– Стригои.
– Стригои? – недоуменно переспросила она.
– Да.
– Я не слышала про таких… Кто они?
– Это те же вампиры. Разница между нами и ними заключается в том, что они продолжают пить кровь людей, обращая их в таких же бездушных тварей, как и они сами. У них нет никаких эмоций, кроме жажды крови и ненависти. Они убивают, чтобы жить.
Лана допила кофе и поставила чашечку на поднос. Слова Велеста озадачили её. Она не знала, что вампиры делятся на касты. Как выясняется, она вообще мало что знала о них.
– Вы же не убиваете людей?
– Без надобности – нет. Хотя лично я не придерживаюсь мнения, что жизнь конкретно взятого человека представляет собой ценность.
Это походило на правду. Велест не производил впечатления мужчины, способного на милосердие.
И ей не стоило забывать, что он из себя представляет.
– Жестоко.
– Констатация правды. Мы стараемся жить, не трогая людей. Им в свою очередь проще живется, не зная о том, что мы многие столетия живем бок о бок рядом с ними. Конечно, кто-то из людей думает, что мифология – это правда, тщательно завуалированная от посторонних глаз. В чем-то они правы. Есть даже охотники на вампиров, но они тоже научились различать вампиров и стригоев. Трогать нас им не выгодно. Если ещё и мы объявим войну людям, то это грозит полному вымиранию человечества.
– Постойте! Вы хотите сказать, что свободно общаетесь с людьми?
Велест снова рассмеялся, но на этот раз его смех содержал толику иронии и снисходительности. Необременительная беседа с блондиночкой доставляла ему удовольствие. Ему была приятна интонация её голоса.
– Конечно. Мы не просто свободно общаемся с людьми, мы живем среди них.
Он говорил так, точно Света не принадлежала к числу «этих самых людей». Он был в этом уверен.
Но Лана не спешила с выводами.
– Наша семья очень влиятельна среди людей, – тем временем продолжал Велест будничным тоном. – Мы известны, как влиятельные бизнесмены. Друзья семьи – политики, артисты, спортсмены. Всё, как у всех.
Лана покачала головой, не до конца осознавая и примиряясь со словами мужчины. Он говорил удивительные вещи. Но она была склонна верить ему. Девушка уже достаточно видела.
– И никто ни разу ни о чем не заподозрил?
Тут Велест резко сел и наклонился к Лане. Та невольно подалась назад. Внизу живота предусмотрительно сжались мышцы, а внутренний голос запоздало предупредил её, что она играет с огнем.
– Людям не выгодно разгадывать нашу тайну, – выдохнул он.
– Понятно, – быстро протараторила девушка и отодвинула от себя поднос с едой. На сегодня её вопросы исчерпались. Необходимо было сменить тему разговора, а лучше всего обстановку. – Велест, извините, но я хотела бы принять ванную.
Велест понял, что она пытается сбежать от щекотливой темы. И решил уступить ей.
На этот раз.
– Ванная там, – и он указал на большую дубовую дверь.
Лана неуклюже слезла с кровати, причем с другой стороны от мужчины. Она предпочитала держаться от него на расстоянии. Так проще.
– Я пойду? – она замялась и растерянно стала теребить край свитера, точно школьница у директора.
– Конечно, я не держу тебя…
– Спасибо, – зачем-то сказала она.
– Да, кстати, – как бы между делом сказал Велест, когда она уже стояла у двери ванной комнаты. – Я распорядился, ремонт в твоей квартире делают, к вечеру должны закончить. Так что по этому поводу можешь не волноваться.
Легкий румянец коснулся щёк Ланы. Ей стало приятно, что он вспомнил о своем обещании.
– Спасибо, – снова вырвалось у неё.
– Не стоит благодарности. И ещё я позвонил на твою работу, ты уходишь в отпуск.
Лана замерла. Вся её благодарность испарилась в одночасье. Она развернулась на пятках и уставилась на Велеста. Тот стоял у кровати в ленивой позе, скрестив руки на груди. Весь его вид говорил о беспечности.
– То есть, как вы позвонили на работу?
– Очень просто.
– Если это шутка, то она не смешная.
– Похоже, что я шучу?
Их взгляды встретились, и Лана не выдержала первой. Его темные глаза проникали в душу, стремясь завладеть её разумом.
– Вы не имели права так поступать, – раздраженно сказала она, лихорадочно прикидывая в уме, как объяснить своё странное поведение в колледже. К тому же, если директором будет Лапшин! Она надеялась, что он ничего не будет помнить о визите к Лане, но то, что она его бросила, он вряд ли забудет. Ей придется искать новую работу.
– Я поступаю так, как хочу, – ничего не изменилось в его позе, только в голосе появились властные, не терпящие возражения нотки.
– Нет. Это моя работа…
– На которой ты взяла бессрочный отпуск, – Лана не успела понять, как он оказался рядом и навис над ней. – Пока я хочу видеть тебя рядом с собой. Это не обсуждается.
– Вы не имеете права распоряжаться моей жизнью, – Лана продолжала спорить, но её голос звучал тише и не столь убедительно, как раньше. Присутствие Велеста вносило сумятицу в её мысли. Особенно, когда он стоял рядом. Как сейчас. И его движения были слишком быстры для её восприятия.
– Мне бы не хотелось пугать тебя, Лана, – его голос почти мурлыкал над её ухом, – но разве ты ещё не поняла, что меня в принципе не волнует чья-либо жизнь?
Она задрожала, и не нашла ничего более умного, как нырнуть между его рук и скрыться за дверью в ванную. Вслед ей послышался приглушенный довольный смех мужчины.
Она перевела дыхание и принялась лихорадочно раздеваться. Ей хотелось залезть в ванную и под теплыми струями душа хотя бы немного расслабиться. Напряжение достигло апогея.
Как Велест посмел распоряжаться ею? Она согласилась с ним поехать, чтобы разобраться в прошлом и определиться с будущим, но это не давало ему право указывать, что ей делать, а что нет. Она привыкла сама принимать решения. Пусть они и не всегда были верными, но за свои ошибки она отвечала сама.
А тут…