– Да нет… Может быть, рыбу с гарниром и фрукты.
Девушка снова кивнула.
– Хорошо. Если вы что-то пожелаете выпить, то бар находится там, – и она указала рукой в сторону встроенного шкафа.
– Я учту.
Оставшись одна, Лана подумала, что выпить ей не помешает. Успокоит нервы и поможет от легкой головной боли, которую она не замечала, пока они неслись по дождливым улицам Вены. Неужели у неё похмелье после вчерашнего выпитого шампанского? Вряд ли. Но сейчас Лане было не до рассуждений, и она, поддавшись минутной слабости, налила себе вина.
Сделала глоток и отставила бокал в сторону. Алкоголь – не выход.
Тревога за Велеста нарастала. Её воображение рисовало картину одну ужасней другой. Вот он сражается со стригоями… дерется… вгрызается в горло врага… рвет на части чужое тело… Его глаза приобретают кровавый цвет, они пышут ненавистью и яростью. Но потом ситуация меняется, и теперь его уже атакует группа стригоев. Он отбивается, рычит от ярости, ему удается обезглавить одного стригоя, но их слишком много. И в конечном итоге, они валят его на холодную землю и набрасываются всей стаей.
Лана распахнула глаза, ужаснувшись своей фантазии. Нет, она не должна думать о поражении Велеста! Он сильный, он боец! О том, какой он сильный она теперь знала не понаслышке. Её тело до сих пор хранило обжигающий жар его прикосновений. Его руки надолго оставили след на её теле.
При воспоминании о ласках Велеста, у Ланы закружилась голова, дышать стало труднее. Бюстгальтер стал тесен, соски чувственно заныли.
Её бросало то в жар, то в холод. Мысли метались в полном беспорядке, и, когда в дверь постучали, она вздохнула с облегчением.
Егор?
Но это оказалась всё та же девушка. Она принесла еду. Лана поблагодарила её.
Она посмотрела на пищу, и желудок протестующе сжался. Нет, сейчас она была не в состоянии проглотить даже кусочек. Лана подошла к окну и нервно облизнула губы.
На улице продолжала буйствовать природа. Теперь к проливному дождю добавился ещё и порывистый, сшибающий с ног ветер. Лана видела, как редкие прохожие сгибались от его силы и прижимали к себе сумки, опасаясь, что они могут вылететь из рук. Машины передвигались медленно, две остановились в надежде, что ураган скоро стихнет.
Такой же сильный ураган бушевал у Ланы в груди.
Жар от неизвестности сводил с ума. Девушка вцепилась пальцами в подоконник так сильно, что костяшки побледнели. Она могла пойти в соседнюю комнату, где должен был находиться Егор, или спуститься вниз, в зал, туда, где продолжали веселиться вечные тусовщики, но девушка не представляла, как она сможет общаться и натянуто улыбаться.
Нет, лучше она побудет одна.
Время тянулось ужасающе медленно. Тик-так…Тик-так… Неизвестность сводила с ума.
И отчаяние, липкое и вязкое, подобралось к Лане. А вдруг ничего этого нет? Ни Велеста, ни бессмертных, ни отца-демона? Вдруг всё это галлюцинация, болезненная фантазия её воспаленного разума? Может быть, она в какой-то роковой момент не заметила, как провалилась в бездну безумия?
Лана тряхнула головой. Вот если подобные мысли снова стали посещать её голову, это признак того, что она доведена. Слишком много событий и новшеств. Ей пора брать тайм-аут. Как только она удостоверится, что Велест в порядке – а по-другому просто быть не может – она вернется домой. По крайне мере, на недельку. Ей надо побыть в одиночестве. Чтобы никто не вмешивался в её жизнь и не пытался проникнуть в голову.
Побудет одна, погуляет по городу, посетит музеи, в которых давно не была. И если Велест сдержал своё слово, и ей не придется покупать новое стекло и тратиться на ремонт, то она устроит себе шопинг-терапию. А что? Имеет право. Она всегда очень трепетно относилась к покупке одежды, не могла себе позволить без разбора покупать вещи и, прежде чем совершить покупку, составляла мысленно комбинацию вещей. А тут она устроит себе праздник.
