилотам, самолет начал взлет. Он точно им сказал, чтобы взлетали! Может, заплатил, я не знаю. Ты же сама говоришь, что у нее денег куры не клюют!
– Даже если и так, – вздохнула мама. – Что с этого? Мы же долетели. Все хорошо.