<< 1 ... 5 6 7 8 9

Лестница, ведущая вниз
Ольга Баскова


– Ты сошел с ума! Зачем ему убивать ее?

– Все очень просто. Это месть за Егора, – Беспалов сел на кровать и взял ее дряблую руку в свои.

Клавдия попыталась приподняться, но тут же бессильно упала на подушки:

– Позвони в прокуратуру. Надо сообщить об этом. Да не сиди, как истукан. Негодяй должен понести наказание!

Филипп Григорьевич кивнул, тяжело вздохнув:

– Понести наказание! Он все рассчитал. Самое неприятное: ему все равно, что с ним будет. Ему уже нечего терять.

Глава 10

Он тоже видел в выпуске новостей сообщение о гибели Дианы, и его терзали противоречивые чувства: с одной стороны, он потерял выгодную работу плейбоя и снова был вынужден искать нечто подобное, однако с другой – ему ужасно надоела эта сука, с ее непомерными сексуальными запросами, выкрутасами, унижениями. В последние дни ее жизни ему от нее надо было лишь одно, но Диана осталась верна себе, так ничего и не сказав, не открыв секрета, необходимого ему.

На следующий день после трагической смерти любовницы он снова отправился в бар искать очередную дойную корову, желательно со знанием необходимых ему сведений. Деньги, получаемые от Полоцкой, не все относились в семью. Кое-что откладывалось для себя, и это позволило ему приобрести дорогую одежду и появляться в самых респектабельных заведениях. Охотник за богатыми дамами сразу отправился в «Золотой Рог» и порадовался одному обстоятельству: бармен не узнал его. Про себя он еще раз похвалил мадам Полоцкую за предусмотрительность: она умела выбирать такие дни, которые исключали встречи со знакомыми, и, появляясь с ним в барах, кафе и ресторанах, меняла парики и надевала очки от Версаче, заставляя по возможности менять внешность и его. Теперь он понял, почему женщина, имевшая море любовников, в светской хронике характеризовалась как сама добродетель. За всю ее развратную и порочную жизнь никому не удавалось подловить чертовку, даже мечтавшему об этом Валерию. И все же… Он отмахнулся от нахлынувших на него тяжелых мыслей, взяв у бармена любезно протянутый бокал с «Кьянти», и обвел глазами помещение.

В углу за столиком сидела расфуфыренная блондинка в палантине из норки и неторопливо потягивала «Мартини». Он твердой походкой направился к даме, изобразив на лице дежурную улыбку донжуана и надеясь словить золотую рыбку с первого же захода.

– Добрый вечер! Скучаете?

Женщина повернулась к нему. Он оторопел, узнав ее. Благодаря Диане и регулярному чтению светской хроники он знал теперь в лицо все «сливки» местного общества. Сейчас перед ним собственной персоной сидела вдова Артура Гамбаряна, погибшего год назад в автомобильной катастрофе. Став богатой вдовой, одной из богатейших женщин в городе, Светлана Гамбарян заперлась в одном из загородных особняков, ведя праведный образ жизни и нигде не показываясь. Вероятно, сегодня состоялся ее первый выход в свет, и женщина старалась, чтобы он прошел незамеченным, сев за маленький столик в полумраке. Подумав об этом, он готов был отвалить от дамы по первому же требованию, однако Светлана не прогнала его:

– Вам есть до меня дело?

– А если есть? – Он по-прежнему стоял перед ней с полным бокалом итальянского вина, отмечая, как чертовски хорошо она выглядит: светлые, отливающие золотом волосы, гладкая, без единой морщинки, кожа, блестящие зеленые глаза, чувственные губы. При всем желании этой женщине никак нельзя было дать больше тридцати, хотя он знал: ей около пятидесяти. Пресса подробно сообщала о чете Гамбарян, об их юбилеях, а также детях и внуках. Он почувствовал легкую дрожь во всем теле. Светлана подходила ему по всем статьям. Лишь бы она не отвергла его.

– Вы узнали меня? – Его пристальный взгляд не обманул светскую львицу.

– Не буду обманывать. – Он галантно поклонился. – Хочу заметить: в жизни вы гораздо прекраснее, чем на смазанных черно-белых газетных фото.

Когда женщина не реагирует на комплименты или ее реакция агрессивна, у нее большие проблемы и редко какой мужчина продолжает охоту за подобной дамой, даже если она богата и красива. Светлана Гамбарян среагировала на комплимент так, как надо. Она кокетливо улыбнулась:

– Я привыкла к лести.