Её руки прошлись по юбке. Она даже предположить не могла, сколько стоит эта юбка и кто её дизайнер, но подозревала, что не мало, а имя модельера у всех на устах.
Она вряд ли когда-нибудь себе смогла бы позволить столь дорогую и изысканную вещь. А для Велеста это были мелочи жизни.
Велест…
Её сердце заныло. Господи, только бы с ним было всё в порядке. Внутренний голосок занудно поспешил сообщить, что кощунственно с её стороны просить Господа Бога о милости к существу, которое славилось кровавыми похождениями и бесчинствами. Вампиры были по ту сторону добра. Но сейчас мысли о некой могущественной материи, которая способна позаботиться о каждом живом существе, грели душу Светланы.
С Велестом всё будет хорошо.
Она в этом не сомневалась.
И если она будет с ним рядом, то должна привыкнуть к факту, что Велест постоянно сражается со стригоями.
Стоп-стоп-стоп! О чем она думает? Как ей могло прийти в голову, что она будет всегда рядом с вампиром? Что толкнуло её на столь наивные мысли?
Из её груди вырвался нервный смешок. Ещё немного, и она превратится в истеричку… Она что сделает?
То, что они с Велестом занимались сексом, ничего не значит. И ей не стоит тешить себя мыслью, что взгляды собственнические, обжигающие, что-то значат для Велеста. Для него она смертная, которая возбудила в нем любопытство и разожгла страсть.
И их ночь одна из многих…
Для него.
Но не для неё.
Велест ворвался не только в её квартиру, он ворвался в её сердце. Он полностью завладел её мыслями. Её жизнь стала неотъемлемой частью его жизни. И дело тут было вовсе не в желании выяснить, кем она является на самом деле… Дело в том, что она почти влюбилась в вампира с глазами, похожими на самый черный омут.
Лана прислонилась лбом к холодному стеклу. Неужели она на самом деле влюбилась в Велеста? Это катастрофа… Или счастье?
Бабушка ей всегда говорила, что любовь – это благословение небес. Нет ничего прекраснее, чудеснее и дороже. Дороже, потому что встречается очень редко. Лана знала, что бабушка говорила о настоящей любви, той, из-за которой воздвигаются города и рушатся все преграды, той, что заставляет бросаться в огонь и идти на амбразуру. Или в постель к вампиру.
От одного воспоминания о сильном теле Велеста, которое дрожало под её небольшими ладошками, из груди Ланы вырвался приглушенный стон.
С этим надо завязывать.
Иначе отчаяния, боли и разочарования ей не избежать.
– Велест… – его имя сорвалось с её губ.
Глава 13
Она оторвала лоб от окна. И вовремя. Потому что на скорости, которая превышала все допустимые скоростные режимы в городе, к «Жерлу» подлетел автомобиль. У Ланы остановилось сердце. И она сильнее прижалась к стеклу, чтобы через серые полоски дождя увидеть, кто приехал.
Водительская дверь распахнулась, её едва не выбили. Оттуда показался незнакомый Лане мужчина. Он подбежал к задней двери, которую тоже бесцеремонно открыли, и помог кого-то достать с сиденья. Лана практически впечаталась в стекло, пытаясь рассмотреть, кого он поддерживал, но не смогла.
Единственное, что она почувствовала – Велест рядом.
Оставаться в комнате девушка не могла и побежала к лифу. Она судорожно принялась нажимать на кнопку вызова, но лифт не шёл. Тогда Лана, не дождавшись, побежала к лестнице. Она не знала, куда именно бежит, но ей жизненно необходимо было знать, кто приехал.
И кто пострадавший.
Она готова была поклясться, что слышит Велеста. Он что-то кричал… Отдавал распоряжения… И в его голосе звучала боль…
У Ланы закружилась голова, когда она, перепрыгивая через две ступеньки, преодолела лестничные пролеты и влетела в танцзал. С того момента, как она сюда прибыла, ничего не изменилось. Даже новых посетителей не было. Бармен лениво протирал бокалы для спиртного и безразлично поддакивал прилично набравшемуся посетителю, который едва не ронял голову на барную стойку. Она подбежала к нему и спросила:
– Сейчас в клуб вошли два мужчины? Или три… Один сильно ранен. Куда они пошли?