Он даже не обернулся. Спустился по темной лестнице, пересек узкий коридорчик, гостиную, куда попадал свет со двора и Дина, семенящая следом, заметила разбросанные вещи. Светка и Кир в самом деле устроили здесь бардак, зачем-то вспомнила Дина о словах Севы. А Дан толкнул дверь и вышел в ярко освещенную кухню. Умылся водой из крана, едва не сорвав вентиль.
– Дай полотенце! – потребовал у растерянно стоящей за спиной Дины. Она бросилась выполнять просьбу. Схватила первое, что увидела – еще влажное полотенце, на которое выкладывали вымытую посуду и передала Дану. Он промокнул лицо, потом брезгливо бросил полотенце на стол и вышел.
– Дан! – Дина шлепала следом. – Дан скажи хоть что-то!
Но он сбежал по ступенькам во двор и направился к припаркованной за забором машине. Выбросил из салона Ленину сумочку из белой соломки и уехал, оставив висеть в ночном теплом воздухе облако пыли.
Дина стояла в шаге от калитки и чувствовала, что готова вот-вот разреветься.
– Жесть какая-то! – громко сказала рядом, подошедшая Марина и Дина сжала пальцы в кулаки, как будто это могло помочь взять себя в руки.
– Жесть это компания ваша! – сквозь зубы бросила Лена. Она прошла мимо подруг в сопровождении Виктора. Подняла с пыльной обочины сумочку, собрала в неё выпавшие вещи и села в Витину машину – темную, блестящую от воска "БМВ". Они уехали без прощаний и обещаний звонить.
– Так я не пойму, – сказала Марина. – Почему эта овца натворила дел, а стыдно мне?!
– Это называется "Испанский стыд", Марин, – ответил Сева. – Эмпатическое смущение.
Дина обернулась – все они Сева, Кир, Светка и Марина с Ромой стояли сейчас рядочком и смотрели, как медленно оседает поднятая колесами пыль.
– Позвоните Дану! – потребовала Дина с визгливыми нотками истерики. – Он сел за руль! Почему вы отпустили его?!
Она чувствовала страх за него. Богдан взвинчен. Все что угодно может случиться.
– Так, а ты его почему отпустила? – спросил Сева. – Надо было под колеса лечь, и все. Никуда бы он не поехал. Наверное.
– Не остроумно! – вспыхнула Дина. – Ну, позвоните ему!
Кир со вздохом достал телефон и набрал. Все настороженно молчали, пока из динамика смартфона шли гудки и выдохнули, когда голос Дана рявкнул:
– Отвалите от меня!
Он бросил трубку и Кир не стал перезванивать.
– Ну и козел же этот твой Богдан, – зло сказал Дине Сева. – Мне снимать Витьку завтра, а как? У него вся морда синяя! Нашел, куда бить!
– Что?! – возмутилась Дина. – Ему девушка изменила!
– Какая же ты дура, Гладышева! – Сева даже не пытался выбирать слова. – Кроме отношенек в мире есть еще кое-что! Серьезные дела! Работа! Обязательства! Но ты этого не можешь понять! Потому что куриного мозга хватает только на кудахтанье!
– Я хочу домой! – объявила Дина, разворачиваясь и быстро шагая к калитке. Она готова была идти пешком через весь город после таких слов.
– Сам ты, Рогов, дурак! – вступилась за подругу Марина. – Ром, поехали!
Она догнала Дину и схватив за руку подтащила к облезлой Ромкиной машине.
– Пусти! – Дина вывернула руку, освобождаясь от хватки. – Я панамку забыла!
Она снова вошла во двор и молча пронеслась мимо друзей, чтобы забрать из кухни свои вещи. Во дворе врезалась в висящее полотенце, так, что оно свалилось с веревки и Дине пришлось вешать его обратно, неловко подпрыгивая.
В город въехали около полуночи.
Кир и Светка сказали, что остаются с Севой на даче и Дина возвращалась домой в той же компании, что и приехала – с Мариной и Ромой.
– Интересно посидели, – задумчиво сказала Марина, глядя, как за темным окном проносятся очертания деревьев и фары выхватывают желтую сухую траву у обочин. – Я вот уверена, что Ленка с Витькой крутит не просто так. Как-то краем уха слышала – она все у него выспрашивала, как бы ей попасть к ним в подкаст. Видимо сейчас мажоры не в моде. Сейчас для успешности у девок надо быть блогером. Или тик-токером. Или ещё какой медийной личностью.
– Почему? – спросила Дина, слушая в пол уха, потому что перед глазами стоял Дан с разбитой губой и таким бешеным взглядом, что жуть.
– Ленка же блогерша! Снимает разное. Типа позитивный позитив и "желания сбываются". Жизнь мечты, аффирмации и осознанность. У неё подписоты почти двадцать тыщ!
– Да шкура она обычная, – высказался Рома. – Сразу видно. Знал я одну такую. Тоже все жопой крутила.
– И что? – спросила с заднего сидения Дина, у которой от вечера остался такой неприятный осадок, что она не знала, чем его перебить.
– Что? – не понял Рома.
– Ну, обычно у истории есть середина, завязка и финал. Она крутила жопой и?
– И получила по заслугам! – отрезал Рома.
– Да ладно вам, – вмешалась Марина. – Дин, поедем на пляж завтра, а? Ромка на работе до вечера. Поедем? Я не хочу выходной терять.
– Сдам статью и поедем, – пообещала Дина.
Глава 3
Убийство на Маяке
Утром в воскресенье Дина кое-как дописала злосчастный текст про переход и отправила главному. Обычно в течение получаса он отвечал. "Принято" или "халтура". Но прошел час, а Юлиан Семёнович Подкроватный, главред газеты "Любимый город" и одноимённого новостного портала, не отвечал. Дина походила по комнате перед включенным компьютером, где была открыта вкладка электронной почты перед тем, как набрать шефа.
Несколько длинных гудков и густой голос отозвался протяжным:
– Ал-л-ло.
– Здравствуйте, Юлиан Семёнович. Это Дина.
– К делу, Гладышева! – прогудел главный.
– Я отправила статью. Про переход. Как вы просили.
– Не до переходов сейчас! – отрубил главред.
– А я в отпуске или мне завтра быть? – уточнила Дина.
– Звони секретарю! Пока!
Подкроватный не церемонился с подчиненными и любил "когда коротко и по делу".
Сейчас же Дина почувствовала что-то. Может, в самом деле за год работы штатным корреспондентом, начала проклевываться интуиция без которой в журналистике никак нельзя?