Я, к своему удивлению, прыснула. Слова Паши могли показаться наглыми и надменными, но то, как тепло он это произнес… кажется, если бы он посоветовал мне выпить яду и прыгнуть из окна, я бы улыбнулась. Хорошо, что Римма нашла его, он неплох. (Вроде бы неплох, ты его пока почти не знаешь, строго напомнила я себе.)
– Мы не поняли друг друга, но такого больше не повторится. Вечером встретимся в гостинице и…
– Гуляйте на здоровье, – смягчилась я.
– Мы с тобой свяжемся…
Кажется, Паша был обеспокоен. Бедняга, наверное, привык, что все в восторге от любого его шага.
– Не надо. Завтра в шесть утра в фойе. Развлекайтесь. Пока.
Положив трубку, я ощутила вкус маленькой победы над собой и своим эгоизмом, но нотка горечи в нем все же была. Но ведь это именно то, чего я не хотела, – ходить хвостиком за Пашей и Риммой весь день?
К моему удивлению, телефон вновь зазвонил. На сей раз номер был незнакомым.
– Да.
Это оказался снова Паша – видимо, со своего телефона.
– Не успел сказать: я перебронировал на ваши имена, внес твои паспортные данные, но нужны данные твоего парня, лучше до обеда. Помнишь, я вчера уже говорил.
– Да, точно. У меня они есть.
Я удивилась сама себе: почему у меня вылетело из головы, что надо передать еще и его данные? Не очень-то на меня похоже. Я должна была подумать об этом чуть ли не сразу после пробуждения.
– И, хм, я уточнил в офисе – наличкой на месте действительно можно, – слегка сконфуженно продолжил Паша. – В принципе я так и думал, но решил переспросить на всякий случай. Чаще наши сотрудники требуют заранее внести предоплату онлайн, но если отказ происходит в последний момент и нужно искать замену, идут навстречу. Такое случается редко.
Похоже, ему было неловко говорить с сестрой своей девушки о деньгах. Но ведь речь шла о его работе.
– Я все поняла, договорились, – успокаивающим тоном произнесла я. – У меня есть данные Роминого паспорта, я все пришлю. Тебе лучше в SMS или… алло, Паш? – В трубке почему-то звучали длинные гудки.
– Да-да, я здесь.
– Странно. Наверное… а.
Я не сразу сообразила, что мне звонят по второй линии. Высвечивалось имя Ромы. Попытавшись ответить, я случайно прервала при этом вызов Паши.
– Привет.
Я отлично знала Рому и все его интонации, так что по одному этому слову легко определила, что новости у него плохие.
– Что случилось? – осведомилась, зачем-то сжав в ладони пульт.
– Прости, но я не могу приехать.
– Почему я так и думала?
Проговорив это, я осознала, что, как ни пыталась представить нас вместе в этом туре, в моей голове кадры нашего будущего путешествия были какими-то ненатуральными, точно нарисованными. В глубине души я отлично понимала, что Рома не приедет. Может, поэтому и данные его не передала.
– Нет, я правда хотел, но на работе… – оправдывался он огорченно.
– Что же ты им сказал?
– Ну… что девушка решила устроить сюрприз…
– Серьезно?
Тянуло с силой швырнуть пульт в стену – вместо этого я осторожно положила его на покрывало рядом с собой и принялась буравить тяжелым взглядом.
– Март…
– Ром. Ты не поверишь. Есть случаи, когда приходится врать. И это был, блин, один из них!
– Ты злишься? – сокрушенно уточнил он.
– Нет, меня все устраивает, наслаждаюсь, – отрезала я.
– Это недоразумение абсолютно не означает, что… ничего оно не означает.
– Я понимаю. Понимаю, что как снег на голову свалилась на тебя с предложением поехать. Просто думала, это что-то исправит.
– И исправило! Теперь я знаю: ты готова на поступки ради наших отношений… и ценю. Раз ты пристрастилась к путешествиям, давай куда-нибудь съездим, например, в октябре на выходные. Я могу сегодня же подобрать для нас варианты направлений.
«Нет», – чуть не вырвалось у меня. Я представила сосредоточенного Рому, склонившегося над раздутой сумкой с вещами и проверяющего, все ли мы взяли. Еще он наверняка шевелил бы губами, перечисляя: теплая одежда… пижама… фен… Точно так же, собираясь выходить из дома, он всегда проговаривал вслух: ключи, телефон, зарядное устройство, кошелек… И этот человек позавчера спросил меня, где наша спонтанность?
Раньше меня умиляла эта его привычка. Потом – немного раздражала, но я просто стояла с покровительственной улыбкой на пороге и ждала, пока Рома убедится, что ничего не забыл. Ведь это нормально. В партнере не может нравиться абсолютно все, я и сама не безупречна. Странно было бы, если бы я восторгалась каждым его жестом, а он – каждым моим.
– Почему ты молчишь? Я мог бы посмотреть для нас варианты… – повторил он.
– Да, пожалуйста, – теперь я сжимала край одеяла, под которым засыпала ночью, предвкушая романтическую поездку (или думая, что предвкушаю), – а пока я пойду погуляю.
– Так ты не обижена?
– Немного расстроилась, вот и все. Удачного тебе дня.
– И тебе хорошего дня! Я скучаю… – Рома помедлил, страдальчески подышал в трубку и наконец добавил: – Ну, пока.
Похоже, мой парень уже разучился говорить что-то приятное. Даже теперь, когда чувствовал себя виноватым, смог выдавить из себя только «скучаю». А ведь и правда – в начале отношений мы постоянно сыпали ласковыми словечками, придумывали друг другу милые прозвища, но потом… а что потом? Непринужденность осталась, но эти нежности отошли на второй план. Как будто все остальное вдруг стало более серьезным и важным, чем мы. Как будто о нас можно было больше не просто не беспокоиться, но и вообще не вспоминать. Галочка в графе «отношения».
Почему я вообще обо всем этом думаю? Надо заниматься насущными вещами: смотреть, когда ближайший поезд или автобус, и уезжать. Римма с Пашей явно испытают облегчение. Конечно, мне хотелось посмотреть те крутые города, но… несмотря на внушительную скидку, это все-таки расточительно. Денег без того в обрез. Смогла бы я понять в этой поездке нечто важное об отношениях сестры с гидом? Вряд ли, и так уже ясно: даже жаль, но долго им не продержаться. Ну и какая тогда разница?
Значит, решено. Выпишусь из гостиницы, попрошу вернуть деньги за вторую ночь в ней, позавтракаю наконец – и поеду поскорее. Благо вещей почти нет. Наверное, и гулять не стоит, настроение не то.
Я с сожалением подумала о том, что побывала в трех городах и не купила ни единого сувенира, только злополучную банку варенья. Может, и медовуха бы пригодилась? Но рассуждать об этом было поздновато.
Приняв решение, я почувствовала себя спокойно и уверенно. Конечно, были и досада, и грусть, но все это должно было пройти, едва я сяду в автобус. Да, лучше бы в него – так дешевле, чем на поезде.
Скрестив ноги по-турецки, я устроилась на покрывале и позвонила по номеру, с которого меня набрал Паша.