Стас поднял глаза на Кира, застывшего над могилой как изваяние.
«Каким образом? – думал он. – Почему посредники могут найти общий язык с взбесившимся миром?»
Противостояние закончилось поражением. Стас не застал его. Однажды реальность сошла с ума и везде, повсюду вокруг стали появляться чудовища: у самых обыденных предметов вдруг появлялись лапки и жвала, какой-нибудь свёрнутый садовый шланг вдруг оказывался живой, замаскированной тварью, рои мелких существ взлетали из мусорных бачков и нападали на прохожих, в считанные минуты объедая их до костей. Внезапно и повсюду, в один день.
А затем оказалось, что кто-то может договариваться с ними.
В чём фокус?
Мысленно Стас всё время возвращался к языку. Бред чистой воды, однако всё вокруг – оживший бред. И никто не знает, что делает посредников такими уникальными. Если бы существовал чудесный амулет, способный защитить от ужасов нашей реальности, всё стало бы по-другому.
Нет, Стас не размышлял всерьёз над тем, чтобы открыть охоту на посредников. Не говоря уже о том, что такая охота просто бессмысленна: большинство из них успели бы уйти от городов и ферм в необитаемые земли, что обрекало людей на гибель. Может, конечно, за посредниками отправились бы охотники с талисманами, с языками…
Стасу пришлось остановить своё разыгравшееся воображение. «Отвратительная фантазия, – подумал он, – никакая мобильность не стоит убийства.
Он повернулся к Киру, чтобы что-то спросить, и неожиданно натолкнулся на его взгляд.
– Нам придётся сделать крюк, – сказал тот.
– Зачем? – спросил Стас.
Он готов был поклясться, что взгляд посредника переменился. Хотя, теперь Стас уже не был уверен.
– Эта дорога небезопасна, – объяснил Кир, – лучше потерять немного времени на объезд.
– Я считал, дороги всегда безопаснее леса, – неуверенно пробормотал Стас.
– И последние события тебя не переубедили? – засмеялся Кир.
В тумане лес стоял как чёрная, монолитная стена, мир обрывался в четырёх шагах от колеи, дальше он не существовал – только туман, окутавший всё вокруг.
Но кто-то ведь проложил эту колею, кто-то должен был ездить по ней, чтобы дорога не исчезла совсем. Здесь должен был кто-то жить.
Что станет с фермами теперь? Если новость об убийствах распространится, посредники перестанут приходить к ним, перестанут договариваться с тем, что прячется в тумане, что подбирается к домам, и тогда не спасут ни стены, ни собаки, ни ружья.
«Или Паола права, – размышлял Стас, – и они не смогут бросить людей? Так и будут приходить, один за другим, пока их всех не убью? Глупости, они же не самоубийцы».
Стемнело, и путешественники разбили лагерь. Как и каждый вечер, Кир скрылся в тумане – он обходил вокруг, чтобы найти всех, кто может нести угрозу, условиться, чтобы стоянку не трогали.
Огонь потрескивал, Стас жался к нему, трясясь от холода, поэтому после ужина сразу же забрался в палатку. Начал накрапывать дождь. Заметив беспокойство парня, Кир сказал:
– Сегодня никто не придёт.
– Откуда ты знаешь?
– Знаю, не переживай. Я договорюсь.
Он не соврал, ночь прошла спокойно.
Утром они снялись и поехали дальше. И так день за днём – предстояло очень длинное путешествие.
Будь на месте посредника обычный человек, Стас бы опасался. За пределами городов люди непредсказуемы, они странные уже хотя бы потому, что предпочитают рисковать и жить вне стен, и в своих маленьких мирах десятками лет маринуются в крошечный сообществах. Ничего удивительного, что им начинают приходить в голову странные мысли, вроде того, чтобы вырвать язык человеку и сделать из него талисман.
Посредники совсем другое дело. Что ни говорили бы про них, что бы не думал сам Стас, им, во всяком случае, можно было верить, договор они соблюдали всегда. Скорее уж Киру следовало опасаться Стаса, чем наоборот.
– Включим радио? – предложил Стас.
– Тебе же оно не нравилось, – отозвался Кир, смягчив и не сказав «пугало».
– Ну, надо же привыкать, – неловко рассмеялся парень.
– «С вами „Ревун“. Прошёл дождь, и те, кого он застал на открытом месте, изрядно понервничали, и совершенно напрасно. Сегодняшней ночью тени кормились не случайными путешественниками: нападение пережила ферма „Новая отрада“. Тени сумели проникнуть через все барьеры и утащили несколько человек.»
Ведущий говорил что-то ещё, затем включил музыку, но Стас уже не слушал.
Тени не любят человеческие предметы и не могут пробраться в фермерские дома – это слова посредника. И тем не менее…
Он хотел посмотреть на напарника, но ему стало страшно, что тот заметит смятение. «Может, совпадение? – подумал Стас. – Да какой совпадение!»
Кир договорился. Вечером посредник честно ответил на вопрос, сам сказал, что договорится. И натравил тени на ферму.
«Что делать? – в панике заметался Стас. – Нельзя возвращаться в Астру пешком. Кир всегда ночует в машине. А если уехать на привале?»
– Плохая идея, – произнёс посредник.
В машине сделалось тихо, будто выключили все звуки.
Медленно Стас повернулся к нему, Кир улыбался своей обычной, приветливой улыбкой, глядя ясными глазами.
– Мы договорились, – пробормотал Стас. – Ты же не можешь нарушить условия.
– Это да, – кивнул Кир. – Но договор был, что я довезу тебя до Котлована.
– И обратно!
– А об этом речи не шло.
«Как же так?! Но… я помню…» – Стас лихорадочно порылся в памяти. – Нет, тот был прав, Стас всё время говорил только о том, чтобы доехать туда, возвращение назад подразумевалось само собой.
«Он не сможет ничего сделать до того, как мы доберёмся до места, значит…»
– По дороге ускользнуть не вариант, – покачал головой Кир. – В таком случае договор будет считаться расторгнутым. А, чтобы у тебя не возникло соблазна пристукнуть меня в пути, я условился с одним существом, оно будет следовать за нами до конца, и будет очень радо получить тебя пораньше, конечно.
Кир грустно покачал головой:
– Послушай, мне правда жаль. Понимаешь, это был самый оптимальный выход: тени забрали только тех, кто носил при себе отрезанные языки, теперь слух, что амулет не только не работает, но и действует прямо противоположным образом, распространится очень быстро. Ты был прав: без нас люди обречены, нельзя, чтобы посредники ушли в леса и бросили вас всех. Но, если кто-то узнает, что метаморфов натравили мы, конец всему. Нам перестанут доверять и тогда вы все обречены.
– Посредники не убийцы, – прошептал Стас.