– Так нужно, Анна, так нужно, – ухмылялся Питер, отдавая ей флягу.
глава 15 столетнее солнцестояние
Питер ходил по лесу, рассматривая свои владения. Яд растений падал на землю с куста, птицы, которые старались летать как можно дальше от Питера, что-то щебетали на своём языке, змеи, свисавшие с деревьев тоже с осторожностью смотрели на короля Сивэллы. Животные притихли каждый раз, когда он проходил мимо – издавать звуки в тот момент было опасно для жизни, поэтому они просто затаивали своё дыхание, стараясь не выводить его из привычной колеи его раздумий и игр. Свежий ветер, который дул со стороны моря, перебирал листья, заставляя их издавать ели слышный шелест, что немного раздражало и без того злого юношу. Но, даже в этой бочке дёгтя, была какая никакая ложка мёда. Ведь его план с Джонс прошёл на ура и уже оо трёх дней о ней ничего не слышно, лишь виден её силуэт, который бродит между деревьев.
Может она к чему-то готовится, или смирилась со своей учистью? Второе на вряд ли, она была слишком любима свободой, отчего не могла просто так сдаться. Но, факт того, что она перестала убивать пропащих – уже был хорошим достижением, войска Питера хотя бы перестали терпеть потери, ведь сейчас это было крайне не вовремя, сейчас, кода приближался судный день, который для Сивэллы был чем-то вроде проверки на прочность. Питер взглянул на ночное небо, звёзды мигали, а луна и вовсе желала побыстрее скрыться за тучами – не добрый знак. Выйдя на берег, он заметил мужскую фигуру, которая стояла около воды и смотрела на горизонт.
– Старая добрая Сивэлла, – пролепетал Лео, вдыхая свежий воздух.
– Завтра всё начнётся, – рассматривая море, сказал Питер.
– Не боишься за свой остров? – усмехнулся Батлер.
– Главная проблема большинства правителей в том, что они остались наедине со своим островом, – усмехнулся Питер. – Если они попытаются сделать что-то с Сивэллой, она сломает их.
С этими словами он исчез в зелёном дыму, бугимен достал зажигалку, пытаясь её зажечь, но тщетно, после чего усмехнулся и выкинул её в море, а дальше…после него остался лишь оранжевый дым. Судный день приблизился настолько быстро, что никто даже этого и не заметил, а часы всё тикали. Жители Сивэллы были слишком загружены делами, чтобы замечать дуновение времени, в отличии от жителей других миров, для которых это было редким событием. Но Сивэлла была готова не только к приезду «гостей», но и к атомной войне на острове, ведь, как бы не был коварен Питер, его остров был под стать ему и мог вполне также как и его правитель уничтожать людей, особенно, когда они не обладают магией.
Столетнее солнцестояние – был судным днём в семи мирах, которые отвечали за ключевые составляющие радуги. В нашем мире радуга, появляясь на небе, заставляет людей улыбаться и радоваться и отдавать свою частичку счастья ей, семиглавой гидре, каждая голова которой имела свой конкретный цвет. Ведь радуга на самом деле просто собирала остаточную магию нашего мира, чтобы мы также и не подозревали о её существовании. Но, всё ли так просто? Ведь всему есть придел и когда-то магия в радуге польётся через край! Для этого, собственно и был придуман этот день, когда семь правителей собирались в одном из семи королевств и весь день определённым цветом, своим цветом. В этом собственно всё это и заключалось, но…многие из правителей уже давно потеряли свою душу, начали видеть везде предательство и утратили веру в себя – что и уничтожило их, у них остался лишь этот единственный день, когда они могли выйти из тени собственного королевства, с которым остались один на один, но…такая участь была далеко не у всех.
Ведь у всего есть исключения? Так и тут, два правителя до сих пор, спустя столько времени, придерживаются того, что не потеряли. Они до сих пор имеют эту самую душу, оставаясь самыми хитрыми, безжалостными и коварными правителями. Великий и ужасный Питер Тернер, который будет верен своему острову всю свою, уже долгую, жизнь, который до сих пор, каким бы он не был, не потерял ни души, ни магии своего королевства. И бугимен, король страхов, который оставил своё королевство, чтобы то продолжало своё существование без него и тем самым перебрался в наш мир, продолжая жить там, радоваться людским страхам и питаться таким количеством мучений, что скоро у него явно будет не сворение. Два правителя, два давних друга, как бы это было не смешно, двоя тех, чьи души на вес золота.
