<< 1 ... 3 4 5 6 7 8 >>

Привет, моя радость! или Новогоднее чудо в семье писателя
Олег Юрьевич Рой


– Я пришел с мамой на вашу презентацию. Я давно хотел с вами познакомиться и поговорить о литературе… – после некоторой паузы неторопливо начал мальчик. – В прошлый раз у нас не было такой возможности, верно? И я предположил, что, возможно, сегодня нам удастся побеседовать на эту тему.

– Невероятно! – с восхищением воскликнул Константин и, сделав глоток ароматного, хоть и остывшего, кофе, серьезно продолжил: – Разумеется! Полагаю, сейчас мы можем уделить этому некоторое время, только…

– Миша! – из глубины зала послышался встревоженный женский голос.

Константин увидел устроительницу Жанну, которая, подойдя к ним, смущенно сказала:

– Ты здесь, а я тебя везде ищу!

– Не может быть! Жанна, неужели это и есть ваш кавалер? – удивленно спросил Константин, вставая из-за стола.

– Нет, я ее сын, – поспешил ответить мальчик и с грустью заметил: – Боюсь, что для кавалера я еще слишком мал. Иногда мне даже тяжелую дверь самостоятельно открыть не удается…

Все рассмеялись.

В этот момент к веселой компании робко приблизилась Лиза. На мгновенье девочка растерянно остановилась, но потом решилась и, подбежав к отцу, крепко обняла его, словно боясь потерять равновесие…

– Познакомьтесь! Это моя дочка! – воскликнул Константин, улыбнувшись. – Ее зовут Лиза.

– Миша, – представился мальчик и мгновенно покраснел.

Лиза с независимым видом кивнула.

Глава 5

Возвращались домой они тоже на такси. И Константин, и Лиза очень устали, поэтому молчали, вглядываясь в мелькавшие за окном вечерние улицы. Из головы не выходила презентация. Константину казалось, что это было не совсем рядовое событие, только почему так казалось, он так и не мог сформулировать. И Лиза тоже обдумывала все, что видела и что ей запомнилось.

…Итак, презентация закончилась. Стол, на котором недавно высились башни из книг, опустел, к самому краю откатилась исписанная наполовину очередная ручка, а пустая чашка уже давно безнадежно остыла. Получив заветный автограф, поклонники разошлись, и в небольшом зале, уставленном стеллажами с книгами, стало совсем тихо.

Жанна извинилась и ушла по своим делам, Лиза бродила по залу и, шевеля губами, читала названия на корешках книг, а Константин оживленно беседовал со своим юным приятелем.

Он увлекся разговором и не сразу почувствовал, что Лиза вцепилась в рукав его рубашки и упорно тянет за собой.

– Нам уже пора, папочка… – прошептала Лиза и, почувствовав на себе заинтересованные взгляды Миши и вернувшейся Жанны, застенчиво добавила: – Извините, пожалуйста, у нас срочная работа… Ты не забыл, папочка?

Константин взглянул на часы, и ему пришлось согласиться. Время действительно уже было довольно позднее, и книжный магазин закрылся для посетителей. Пора, пора…

Жанна тряхнула своими роскошными волосами:

– Спасибо за чудесный вечер. Приходите к нам еще. Мы будем ждать вас.

– Непременно, – пообещал знаменитый писатель. – Как только выйдет новая книга, мы с Лизой обязательно придем к вам.

– До свиданья!.. – печально сказал Миша, пожав руку любимому автору.

– Всего доброго! – попрощался тот и хотел что-то добавить, но неожиданно смутился и промолчал…

На улице шел снег. Подхваченный ветром, он кружился в причудливом бесшумном танце. Машин на улицах почему-то было мало, и Константину с трудом удалось поймать уставшее желтое такси. Расположившись на заднем сиденье, он внимательно посмотрел на дочку, которая показалась ему очень грустной. Девочка отвернулась от окна и прижалась к отцу. За всю дорогу она не проронила ни слова. Константин ни секунды не сомневался, что она думает о Бедокуре. По правде говоря, он и сам все время подумывал об этом синем неудачнике.

– Что-то вы припозднились! – воскликнула Марья Васильевна, открывая дверь. – Мы уже поужинали и собрались ложиться спать! А вы, кстати, голодные?

– Нет, я не хочу есть… – проронила Лиза, но, взглянув на встревоженное лицо бабушки, покорно побрела на кухню. Константин последовал за ней.

Заботливая бабушка Маря постаралась: стол был накрыт. Притаившись под глубокими тарелками, их дожидались тушеная телятина, фаршированные перцы, соленые огурцы и, конечно, квашеная капуста. Только маринованные опята были бережно убраны в холодильник, но и они, словно по волшебству, вскоре тоже оказались в числе закусок.

– Приятного аппетита, а я пошла спать… – сказала Марья Васильевна и, широко зевнув, направилась в свою комнату, но, спохватившись, строго добавила: – Внуча! Поужинаешь – и тоже в кровать! Уже поздно!..

Лиза кивнула, исподлобья с укоризной посмотрела на отца, а затем, вновь опустив голову, принялась гонять по тарелке маленький маслянистый грибок.

– Соловей! Ну что же ты клювик повесил?! – с – нежностью воскликнул Константин. – Поклюй что-нибудь и ложись в кроватку! Ты действительно устала, а завтра…

– Папа! – перебила его девочка. – А как же Бедокур? Ты же обещал, что мы вместе что-нибудь придумаем!.. Ему же сейчас очень плохо.

