– Тебе нравятся мои крылья?
– Конечно. Кто ж в здравом уме крылья–то любить не будет? – я подняла бокал и предложила тост: – Выпьем за свободу!
Он отпил немного и мучительно долго рассматривал меня.
– Ты красивая, – внезапно выдал, задумчиво глядя в бокал с вином.
– Что? – я едва не подавилась, но смущённо прошептала благодарность: – Хм–м, спасибо.
Уверена, он расслышал.
После ужина мы сидели возле камина на диване напротив друг друга, распивали вино, шутили и рассказывали истории. Рядом с ним время пролетало незаметно. Я ощущала лёгкость, комфорт и притяжение.
– Скай, не расскажешь об аварии? – Рафаэль поставил бокал на кофейный столик и придвинулся ближе.
– С чего вдруг?
– Твоя душа страдает. Ты закапываешь себя в сожалениях и печали.
– Зачем ты напомнил? – отвернулась и встала с дивана. – Уже поздно, пойду спать.
– Никуда ты не пойдёшь, пока мы не поговорим.
– Чего ты хочешь? С какой целью лезешь в душу и теребишь раны? Мы едва знакомы! – у меня начиналась истерика, и возвращались панические атаки. Я развернулась и понеслась к лестнице, но Рафаэль поймал, прижал к своей груди, и это будто плотину прорвало. – Я была там, сидела на заднем сидении, когда пьяный водитель протаранил нас. Автомобиль вынесло на встречную, и снова удар. Я помню, как машина перевернулась и загорелась. На мне ни ссадины, ни царапины, а они… Они… Было столько крови и огня! Я помню, как кричала и звала на помощь. Родители следовали за нами и успели вытащить меня из горящей машины, а их не смогли спасти. Не смогли… Машина взорвалась, когда приехала скорая и пожарные, от неё остался один чёрный каркас и пепелище. Понимаешь? Взорвалась вместе с ними, а я отделалась лёгким ушибом! Говорят, что они погибли мгновенно и уже были мертвы, когда произошёл взрыв. А если нет? – я рыдала, вспоминая ужас и переживая заново эту боль. Рафаэль молча обнимал меня, гладил по голове, успокаивал, давая возможность выплакаться. – Я осталась жива, понимаешь? Просто чудо, повторяли все, а я хотела умереть. Почему они? За что?! А если они сгорели заживо в огне?!
Я всхлипывала, прижатая к груди ангела, и хваталась за него, как за последнюю соломинку и отдушину.
– Если тебе будет легче, то я скажу: Азраэль забрала их души до пожара. Они уже были мертвы.
– Правда?
– Да, – ангел смахнул слёзы с моего лица.
– В тот день мы собирались у нас дома на заднем дворе, делали барбекю и смотрели фильм на свежем воздухе. Я решила поехать с бабушкой и дедушкой, погостить пару дней у них. А родители намеревались заскочить в магазин по дороге, – уже спокойнее сказала я, стоя в мужских объятиях и ощущая дикую потребность излить душу. – Мы ехали, пели песни и обсуждали фильм. Удар случился внезапно. Не знаю, как вообще я осталась жива после такого.
– Ты осталась жива, потому что твоё время не пришло, Скай. Твой ангел–хранитель спас тебя.
– Ты видел его в моих воспоминаниях?
– Почувствовал. Их нельзя увидеть, лишь почувствовать. Даже я не мог рассмотреть ничего.
Рафаэль перенёс меня к спальне и поставил на ноги, удерживая под руку. Я была эмоционально выжата, как лимон. Даже не в состоянии разговаривать. Поэтому, едва коснувшись головой подушки, отключилась и проспала до утра.
Глава 15
Вопросы
Не знаю, что за перина была на кровати, но я спала как убитая под тёплым, мягким одеялом. Ночь пролетела без сновидений, а утро порадовало хорошим самочувствием. Появилась неземная лёгкость, ушла постоянная тревога и грусть немного отступила, оставляя прошлое позади.
Вспомнила объятия ангела вчера вечером, трудный разговор по душам и поняла, что подпустила этого мужчину слишком близко к своему сердцу.
– Какая нежность, – прошептала, зарываясь в одеяло и не желая вставать.
– А придётся, Небесная. Тренировку никто не отменял, – послышался голос ангела, но я повела плечами, посчитав его бредом. – Тебе, я вижу, понравилось гостить у меня? – продолжил он.
– Это же моя комната? – я села и наткнулась взглядом на блондина, расположившегося в кресле напротив постели. – А как ты вошёл?
– Сквозь стены, – Рафаэль в открытую насмехался. – Хотел убедиться, что с тобой всё в порядке.
– Убедился?
– Жду внизу, – он встал и вышел из комнаты, закрыв дверь.
Я спустилась минут через десять, готовая покорять спортивные горизонты. Тренировка выдалась продуктивной и весёлой, я получила удовольствие от процесса и общения с ангелом.
– Рафаэль, расскажи о своих братьях, – я села на траву, отдыхая после упражнений, и решила узнать архангела получше. Признаться, расставаться с ним не хотелось.
– О ком именно? У меня их много.
– Михаил. Расскажи про него.
– Михаил – мой старший брат. Думаю, я всегда гордился им. Он удивительный, ответственный, поражает своей проницательностью, на него стоит равняться. Неизменно горой за нас. Правда, иногда он слишком серьёзен и правилен до дрожи. Мы прошли вместе через кромешный ад, но Михаил не изменился, остался верен себе. Однако перестал улыбаться. Совсем. Суровый и знающий, но мягкий в душе.
– Ты его любишь.
– Люблю? Хм–м. Уважаю, да. Дорожу. Одно слово не может выразить всех чувств, что я испытываю к брату, – он склонил голову в мою сторону и поймал мой взгляд.
– И всё же ты любишь его больше остальных?
– Вряд ли стоит оценивать любовь с позиции главенства, – блондин задумался. – Я выделяю его из многих, скажем так.
– А говоришь, что не умеешь любить! Братьев же любишь.
– На то они и братья. Я родился с этой любовью, а не приобрёл. Мы же говорим про любовь в несколько ином ключе, романтическом. А романтических чувств я не испытывал…
По его интонации мне показалось, что предложение не закончено, но уточнять не стала и продолжила расспрашивать про семью:
– Интересно, какими вы были маленькими? Ссорились, дрались?
– Не уверен, было ли у нас детство. Я помню себя таким, какой есть сейчас.
– Знаешь, я сомневаюсь, что вы дрались.
– А я нисколечко, – Рафаэль многозначительно рассмеялся. Зная гораздо больше о своей семье, он наслаждался воспоминаниями.
– Я видела твоё оружие и узоры на теле.
– Оружие нужно для защиты, а узоры появляются после каждого убийства.