Утро в Сивэлле не выдалось каким-то особым, всё было как обычно. Все пропащие с самого утра готовилась к приёму гостей, русалки раскидывали ракушки по побережью, надеясь, что не наткнутся ни на кого, Алана бродила в доме, который был построен специально для гостей, и следила, чтобы всё было на высшем уровне, Питер, который встал раньше всех, сейчас находился около дома Джонс. Спустя минуту девушка вышла, вооружённая луком и стрелами с отравленными наконечниками.
– Кто же подчил меня своим присутствием, – усмехнулась она, складывая руки на груди. – Чем обязана?
– Не язви, – строго сказал Питер. – Дай свою руку, – он кивнул на ладонь.
– Нет, – сказала она, тут же разворачиваясь.
Он тут же схватил её за запястье и спустя минуту жуткая боль растеклась по всей руке, на которую он схватил её. Когда же она смогла выдернуть руку, она увидела в ней красный рубин, который будто вшили в её кожу, стиснув зубы от боли, она с ненавистью взглянула на Питера, которого её мучения явно веселили.
– Что за чёрт? – она кивнула на рубин.
– В Сивэлле гости, – вскинул брови он. – И если ты не хочешь, чтобы один из них убил тебя, просто подумай обо мне, – он подошёл ближе. – Ты прекрасно знаешь, как это сделать, – он взял её за подбородок.
Одёрнув голову, она развернулась, идя в сторону леса. Питер лишь усмехнулся и исчез в клубах зелёного дыма. Девушка же направилась в сторону дома Аланы, дабы узнать что-то о новых гостях, за появление который Питер настолько волнуется, что вшил в кожу Джонс какой-то камень, что больше приносило боли, чем спасения. Вдруг послышался шелест листьев, девушка тут же остановилась, доставая стрелу и нацеливаясь в сторону звука. Прикрыв глаза, она вслушалась в природу, к которой уже привыкла и прекрасно могла отличить звук Сивэллы от постороннего, тут же развернувшись на девяносто градусов она отпустила стрелу, попав в дерево над головой неизвестной девушки, которая опешило от подобного, ведь такой трюк у неё часто срабатывал. Валери засадила ещё одну стрелу, направляя её на блондинку.
Перед ней стояла девушка с ярко-жёлтыми глазами, которые сразу же обращали на себя вид, у неё были прямые, чуть выше плеч, волосы, полное отсутствие макияжа, бледная кожа, чёрная кожаная куртка, белая футболка и джинсы, что вполне могло сойти за наряд из мира самой Джонс, но некоторое время знакомства с Питером явно пошло на пользу и научило тому, что не все те, кто кажется безобидным с первого взгляда, могут быть точно такими же наяву, жестокий опыт, но зато поучительный.
– Хорошо стреляешь, – блондинка посмотрела наверх.
– В следующий раз будет на пять сантиметром ниже, – сквозь зубы сказала Валери.
– Тебя не учили, что со старшими нужно вести себя уважительнее?
– выпрямляясь, спросила неизвестная.
– А тебе не рассказывали, что Сивэлла – это страна детский фантазий, а не старших? – таким же тоном спросила шатенка.
Блондинка уже была готова паррировать слова наглой девушки, но около неё тут же появился фиолетовый дым. Из дыма появилась ещё одна женщина, глаза которой светились фиолетовым цветом, а в волосах были фиолетовые пряди, сама она выглядела весьма подавлено, взгляд был наполнен горем, а кожа была сухая и дряхлая, будто она только что вышла из подземного мира, а не появилась из воздуха.
– Девушка в Сивэлле? – это был первый вопрос от девушки с фиолетовыми глазами.
– Скорее нахалка, раз Тернер не научил тебя хорошему тону, это сделаю я, – с этими словами она уже было подняла руку, чтобы ударить по Валери, но в туже руку отправилась стрела с ядом ядовитого растения.
Блондинка издала глухое хрипение, после чего выдернула стрелу из своей руки и кинула на землю. В этот момент Джонс уже зарядила очередную стрелу, чтобы запечатлеть ранение на второй руке блондинки, эти новые гости явно ей уже не нравились, что уж о других, ведь их явно не двоя, все не могли так готовится к их приезду. Девушка с фиолетовыми глазами тут же встала прямо перед стрелой, жалобно смотря на шатенку.
– Не нужно, – покачала головой она, – пожалуйста.
Фиолетовоглазая не надеялась на снисходительность шатенки, ведь она знала, что пропащие могут убивать с закрытыми глазами, но, на удивление гостей, Валери опустила лук и убрала стрелу в колчан. Девушка выдохнула, смотря на рану блондинки.
– Давай познакомимся, – слабо улыбнулась фиолетовоглазая, – меня зовут Пейдж Эванс, а это, – она указала на блондинку, которая злостно наблюдала за Джонс, – Ева Джексон.
