– Хорошо, мам, – он, наконец, осмелился и высунул из-под одеяла кончик носа. Надо было вставать.
Он уже привык к своему распорядку дня. Мама убегала всегда затемно, чтобы успеть на работу в соседний городок, а отец часто работал в ночную, брался за любую подработку и редко появлялся дома. Все заботы за маленькой Сонькой легли на Колины плечи, но он не злился. Да и невозможно было злиться, глядя в эти хитрые маленькие глазёнки.
Сонька родилась, когда он поступал в институт, сейчас ей было уже четыре. Игрушечный пупс превратился в весёлую задиру, вечно разбивавшую себе коленки и лбы другим.
Он, наконец, встал. Пятнадцать минут разминки, постоять немного в позе воина, загадывая каждый раз желания, которые и не думали исполняться, выполнить приветствие солнцу и ещё немного полежать в шавасане…
– Коооля, мы кууушать будем? – надула пухлые губки сероглазка, просунувшая голову в дверной проём. Накрывать на стол и потом заплетать Соньку тоже было обязанностью Коли.
– Иду уже, – улыбнулся парень, накидывая на тонкие острые плечи клетчатую рубашку.
– Иди-иди, – важно закивала в ответ девочка, – я кушать хочу. И вообще, вдруг мы в садик опоздаем? Анна Михайловна снова ругаться будет.
***
– Ты ж колоша не мытая, – тихо шипела себе под нос Ната, которую забрызгала из лужи проезжавшая мимо легковушка. Светка только еле слышно хихикала. Натали отходила всегда быстро, но до этого успевала отчихвостить весь белый свет. Особенно если «какой-то полудурок залил грязью единственное приличное платье». Ната уже забыла, что они со Светланой собирались вместе засесть за подготовкой к контрольной по зарубежке, и готовилась к очередному свиданию с Колей. А Светка и не обижалась – привыкла уже, что, когда наступает пора Наташкиных влюблённостей, время для всего остального просто замирает.
– Ветка, ну прости, прости меня, – Натали перестала шипеть и в шутливой мольбе сложила ладони.
– Куда хоть идёте? – Света в очередной раз убрала с лица прилипшую белую прядь волос.
Ветер продолжал бушевать, расшвыривая мусор из баков по тротуарам и дорогам. Небо затянуло тучами, и на тёплый день сегодня рассчитывать не приходилось. Даже голуби искали, где укрыться от яростных порывов ветра, сметающего всё на своём пути.
– Да наверно просто в «Паприке» посидим. А ты как? – всё-таки спросила Ната. Она уже успела по пути до остановки вывалить всё про вчерашнее свидание, и теперь могла только повторить всё по пятому кругу.
Светлана задумчиво прикусила кончик пряди, снова брошенной на лицо ветром. После долгого и крепкого сна всё произошедшее вчера казалось выдумкой. Сон смешался с реальностью и Света не знала, не привиделся ли ей вчера автобус № 33 и это лицо напротив.
– Кажется, – всё ещё раздумывая, произнесла она, – я вчера видела его, парня из сна.
– Опять что ли снился, настырный какой!
– Не во сне видела, а в реале, вот как тебя сейчас, – Светлана привычным уже жестом прикоснулась к груди в том месте, где был кулон.
– Да, подруга, это уже клиника и не лечится, – протянула Натали, обеспокоенно поглядывая на подругу. Одно дело навязчивые и повторяющиеся сны, и совсем другое – глюки ловить в автобусе по вечерам.
– Хотя, мне, наверно, просто показалось, – натянуто улыбнулась Света и сделала шаг к подъезжающему автобусу.
С остановки в серое стальное небо молча взлетела стая голубей.
***
Аля непослушными пальцами пыталась застегнуть молнию на платье. Сегодня, помимо учебников, тетрадок и косметички, у неё в сумочке лежал тест на беременность. Тот единственный, что она сделала на днях, как только стало тянуть низ живота. Алина по привычке начала гуглить симптомы беременности, которые каждая в её возрасте знает наизусть. Симптомы не совпадали, но разве это имело значение, когда тест показывал одну за одной?
Платье, наконец, застегнулось. Внизу уже ожидало такси, заботливо вызванное домработницей, но выходить из комнаты не хотелось.
– Алина Дмитриевна, опоздаете, – домработница вошла в комнату, вытирая о передник мокрые руки.
