<< 1 2 3 4 5 6 ... 9 >>

Марина Сергеевна Серова
Месть русалки

Номер был незнакомым, что сразу же настроило меня на деловой лад. Если мой телефон звонит – это, как правило, означает одно: меня ждет очередной заказ и очередной клиент.

– Слушаю вас, – проговорила я официальным тоном.

В трубке раздались какие-то шорохи – наверно, помехи, – после чего смущенный женский голосок тихо произнес:

– Здравствуйте. Могу я поговорить с Евгенией Максимовной Охотниковой? Мне дали правильный номер?

– Да, это я, – подтвердила я, отставляя тарелку со своим горячим завтраком. – С кем имею честь разговаривать?

– Меня зовут Диана, – представилась незнакомка. – Диана Чекулаева… Мне двадцать три года… – внезапно моя собеседница замолкла, а потом продолжила: – Простите, я не знаю, с чего начинать, вряд ли вам нужна информация обо мне. Я никогда прежде не обращалась ни к частным детективам, ни к телохранителям. Вы ведь телохранитель, правильно? Я не ошиблась?

– Все верно, – снова подтвердила я. – Я телохранитель, и, как подозреваю, у вас есть дело, по которому вы хотите обратиться ко мне? Я хотела бы узнать, что у вас за проблема, поэтому лучше, если мы где-нибудь встретимся и поговорим. Если, конечно, вам требуются услуги телохранителя, а не полицейского или частного детектива.

– Да, мне нужны именно вы! – заверила меня Диана. – В полицию я не обращалась, потому что никто меня и слушать не станет. Понимаете, у меня есть подозрения, что кто-то собирается навредить моей маме, но нет никаких доказательств. Полиция даже слушать меня не станет, можно было бы найти частного детектива, но я боюсь, что на маму будет совершено покушение, и частный детектив не сможет ее спасти. Мне нужен человек, который бы охранял мою маму, понимаете? Я не знаю, как долго продлится это, но пока записки и всякие жуткие случайности происходят, я не могу быть спокойна. Больше всего на свете я хотела бы ошибаться, пусть я все это себе надумала… Но действительность такова, что все это – не мои выдумки и подозрения, а реальные факты. Жуткие, пугающие, но реальные! Пожалуйста, помогите мне, Евгения Максимовна! Я уже не могу спокойно спать по ночам, мне снятся кошмары, что мою маму убивают! Боюсь, что, если все будет продолжаться, я сойду с ума! Я готова заплатить сколько угодно, только, пожалуйста, помогите, пусть я без денег останусь, зато буду спокойна! Я уже несколько дней пью успокоительные, но мне ничего не помогает, не сплю толком вторую ночь, а мне ведь на работу идти, совсем ничего не соображаю! Я взяла себе выходной сегодня, чтобы вас разыскать, может, тогда этот кошмар закончится. Если вы не возьметесь мне помочь, я не знаю, что мне делать. Если с мамой что-то случится, я никогда себе этого не прощу! Она – самый дорогой для меня человек, я… я…

В трубке раздались глухие рыдания.

Похоже, Диана не смогла справиться с эмоциями, накопившимися у нее за все это время. Я поняла, что следует брать инициативу в свои руки.

– Диана, скажите, где вы сейчас находитесь? – спросила я коротко.

Девушка не отвечала, а только рыдала в трубку. – Диана, я хочу вам помочь, – проговорила я. – Но если вы мне все не расскажете, то я не смогу вам помочь, мне нужно знать, в чем и кого вы подозреваете, что происходит с вашей мамой, и вообще… Мне необходимы все детали, даже самые незначительные! Скажите, где вам удобно встретиться, я подъеду туда в ближайшее время! Диана?

– Да, простите меня… – пробормотала девушка сконфуженно. – Это все последствие таблеток успокоительных и бессонницы… Я… Я не дома сейчас, я зашла в кафе возле университета, где работаю… Я собиралась идти на работу, но не смогла, потому что ничего не понимаю, не могу, боюсь, что у меня случится обморок прямо на рабочем месте… Поэтому сказала, что у меня температура, просила заменить меня… Взяла день за свой счет, и… вот…

– Где находится кафе? – прервала я словоохотливую собеседницу. – Скажите адрес и название.

– Кафе «День и ночь»… – проговорила девушка. – Право, мне неудобно, что мы с вами будем тут разговаривать… Наверно, телохранителей приглашают домой, да? А не в забегаловку, простите, простите меня…

– Нет, напротив, я привыкла вести переговоры с клиентами в кафе, – возразила я. – Если вы мне скажете еще и адрес, дело будет продвигаться быстрее. Диана, вы слышите меня?

– Да-да, простите… – снова начала извиняться девушка.

Я прошла с трубкой к компьютеру, нажала на кнопку «включить», чтобы найти в Интернете адрес кафе, пока моя собеседница собирается с мыслями.

Краем глаза я увидела, как расстроенно вздохнула тетушка Мила, глядя на мою нетронутую тарелку.

Увы, сегодня мне не до дегустации новых блюд – надо найти Диану и узнать, что происходит с ее матерью.

– Кажется, оно на пересечении улиц Университетской и Садоводнической, – наконец проговорила девушка. – Я не помню адреса, но могу спросить…

– Ладно, не нужно. – Я ввела в поисковик название улиц и кафе.

Интернет тут же выдал мне точный адрес – Садоводническая, двенадцать, а заодно и фотографию заведения. Надеюсь, второго кафе с таким же названием в Тарасове нет, и я не ошиблась.