– Замечание о вашей красоте – не лесть. – Его глаза так и пожирали сидящую перед ним стареющую красотку.

– И тем не менее вслед за лестью следуют просьбы. – Она отпила из бокала. – Садитесь. Сегодня у меня муторно на душе. Я готова выслушать вас.

– А мне, собственно, ничего не надо, – он сел рядом с ней, – кроме как любоваться женщиной, о которой я столько слышал, но, к сожалению, видел лишь на плохих снимках.

Ее глаза потеплели. За год Светлана истосковалась по обществу, сидя жар-птицей в золотой клетке, ревниво охраняемой родственниками-армянами, зорко следившими за соблюдением приличий траура. Впрочем, ей и при муже было не особенно сладко. Пылкий армянин, встретив однажды в театре семнадцатилетнюю белокурую студентку пединститута, влюбился по уши и через две недели женился на ней, будучи на двадцать лет старше. В течение тридцати двух лет совместной жизни Артур бешено ревновал жену к каждому столбу, а сам гулял по-черному, не пропуская, что называется, ни одной юбки. Сначала Светлана расстраивалась, когда ей сообщали о похождениях мужа, потом озлилась и решила ответить тем же, но была жестоко избита и на полгода заперта на даче. По прошествии некоторого времени женщина махнула рукой на до смерти надоевший брак, который все равно была не в силах разорвать, и занялась дочкой и сыном. Гамбарян-старший шел в гору семимильными шагами. Работая начальником порта, он потом открыл большую крекинговую компанию «Ленд» и, как говорится, процветал.

Его процветание и статус одного из крупнейших предпринимателей города лишили Светлану радости – ее детей. Богатым людям полагается учить своих отпрысков за границей, и в далекую Англию сначала отправился десятилетний Гоша, а потом и любимица матери Танечка. Год маленькие Гамбаряны трезвонили каждый день и просили забрать их оттуда, обещая хорошо себя вести, помогать по хозяйству и не просить денег. Приехав на каникулы, они не отходили от матери, бегая за ней, как беспомощные котята. Перед отъездом дети пытались скрыться из дома, но бдительная охрана разыскала их в два счета. Артур, закрыв плачущую Светлану в спальне, взял орущих отпрысков под мышки, отволок их в «Мерседес» и сам доставил в аэропорт. Говорят, время лечит все. Поток сообщений от детей из Англии становился все меньше, их приезды – все короче, а общение с родителями – все отчужденнее. Черноокая красавица Татьяна так и осталась в Лондоне, выйдя замуж за предпринимателя с дворянской кровью и родив ему двойняшек.

Гоша, также обзаведясь семьей, возглавлял в Манчестере филиал отцовской фирмы.

Светлана осталась одна. Она старалась избегать полусумасшедшего мужа, у которого со вступлением в климактерический период поехала крыша. Активный кавказский мужчина, привыкший иметь по несколько любовниц в день, заметив угасание мужской потенции, впал в транс и побежал на лечение к лучшим специалистам. Им удавалось возвращать ему всплески былой энергии, но возраст брал свое. Врачи посоветовали на время отвлечься и не думать об этом. Гамбарян обратился к экстремальным видам спорта. Участвуя в картинговых гонках, он на огромной скорости сошел с дистанции, несколько раз перевернулся и врезался в каменное ограждение. Его собирали по частям и хоронили в закрытом гробу. Бросая по традиции в могилу горсть земли, Светлана почувствовала облегчение. За последние годы армянин так измучил жену унижениями и оскорблениями, особенно по поводу ее женских достоинств, что она была даже рада траурному заточению в загородном доме, ибо единственным желанием женщины на тот момент являлось желание никого не видеть и не слышать. Полгода она наслаждалась спокойствием и одиночеством, но потом заскучала. Однажды, пристально посмотрев на себя в зеркало, женщина подумала, что еще довольно привлекательна, несмотря на свои пятьдесят лет. Дорогие косметические салоны добросовестно делали свое дело, и Светлана с ног до головы выглядела моложе на двадцать лет. Обнаженная, в свете бра с розовым абажуром, мадам Гамбарян показалась себе неотразимой и решила проверить свои чары на ближайшем окружении. Кокетство и флирт с двадцатипятилетним охранником обязательно закончились бы постелью, если бы не страх перед Робертом Гамбаряном, младшим братом ее покойного мужа, расчетливым и жестоким мужчиной, свято чтившим традиции семьи. Малейшее подозрение – и он сломал бы ей челюсть, мгновенно превратив из красавицы в уродку. Светлана решила не рисковать. Полгода пролетят быстро. А потом… Потом, возможно, она наверстает упущенное. У таких женщин должны быть любовники. В ее жизни не было ни одного. Ей давно хотелось попробовать запретный плод. Впрочем, уже и не такой запретный. Богатая вдова многое могла себе позволить. Созерцая красивого молодого мужчину, сидящего с ней в тихом баре, Светлана мысленно взвешивала все «за» и «против». Да, он был намного моложе ее, но знал ее возраст, раз слышал о ней, и это, по-видимому, его не смущало. Кроме того, мужчина имел приятную внешность, сексуальность и дорогую одежду. Неприятно, даже при больших деньгах, думать, что перед тобой – обыкновенный альфонс, живущий за счет таких, как она. Однако Светлана решила подумать об этом потом. Сейчас, глядя в восхищенные глаза собеседника, мадам Гамбарян жаждала только одного – секса. Через минуту она знала: что бы ни сказал этот парень, она пойдет за ним, куда он скажет, и отдастся ему, если он этого пожелает. Мужчина разгадал ее мысли и возликовал про себя. Полчаса ничего не значащих фраз, пара рюмок ликера – и они садились в серебристый «Фольксваген» последней модели, помчавшийся на одну из вилл Гамбарянов.