– Валери Джонс, – легко улыбнулась девушка. – Вы, как полагаю, те самые гости, – она осмотрела девушек.
– Да, и, я не знаю, как Ева, но я потерялась, – развела руками Эванс. – Мы ищем Питера Тернера.
– Я была бы рада его никогда не находить, – усмехнулась она. – Пойдёмте, поищем его вместе.
Пейдж специально встала между девушками, чтобы одна не запустила стрелу в другую, что уже было проверено. Валери вела их сквозь лес, смотря по сторонам, дабы не наткнуться на ещё одного гостя Питера, но вдруг, на увидела большой дом, которого явно здесь не было до этого. Подобные дома были у богатых бизнесменов, но уж точно не в Сивэлле , откуда бы ему тут взяться? Или ещё один гость явился по душу Питера? Взяв стрелу, она направилась в сторону дома, но как только она подошла к двери, так открылась и оттуда вышла Алана, явно не ожидавшая стрелы в свой адрес.
– Алана, – выдохнула Валери, убирая стрелу.
– Валери! – тут же воскликнула фея, обнимая подругу.
– Дай пройти, моль, – прыснула блондинка, проходя во внутрь.
– Ещё раз назовёшь её так и стрелу я запущу в твоё горло! – крикнула ей в след Джонс.
Фея усмехнулась, проходя вместе с Валери в дом. Сама обстановка уже возвращала девушку к её прежней жизни, ведь кожаные диваны и кресла – явно были родом не из Сивэллы, да и ещё и всех цветов радуги, а не только оттенков зелёного. Взгляд Валери сразу же упал на остальных гостей, которые с насмешкой смотрели в сторону блондинки, из руки которой сочилась кровь и яд.
– Все в сборе? – спустился с лестницы Питер, взгляд которого тут же упал на рану Евы. – Развлекаешься, Джексон?
– Это всё твои потеряшки! Одна в меня стрелой запустила! – указывая на Джонс, пожаловалась Ева.
– Тебя победила смертная потеряшка? – тут же рассмеялась шатенка, которая в этот момент сидела в кресле и попивала бурбон.
Её глаза были небесно-голубого цвета, а наряд больше напоминал девушку, которая только что поднялась из ада на землю. Но вдруг её взгляд упал на саму виновницу, шатенка склонила голову на бок, пытаясь вспомнить где она уже видела эти знакомые черты лица, они точно уже всплывали в её практике и насколько она помнит увенчались успехом.
– Неужели Питер начал видеть прок в женском поле? – подал голос ещё один мужчина, глаза которого были красного цвета.
Вообще, всё это чаепитие не внушало доверие Джонс, которая, не дожидаясь пока все начнут обращать своё внимание, быстро покинула неизвестный ей ранее дом. На улице уже был день, а это значило, что она спокойно могла прогуляться, пока все гости дома Питера были там. Но в его доме в этот момент висело лишь напряжение и мнимое спокойствие и веселье. Ева возмущалась поповоду своей раны, а остальные лишь посмеивались, наблюдая за её мучениями. Уставший от этого Питер щёлкнул пальцами и рана тут же пропало, что привело в шок лишь Алану, которая, до этого момента, считала, что от яда острова лекарства нет и уже мысленно хоронила Джексон.
– Больше ныла, – сказал мужчина, который сидел в тёмно-синем кресле.
Ева Джексон лишь прыснула со злости, смотря на Нептуна, который даже не обращал на неё внимание. На неё вообще мало кто обращал внимание, из числа магических существ, ведь лишь такие могли видеть её настоящее лицо, а не напущенную магию, которая делала её необычайно красивой собой. Как и полагалось быть Гаргоне, женщине, которая, как известно ранее могла превращать всех в камень, всех на кого она посмотрит. Но правда далеко от истины и ей было достаточно лишь взмахнуть рукой, чтобы превратить кого-то в камень, да и жила она не скрываясь, ведь её остров был тюрьмой для магических существ, которых она превращала в камень, а её верные Василиски охраняли статуи до истечения положенного срока каждой.
Что уж до Пейдж Эванс, настоящей королевы смерти, которая являлась, если не самой смертью, то её предвестником, издавая протяжный крик, когда кто-то умирал, оповещая всех об этом, именно поэтому в её королевстве не было ни зеркал, ни стёкол, лишь блуждающие огни, которые она насылала, чтобы предугадать появление ещё одного трупа. Скорее именно из-за своей силой она всегда была такой убитой и помятой, ведь, даже человеческая погибель, рано или поздно надоедала.