– Милая! Давай сделаем так… Сейчас ты пойдешь спать, а я попробую написать начало следующей главы и помочь нашему синему пушистику! А завтра мы это с тобой обсудим и поправим, если что-то не так.

– А ты не устал, папочка? – тяжело вздохнув, заботливо спросила Лиза, у которой и впрямь слипались глаза. – Ведь с пушистиком случилось ужасное несчастье. И с ним, и с жителями Джингл-Сити. Им надо срочно помочь. Бедный Бедокурчик, – всхлипнула девочка, уткнувшись в тарелку.

– Лиза, успокойся. Я что-нибудь придумаю. Я ничуть не устал, – бодро заявил Константин и, взглянув на кофеварку, добавил: – Наверное, я уже привык к такому режиму. Так что не волнуйся, ешь и беги скорее в кровать.

Комната Лизы была единственным помещением в квартире, дизайном которого занимался сам Константин. Поэтому точно определить ее стиль не могли даже именитые профессионалы. На розовых шелковых обоях висел большой пейзаж маслом. Над кроватью, исполненной в форме тыквы, висел полупрозрачный полог, а в ее изголовье был закреплен небольшой пиратский флаг. Напротив стоял круглый шкаф, центральную полку которого занимали любимые книги девочки. В этот вечер Лиза достала одну из них и, забравшись под одеяло, принялась внимательно рассматривать красочные иллюстрации. Она видела их много раз, но готова была любоваться любимыми картинками снова и снова.

– Я недолго, папа! – пообещала она. – Посмотрю картинки и сразу же засну…

– Договорились, милая! – согласился Константин и, поцеловав дочку, направился в кабинет.

Небольшой ночник наполнил комнату Лизы мягким желтоватым светом. На потолке над кроватью появились остроконечные тени звезд и полукруглого месяца. Из-за приоткрытой шторы заглядывала ночная тьма.

Лизе почему-то расхотелось спать. Только что ужасно хотелось, и вдруг расхотелось. В тишине зимней ночи девочка неторопливо переворачивала страницы, вновь и вновь радуясь персонажам любимых сказок. Вот перед ее глазами появилась панорама долины, в центре которой раскинулся волшебный город Джингл-Сити. На его окраине белел аккуратный домик с черепичной крышей, украшенной витиеватым флюгером, а поодаль, в цветущем саду, виднелась маленькая синяя фигурка, неловко склонившаяся над клумбой. Да, тогда было лето, а сейчас… Сейчас там зима, на центральной площади стоит наряженная елка, но на ее верхушке не сияет Волшебная Звезда. Ужас!.. Что же там с Бедокуром? Как же он, наверное, расстроился! И Фрося тоже огорчилась, и Ваня. Но их огорчение – это вообще-то пустяки перед той бедой, которую ждет городок, расположенный в долине у подножия крутых гор.

С грустью вздохнув, Лиза закрыла книгу, но еще долго не выпускала ее из рук. Беззаботно улыбаясь, с обложки на нее смотрел любимый Бедокур. В его глазах отражалось безоблачное небо, и в лучах яркого солнца переливалась синяя пушистая шерстка.

– Как же ты там теперь? Что ты делаешь? И где твои друзья? – печально прошептала девочка.

Бедокур улыбался и молчал. Лизе показалось, что улыбка утратила беззаботность: пушистик по-прежнему улыбался, но как бы из последних сил.

Лиза вздохнула и, откинув одеяло, встала с постели.

В квартире было темно, и только в конце коридора виднелась тусклая полоса света от настольной лампы. Стараясь не шуметь, Лиза на цепочках пересекла просторный холл и, приоткрыв тяжелую дверь кабинета, нерешительно замерла на пороге…

Папа спал, уронив голову на скрещенные руки. Перед ним на столе невозмутимо стоял ноутбук, на мониторе белела пустая страница с одной-единственной строчкой: «Четвертая глава». Подойдя ближе, девочка внимательно посмотрела на маленький острый курсор, самоотверженно пульсирующий на широком поле. Казалось, это крошечная остроклювая птичка парит в сером прямоугольном небе. Сначала Лиза хотела разбудить отца и потребовать, чтобы он выполнил обещание, но, опустив руку на его уставшую спину, неожиданно передумала и тихо сказала:

– Пойдем, папочка… Тебе надо прилечь… Вон туда, на диван, к нашему мишке…

Не открывая глаз, Константин безропотно повиновался. Лиза принесла плед и, заботливо укрыв и отца, и игрушку, погасила настольную лампу. Теперь только бледный компьютерный свет выхватывал из темноты очертания опустевшего кресла, но и он вскоре померк. Девочка вздохнула и, аккуратно прикрыв за собой дверь, вышла из кабинета.

Все спали, было очень тихо, только Чарлик недовольно сопел и дрыгал лапами, очевидно кого-то преследуя во сне. Лиза прошла по коридору, заглянула в комнаты, совершенно не замечая, как следом за нею идет Тишина, которая наконец-то покинула темную кладовку и теперь с удовольствием расхаживала по квартире. Тишине нравилось, что эта маленькая девочка сейчас не шумит и не бегает, как частенько случалось днем.

Обойдя комнаты, окутанные безмятежным покоем зимней ночи, Лиза вернулась в свою спальню, где на кровати по-прежнему лежала любимая книга. Поспешно взяв ее, она подошла к окну и, не в силах сдержать слезы, горько заплакала. Что же теперь будет? И где сейчас несчастный Бедокур?
<< 1 ... 3 4 5 6 7 8 >>