Михаил Окунь
«Грязная муза» Ивана Баркова

«Грязная муза» Ивана Баркова
Михаил Окунь

Очерки по истории сексуальных отношений
Автор рассказывает о легендарной личности – отце русской эротической поэзии Иване Семеновиче Баркове.

Михаил Окунь

«Грязная муза» Ивана Баркова

Во многих умах имя отца русской эротической поэзии Ивана Семеновича Баркова (1732–1768) связано со знаменитой поэмой «Лука Мудищев», уже века полтора кочующей по рукам в списках. Однако написал ее все же не он.

«Жил грешно»

Действительно, этот триллер про обнищавшего родовитого дворянина Луку, обладавшего замечательной «семивершковой елдой», ввиду грандиозности которой ему отказывал в общении прекрасный пол, сочинил анонимный автор уже в послепушкинскую пору. Кстати, напомним: вершок равен 4,5 сантиметра. Так что куда там до великолепного Луки всем этим жалким порноактеришкам!..

О жизни Баркова известно мало (даже отчество его, по некоторым данным, Степанович). Сын священника, он двенадцати лет отроду был отдан в Александро-Невскую семинарию. Не без содействия М. В. Ломоносова стал впоследствии студентом Академического университета. Почти всю жизнь зарабатывал на хлеб при Академии – от переводчика с латинского и итальянского языков до копииста рукописей.

За вызывающее поведение Ивану Семеновичу влетало от начальства неоднократно. Из студентов университета он был исключен за то, что после кутежа с похмелья явился к ректору С. П. Крашенинникову и учинил ему «прегрубые и предосадные выговоры с угрозами». Служа затем учеником наборщика в академической типографии, частенько буйствовал сотоварищи. Из копиистов академической канцелярии Баркова исключили с формулировкой «за пьянство и неправильность».

Мог подолгу прогуливать службу, вследствие чего за ним на квартиру посылали с полицией. Подвергался телесным наказаниям, не раз был порот. А за два года до смерти Барков был окончательно уволен из Академии.

Дело в шляпе

Главным объектом насмешек Баркова был маститый сочинитель Александр Петрович Сумароков (1717–1777). Он и Ломоносов постоянно оспаривали между собой звание первого поэта Российской империи, и Барков всячески играл на этих слабых струнах Александра Петровича. В связи с этим стоит привести два исторических анекдота.

«Никто не умел так сердить Сумарокова, как Барков. Сумароков очень уважал Баркова как ученого и острого критика и всегда требовал его мнения касательно своих сочинений. Барков, который обыкновенно его не баловал, пришел однажды к Сумарокову: „Сумароков великий человек, Сумароков первый русский стихотворец!“ – сказал он ему. Обрадованный Сумароков велел тотчас подать ему водки, а Баркову только того и хотелось. Он напился пьян. Выходя, сказал он ему: „Александр Петрович, я тебе солгал: первый-то русский стихотворец – я, второй Ломоносов, а ты только третий". Сумароков чуть его не зарезал“.


Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
(всего 12 форматов)