Глава 11

Лев Абрамович Кунцевич слыл самым дорогим и знающим юристом в городе. С переходом его на адвокатскую деятельность город не знал ни одного дела, проигранного Кунцевичем. Пронырливый еврей быстро заработал на собственную контору, дорогую машину и роскошную квартиру в центре. В его приемной всегда толпился народ, невзирая на цены, с каждым годом поднимавшиеся все выше и выше. Запись к этому адвокату велась за несколько месяцев, консультировал он только в первой половине дня, ибо во второй чаще всего находился в тесной компании, возглавляемой Полоцким. Оперативники не зря упоминали о том, что, захоти Валерий Семенович совершить преступление, оно было бы идеальным. Его юридический штаб под руководством Кунцевича не единожды планировал и совершал убийства, и до сих пор никто в городе не додумался, кто был их организатором и инициатором. Ну, возможно, кто-то и додумался, да только к Полоцкому не вел ни один след. Общественность перешептывалась: у Кунцевича руки по локоть в крови, на его совести смерти одиноких людей с квартирами, тесные связи с криминальным миром (во времена бритоголовых мальчиков Лев Абрамович был правой рукой известного мафиози). Однако до сих пор он не проходил ни по одному делу, никто из сотрудников УВД ни разу не потревожил маститого адвоката ни одним вопросом.

Полоцкий договорился с ним о встрече на загородной вилле, и Кунцевич не замедлил явиться. Такой вызов говорил о чрезвычайной важности дела: мужчины и так встречались несколько раз в неделю. Валерий Семенович ждал товарища в каминной у сервированного стола. Вид Льва Абрамовича, высокого седоватого мужчины с черными глазами, светившимися умом и проницательностью, немного успокоил хозяина. Лев должен что-то придумать, он не может не придумать, для него не бывает безвыходных положения, во всяком случае, не бывало до сих пор. И все же Полоцкий нервничал. Кунцевич отметил излишнюю нервозность товарища и, пожав ему руку, дружески обнял:

– Что случилось, Лерик?

Полоцкий развел руками:

– Если рассказать вкратце, все очень просто. Одна дешевая шлюшка, которой я спас жизнь, до безумия захотела за меня замуж. Я тоже хорош: пару раз вздумал ей пожаловаться на неудачную семейную жизнь. Мне казалось, девочка знает свое место. Но, как выяснилось, я ошибался. На эту неудачную, но богатую жизнь малышка и запала. Сначала она позвонила Диане, намереваясь уговорить ее отпустить меня, а потом, убедившись в крепости нашего союза, напрягла свой изощренный умишко.

– И убила Диану? – перебил адвокат.

Валерий Семенович пожал плечами:

– А черт ее знает, Лева. Это вполне возможно. С Дианой у нас тоже иногда бывали откровенные разговоры, и, насколько я знаю, моя супруга никому не переходила дорогу. Кроме Мариночки – так зовут эту смелую путану.


Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
всего 9 форматов
<< 1 ... 5 6 7 8 9