– Я чертов ревнивец. Собственник. Схожу с ума лишь от одной мысли, что тебе может понравиться другой мужчина. И не факт, что я этому мужчине не оторву голову. В прямом смысле этого слова, – Велест говорил лаконично, с придыханием, точно эти простые слова давались ему с трудом.
Лана слушала его и понимала, что она самая счастливая женщина на свете. Мужчина, который наполнил её жизнь смыслом, стал её частью, признавался ей в любви, пусть и в такой своеобразной форме.
– Я думаю, что ты научишься контролировать свою ревность, – улыбнулась Лана и большим пальцем погладила руку мужчины. – К тому же, я не собираюсь давать тебе повода для ревности.
– Ты не испугалась?
– Нет.
– И не насторожилась?
– А надо было? Велест, ты ведешь себя очень странно…
Велест в ответ зарычал.
– Женщина, я первый раз в жизни признаюсь в любви. Что ты от меня хочешь?
– Первый раз? – усомнилась девушка.
– Первый. Обычно в любви признавались мне.
– А ты оставался холодным и насмешливым?
– Приблизительно так. Поэтому я… В общем, смущаюсь. Но! – тут он быстро приподнялся с кресла, также мимолетно запечатлел поцелуй на лбу Ланы и, опустившись назад, продолжил: – Но я рад, что сказал тебе о своей любви.
– И я очень рада…
Их взгляды встретились, и Лана поразилась той теплоте и заботе, которую излучали темные глаза Велеста. Он на самом деле выглядел немного смущенным, выражение жесткости исчезло с его лица, черты разгладились.
– Ты должна понимать, что я не смогу отпустить мать своего будущего ребенка, – он первым отвел взгляд. – В моей жизни хватит и одного ребенка, который не желает признавать меня, и наши отношения натянуты. Этого ребенка я хочу нянчить и воспитывать, видеть, как он первый раз улыбнется и сделает первые шаги. Я хочу и буду принимать самое активное участие в его жизни. Ты это понимаешь, Лана?
– Понимаю и принимаю. И мне нравятся твои желания, Велест.
– Сейчас я думаю, что твоё признание о беременности вытащило меня с того света.
Лана шутливо разозлилась.
– То есть тебя спасла не я? Не моя кровь?
На душе было очень легко. Легко, как никогда за последние годы.
Велест негромко засмеялся.
– И твоя кровь тоже. Меня спасла ты. И я буду благодарить тебя каждый день своей жизни…
Он чувствовал себя романтиком, и ему нравились свои ощущения. Велест открывал душу любимой женщине, и ему хотелось говорить и говорить, чтобы излить чувства до конца. Объясниться так, чтобы между ними не осталось никаких недомолвок.
– Мне нравится ход твоих мыслей, Велест, – улыбнулась Лана.
– Сегодня ты не такая, как всегда.
– Почему?
– Ты расслаблена. Шутишь.
– Потому что ты рядом. И с тобой всё хорошо. Теперь я знаю, чего хочу в этой жизни.
– Поделишься со мной?
– Я хочу быть рядом с тобой. Думаю, в знак благодарности за то, что я спасла тебя, ты теперь будешь обязан просыпаться и засыпать со мной…
Велест снова зарычал. На этот раз его рык был рыком торжества.
– Женщина, двигайся, больше не могу тебя не обнимать!
Он лег боком, стараясь уместиться на узкой кровати. Руку подложил под голову Ланы, и та с удовольствием прижалась к дорогому телу.
Его большая тяжелая ладонь забралась под рубашку и легла на живот Ланы. Та инстинктивно сжала мышцы, а потом расслабила.
– Тебе не больно? – обеспокоенно спросил Велест, заметив её движения.
– Почему мне должно быть больно?
Он оставил её вопрос без ответа.
– Света, а когда ты узнала, что беременна?
Девушка тяжело вздохнула и спрятала лицо на его груди.
– Вчера. Знаешь, кто сообщил мне эту радостную новость?
– Твой врач?
– Мимо.
– Тогда кто?
– Зидан.
– Чтоооо?
При имени демона, к которому у него теперь кровавые счеты, тело Велеста напряглось. Он не успокоится, пока не отомстит этому мерзавцу. И уж точно не подпустит его к Лане на пушечный выстрел. Он сделает всё, но отгородит её от неприятностей, которые способен причинить Зидан.
Лана поняла, о чем подумал Велест, и поспешила объяснить:
– Он пришёл ко мне в квартиру с целью забрать меня с собой. Я не знаю, зачем нужна ему. Хотя… Ты, знаешь, Велест, мне кажется, я начинаю немного понимать, какие именно силы во мне заключены.
– Поподробнее.