Он собрался что-то еще сказать, но Рома громко протянул:
– Оп-п-па, – и Дина проследила за его взглядом.
От калитки, по узкой, вымощенной шершавыми серыми плитками дорожке, шел Богдан. Дина сделала шаг назад, потому что оказалось, что он раз в сто ослепительней, чем она помнила – ровный загар, светлые волосы, глаза, как морские брызги. Он напоминал актера из американского кино. И, Дина хотела бы презрительно фыркнуть на эти глупости, но только сердце в груди больно сжалось – ни вдохнуть, ни выдохнуть. Потому что Дан, бросивший её накануне 8 марта, Дан "не зажил". И девушка, вышагивающая сейчас рядом с ним, была щедрой щепотью соли на эту рану.
– Привет, – Богдан поздоровался первым. Впрочем, ни от кого не укрылось его смущение – не ожидал увидеть Дину.
Ему ответил нестройный хор голосов, а Дина смогла лишь беззвучно шевельнуть губами.
– Сева! Мы привезли кое-что! Надо поставить в холодильник! – Марина сообщила это так громогласно, что было понятно – она снова пытается сгладить. И от этого все как-то сразу засуетились и тоже стали громко что-то друг-другу говорить.
Марина схватила Дину за руку и потащила в дом. По низким деревянным ступенькам на крохотную летнюю кухню-веранду. Там сняла со спины рюкзак, звенящий от бутылок с вином и, распахнув холодильник, выкладывала на полки содержимое.
– Выпьем вина! – громко предложила она замершей у стола Дине.
– Я не хочу, – Дина смотрела в окно затянутое кружевной шторкой и гладила пальцами клеенку на столе – голубую, в белых крупных ромашках. – Я, Марин, что-то совсем ничего не хочу…
Марина оглянулась в поиске штопора и шагнув к кухонному столу, выдвинула ящик. Долго гремела перебирая вилки и ложки, но штопора не нашла и села за стол.
– Значит так Дин, – сказала она. – Я понимаю, что видеть Богдана так себе удовольствие. Особенно с этой губатой звездой. И, может, пить вино тоже не стоит. Но и вообще… И вообще мы можем уехать!
Марина вскочила, готовая бежать за Ромой и требовать везти их домой.
– Это глупо, – Дина посмотрела на подругу, чья крупная фигура замерла в ожидании вердикта. – Видеть Дана конечно, неприятно, но совершенно не смертельно. Никуда мы не поедем!
– Отлично! – обрадовалась Марина. – Значит, выпьем вина! Я хочу с самого дома! Так, где же все-таки этот гадский штопор?!
Штопор нашелся в навесном шкафчике среди аккуратных стопок глубоких и мелких тарелок и скоро подруги сидели на деревянных ступеньках, протягивая сухое белое вино, щедро сдобренное льдом добытым в морозилке.
Марина рассказывала что-то – она всегда длинно и обстоятельно что-то рассказывала, а Дина слушала в пол уха, наблюдая, как чуть поодаль от беседки затянутой виноградом, у мангала Сева, Рома и Богдан, о чем-то говорят, попивая светлое пиво и делая вид, что жарят шашлык. Лена, новая девушка Дана, сидела в беседке, где предполагалось накрыть праздничный стол. Лена уткнулась в смартфон блестящем чехле и что-то быстро набирала пальцами с огромными неоново-розовыми ногтями.
– И не надо так смотреть, – заметила Марина, имея в виду, конечно, взгляды в сторону Богдана.
– А я не смотрю, – буркнула Дина и нацепила на нос очки, что бы тёмные стекла скрыли глаза, которые даже против желания, останавливались на Дане.
– Не смотришь?
– Не смотрю, – Дина помолчала, сжав губы. – Он похудел. Волосы совсем выгорели. И… Лучше бы он подстригся! Похож на слащавого мальчика из кино про американских подростков! Типаж – самый испорченный мальчик в школе.
Марина усмехнулась:
– Он, наверное, тоже ищет отличия. Вон как зыркает, пока Ленка не видит. Слушай, что он в ней нашел? Я удивляюсь.
– А я – нет. Я не понимаю, что он во мне нашел!
Дина говорила искренне.
С Даном они познакомились в конце декабря. Кир привел своего школьного друга праздновать с ними Новый год. На этой самой даче. И обаятельный Дан как-то быстро влился в компанию.