– Спасибо, Ирина.
Аля застучала каблучками по лестнице, нервно рванула на себя входную дверь и вылетела из дома.
Глазами скользя мимо ярких витрин,
Мимо машин и прочих,
Ты остаёшься один на один,
Лишь ты и твое одиночество.
В машине играла Пашкина любимая группа. Аля прижала сумку к груди и тихо всхлипнула. Водитель косо посмотрел на неё в зеркало заднего вида, но промолчал. Много он видел их таких: богатеньких и несчастных… Всех не пожалеешь.
Сентябрьский ветер пыль бросит в глаза,
Дождь заиграет на скрипке.
В твоей замерзшей руке звезда
И двое на фотоснимке.
Алина, оторвавшись от сумки, смотрела на проплывающие мимо дома. Элитный район сменился обшарпанными кирпичными домами с яркими вывесками, наперебой предлагающими сначала вкусно покушать, а затем похудеть, если не влезаешь хотя бы в эмочку.
– Я тоже скоро влезать не буду, – невесело усмехнулась она себе под нос.
– Девушка, приехали.
– До свидания, – она вышла из машины. Перед воротами универа её уже ждал Павлик. В груди неприятно заныло.
***
На чистом тетрадном листочке проступали знакомые черты. Нос с горбинкой, широкие скулы, еле заметная родинка под правым глазом. Если бы Алина увидела этот набросок, она бы сразу представила карие глаза, смотрящие с хулиганской, мальчишеской лукавостью. Но Алины здесь не было. Ната было сунулась с вопросом к подруге, но решила промолчать. Она вставила в одно ухо наушник и включила голосовое от Коли.
А Светкина рука, казалось, жила своей жизнью. Пока девушка пыталась вслушиваться в лекцию по фольклору, руки продолжала плавно скользить по листу, вырисовывая всё новые и новые детали. Алевтина Георгиевна не обращала на это никакого внимания. Она привыкла уже, что некоторым студентам легче слушать и запоминать материал, когда руки машинально выписывают на полях круги и вензеля. «Чем бы дитя не тешилось», – любила повторять она, поправляя очки, которые постоянно смешно съезжали на бок.
– Сегодня давайте поговорим о поверьях, связанных с природой. Мы уже с вами знаем, что мифы и устное народное творчество основаны на представлениях древних людей об окружающем мире. Знаем о том, как обожествлялись явления природы. Это касалось и деревьев. Вот, например, клён, берёза, дуб. Деревья как деревья, скажете вы, но славяне и к ним относились со всей серьёзностью.
Светлана подняла взгляд на преподавателя, а карандаш замедлил своё движение. Она услышала только слово «клён». Левая рука дёрнулась по направлению к груди, где в районе солнечного сплетения мирно дремал кленовый листочек, согретый теплом.
– Можно? – подняла она правую руку с зажатым в ней карандашом.
– Да, Светлана, говори.
– А какие поверья касались клёна? – брови Алевтины Георгиевны удивлённо взметнулись вверх.
– Я думала начать с берёзы, но можно и с клёна. Это дерево встречается в мифологии разных стран, в том числе и нашей. В преданиях славян клён является деревом, которое когда-то было человеком. Именно из-за этого кленовыми ветками не топили, а доски из клёна никогда не использовали для производства гробов. Ну сами посудите, как можно так поступать с ещё живым и заколдованным человеком? Так, например, одним из популярных сюжетов славян является сюжет о том, как злая мать превращает в клён своего непослушного ребёнка, а когда музыканты создают из этого дерева инструмент, он поёт грустным голосом о своей несчастной судьбе…
– А что-то про кленовый лист говорили? – в нетерпении перебила женщину Светка. Обычно тихая и незаметная, сегодня она не могла смолчать. Вся её робость и стеснительность куда-то делись. Хотелось поскорее узнать, что за кулончик носит она на груди.
– И про лист говорили, – Алевтина Георгиевна не разозлилась. Видеть, как у кого-то из студентов, попавших на филфак обычно по недоразумению, возникает вдруг интерес к её предмету, было необычно. И очень приятно, – из-за формы листа, славяне видели в нём человеческую ладонь с пятью пальцами. А ещё клён считался символом не только защиты от злых сил, но и любви. Согласно поверьям, влюблённый юноша покрывал кленовыми листьями след любимой, чтобы защитить её от любых неприятностей и бед.