Я прикинула по времени – хотя и утро, но пробок быть не должно, при благоприятном раскладе я доберусь до нужного мне места за пятнадцать-двадцать минут.

– Никуда не уходите, – велела я Диане. – Ждите меня в кафе, я скоро подъеду!

Девушка принялась сбивчиво благодарить меня, но я оборвала ее и, попрощавшись, начала спешно собираться.

Я еще раз порадовалась, что мой «Фольксваген» стоит в гараже неподалеку от дома. Сейчас идти по заснеженным улицам города довольно проблематично; увы, мы живем не в Европе, где регулярно чистят снег.

Реалии Тарасова таковы, что календарная зима воспринимается до сих пор как невероятное стихийное бедствие – надо же, какое удивление! Снег в середине декабря, прямо-таки вселенская неожиданность! Собственно, осенний ливень представляет точно такую же катастрофу – дороги забиты машинами, «дворники» не справляются с работой…

Эх, сомневаюсь я, что когда-нибудь что-то изменится…

Я доковыляла по сугробам до гаража, про себя порадовалась тому, что за машиной я всегда тщательно слежу, заправляю бензобак на случай, если придется неожиданно сорваться с места, и не допускаю ни малейшей поломки.

Я завела машину, настроила навигатор и проложила наиболее удобный маршрут до кафе «День и ночь», чтобы доехать без пробок. К счастью, мне повезло, и до нужного заведения я добралась за одиннадцать минут – даже быстрее, чем рассчитывала.

По всей видимости, кафе «День и ночь» было рассчитано на посетителей из числа студентов и преподавателей. Хотя бы потому, что находилось оно поблизости от университета, где, судя по словам Дианы, она училась и потом работала.

Не скажу, чтобы здание поражало своим великолепием – нет, обычный дом с непрезентабельной вывеской.

Я припарковалась на стоянке, где находилось несколько машин, и вошла в кафе. Больше всего оно напоминало обычную столовую – длинная стойка с ассортиментом блюд, большое количество столиков и стульев. На стене – несколько картин, в основном натюрморты, да объявление, гласящее о том, что в заведении – самообслуживание.

Однако, несмотря на скромность и непрезентабельность, почему-то заведение казалось уютным – может, из-за светло-бежевых стен и белых столов, а может, из-за маленькой искусственной новогодней елки, украшенной красными и золотистыми шариками.

Сейчас во всех подобных местах уже стояли елки, а витрины магазинов украшали праздничные гирлянды и фонарики. Я как-то забыла, что уже полмесяца спустя страна будет праздновать Новый год.

Мое внимание сразу привлекла девушка за столиком у окна, сосредоточенно смотревшая на улицу.

Вопреки моим ожиданиям, она была одета не в строгий костюм, а в светло-серый длинный свитер и обычные джинсы, а длинные темные волосы забраны не в пучок, а в высокий конский хвост.

На ее столике стоял большой красный поднос, на котором одинокая маленькая чашка кофе смотрелась нелепо и печально, однако девушка не проявляла к ней абсолютно никакого интереса.

Я решила пока не набирать номер Дианы – подойду к девушке и поинтересуюсь, не меня ли она поджидает. А если ошибусь, то буду звонить своей недавней собеседнице…

Однако едва я только подошла к столику, как девушка резко обернулась, и по выражению ее лица я сразу поняла, что не ошиблась.

Незнакомку можно было бы назвать красавицей, если бы не черные круги под глазами и не осунувшееся лицо со впалыми щеками. Наверняка в нормальном состоянии Диана отличается здоровым цветом кожи, ровным овалом лица и красивыми, яркими глазами и губами, однако бесконечные переживания и беспокойства превратили ее в болезненную, поблекшую женщину, добавив лет десять к ее реальному возрасту.

Судя по рассказу Дианы, она была младше меня на четыре года, однако сейчас выглядела гораздо старше. Она с готовностью поднялась со стула и робко проговорила:

– Простите, вы… вы – Евгения Максимовна, я не ошибаюсь?

– Именно, – кивнула я. – А вы – Диана Чекулаева, так я понимаю?

– Да, это я… – пробормотала она. – Простите, что так внезапно, я… у вас, наверно, полно работы, а тут я… но… вы мне ведь поможете, да? Я могу больше заплатить, простите меня… мне не к кому обратиться, но если у вас другая работа, может, вы мне кого посоветуете, хотя мне рекомендовали вас, а полиция связываться не станет…

– Все в порядке, – оборвала я ее бессвязный монолог. – Если бы я была занята, то логично предположить, что прямо вам обо всем бы сказала. А раз я тут, то могу взяться за ваше дело. Только пока вы мне все не расскажете, я при всем своем желании ничем не смогу вам помочь.

Я купила кофе и пирожки и устроилась за облюбованный Дианой столик.

– Итак, вы хотите, чтобы я охраняла вашу маму, – проговорила я. – Вы подозреваете, что кто-то хочет навредить ей, верно я понимаю? Мне нужно, чтобы вы подробно рассказали, что случилось с вашей мамой, когда это произошло, и, если есть подозреваемые, назовите их. Короче говоря, меня интересуют абсолютно все подробности, дабы составить картину происходящего.

– Да, я поняла, – кивнула Диана. – Мою маму зовут Надежда. Надежда Викторовна Чекулаева, вы наверняка слышали это имя…

<< 1 2 3 4 5 6 ... 9 >>