И за Диной он тоже начал ухаживать быстро. Сначала в шутку – она оказалась в тот вечер единственной свободной девушкой и он ещё как-то так пошутил, что хочет она или нет, но им придётся стать парой. Иначе он не джентльмен. Подливал Дине вино, придвигал стул и подал куртку, когда компания высыпала на улицу запускать фейерверк.
Дан сразу ей понравился. Сразу. Хоть Дина и говорила всегда, что в мужчине внешность последнее, на что стоит обращать внимание. Но устоять оказалось невозможно. Тем более Дан еще был воспитанным и с чувством юмора.
Дина сама не заметила, как он ловко её очаровал и даже познакомил с родителями. Его мама тогда воскликнула удивленно:
– Боже, Дан! Неужели нормальная девочка наконец-то, а не цыганка покусанная осами!
Это потом Дина узнала, что обычный типаж девушки Дана это брюнетка с длинными волосами и пухлым ртом. Что бы кожа смуглая от загара и ноги от ушей.
Когда Дан начал ухаживать за Диной, тем, кто давно его знал, это казалось "немного странно". Слишком уж она была другой – с волосами цвета гречишного меда, веснушками на курносом носу и серьезным взглядом каре-зеленых глаз.
– Не заводи опять, а? – кисло поморщилась Марина. – Дело не в тебе, а в том, что Лена, эта "сучка крашеная", увела его у тебя!
– Увела, – криво усмехнулась Дина. – Он не щенок, что бы его каждая на веревочке водила.
Она рассматривала Лену – на дачную вечеринку, на которую даже виновник торжества "нарядился" в линялые шорты и мятую выгоревшую футболку кирпичного цвета, эта гостья явилась в коротком узком платье с открытыми плечами и босоножках на высоченном каблуке. На шее блестели золотые цепочки, на пальцах – россыпь колец. Длинные черные ровные, как шелковые нити, волосы, загар безупречный, без белых полосок или красноты, макияж – идеальный. Ногти такие длинные, что невозможно понять, как с такими можно жить без личной прислуги.
– Смотри! – Дина встала перед Мариной, спустившись со ступенек. – Смотри на меня и на нее! Я мелкая, у меня светлая кожа, которая моментально сгорает! Я почти не пользуюсь косметикой! Я… У меня шорты, футболка и панамка не сочетаются между собой! И вьетнамки не под цвет сумочки! А еще веснушки, которые я не хочу выводить! Ты бы на месте Дана кого выбрала?! … Вот и все! Все просто вернулось на свои места, Марин!
Дина сорвала с лица очки, с головы оранжевую панаму в белых цветах, и бросив все на ступеньки, ушла.
Нет, конечно, она потом извинится перед подругой и Марина, она все поймет, она хорошая. А сейчас надо просто побыть одной и успокоиться.
Дина обогнула угол дома, направляясь в сад.
– Дина?
Обернулась и увидела Кирилла. Он высунулся из распахнутого по случаю жары окна, и улыбался белоснежной на сильно загорелом лице, улыбкой.
– Привет, – он сощурил один глаз и склонил на бок темноволосую голову. – Динка, я просто глазам не верю.
– Ну да, – смутилась она. С тех пор как отношения с Даном закончились, она избегала друзей. Она вообще всех избегала, кроме Марины.
– Севка рад, наверное? – спросил Кир. Он был растрепанный, улыбчивый и голый по пояс.
– Наверное, – улыбнулась Дина, стараясь не глазеть на его украшенный татуировками торс – всегда хотелось рассмотреть каждую картинку.
– А я спал. Мы тут с утра. Я с работы сразу. Вот, прилег, – голос у Кира был ленивый и бархатный всегда. О чем бы он не говорил – о работе, новой девушке или проблемах с допуском к сессии.
– Так и работаешь ди-джеем? – Дина щурилась, что бы скрыть, что смотрит не в глаза, а на розы и черепа на его груди.
– Да, – кивнул Кир. – Хотел устроить Севке настоящее пати, что бы весь район на уши поставить. Но Севка запретил. А Дан приехал?
– Угу, – кивнула Дина, заправляя за ухо медовую прядь.
– С мартышкой своей? – Кир усмехнулся, показывая белые идеальные зубы.
– С девушкой.