– Короче все, что может быть лучше чашечки кофе, вначале рабочего дня. Вода вскипела. Делайте себе сами. Кто с сахаром, кто без, у каждого свой вкус.
Телефоны, наконец, умолкли, и все решили поболтать о самом наболевшем.
– Ох, как голова раскалывается. Вчера у внука был день рождения, я за его здоровье так перебрала. Сто раз зарекалась не пить лишнего – Марина поправила складки сарафана, погладила себя по толстой ляжке, расправила плечи, сделала глубокий вдох, от которого нежные рюшки заколыхались на объемной груди и наконец, отхлебнула из своего огромного бокала чай, заботливо принесенный Степаном. Выглядела она очень свежо и бодро. Волосы хорошо уложены и закреплены лаком, макияж хоть и яркий, но безупречный. Никто бы не догадался, что Марина Юрьевна мучается после вчерашнего перепития. Но что ей было стесняться, что скрывать от коллег, жеманничать, как есть, так есть.
– Марина, дорогая моя, ты не часто ли напиваешься? Не сопьешься так, красавица моя?
– Нет, не сопьюсь. Я и сама об этом раньше думала, когда помоложе была. Но сейчас поняла, что баба я крепкая, тяги к алкоголю нет. А что лишку иногда хряпну, так это ничего страшного. Вот сегодня сдам квартиру, а еще лучше задаток по продаже оформлю, и вы меня сразу зауважаете. У меня уже одна сделка наклевывается, надо только их дожать немного. Уже шесть вариантов им показывала, а они все ходят и ходят, а цены на квартиры все растут и растут. В прошлый раз не выдержала, хожу за ними следом по квартире: из ванной на кухню, из кухни в зал, все ведь одно и то же. Не выдержала, начала материться. Не переживайте, Жанна Тимофеевна – Маринка посмотрела в сторону директора. – Я по-доброму, как частушки, им даже понравилось. Сразу взбодрились, заулыбались. Я им говорю, что какого лешего вы ждете? Еще цены поднимутся, еще на пятьдесят тысяч дороже заплатите. «Промедление смерти подобно». Как кто-то сказал. Сегодня обещали дать окончательный ответ.
– Молодец. Риэлтор ты хороший. Первый раз вижу такого человека, который матом пуляет напропалую, а на него никто не обижается, – заулыбалась Жанна.
– А что обижаться, я же не на них, а для яркости восприятия.
– Мариночка, знаешь, вчера Степку клиенты побили, а Жанна обещала заступиться, – Милана хихикнула, встала со стула, чтобы немного размяться, подошла к Степану и ласково, жалеючи, похлопала его по плечу.
– Да, что ты, ё-мое, – Марина всплеснула руками, отпила еще глоточек чая, повернулась к Вихоркину. – Давай Степан Николаевич, рассказывай.
– Ладно, еще немного поболтаем, и всем за работу, – скомандовала директор Жанна. Сама не стала слушать уже знакомую историю, открыла тетрадь с записями и уткнулась в заказы, размышляя, что еще предложить сегодня подходящего по купле-продаже. Но тут лицо ее любимого Леонида всплыло в памяти. «Этого еще не хватало. Как же он давно не приезжал. Соскучилась. Пойду, покурю, а то этот Лёнька со своей веселой улыбкой будет меня отвлекать от работы», – подумала Жанна и вышла из офиса.
Был у Жанки любимый мужчина, самый лучший на целом свете. Они встречались уже семь лет, и он был женат. Обыкновенная история. Сначала обещал развестись, когда его дети окончат школу, но они уже учились в институте, а он приезжал два-три раза в год и все обещал и обещал. Иногда Жанна сама ездила к нему в Геленджик. Он снимал ей домик на берегу моря и в эту неделю отпуска принадлежал только ей. «Когда же я брошу тебя, мой Лёнечка? Но как остаться без твоих глаз, без твоей улыбки, без любви, которую ты мне даришь?» – думалось ей порой.
Она помнила наизусть каждую черточку его лица и тела. Серые льняные волосы с сединой на висках, серые брови и серые глаза с черной тонкой-тонкой полоской по краю радужки, с искоркой над зрачком. Эти выпуклые мощные скулы, большой волевой подбородок с легкой небритостью. Эти четыре морщинки на переносице – три длинные и одна короткая и ямочки на щеках. Как давно она их не трогала кончиком пальца. Жанна так хотела, чтобы он скорее приехал. Дорогой, любимый, единственный! Наговорил комплиментов, не отрываясь, смотрел бы в глаза, с легким соблазнительным прищуром.
Жанна докурила сигарету и с яростью придавила окурок в пепельнице. « Я могу ждать еще несколько лет, – промелькнуло у нее в голове. – Можно ждать сколько угодно, если знаешь, что твое ожидание не напрасно. Все, хватит, это будет длиться вечность: любовь и ожидание, страдание и снова любовь. В следующий приезд разрываю с ним отношения».
Она резко направилась к своему кабинету, но ее слегка качнуло в сторону от нахлынувших чувств, и чья-то крепкая рука схватила и поддержала ее под локоть.
– Девушка, вам плохо?
Оглянувшись, она отпрянула, собравшись, чтобы никто не разглядел ее возбужденного состояния.
– Нет, что Вы.
Перед ней стоял мужчина сорока пяти – пятидесяти лет, огромного телосложения и роста, просто глыба, с энергетикой, заполнявшей все пространство вокруг, которая, казалось, могла выбить стекла во всем здании. Может он был чуть полноват, но это его не портило, а придавало еще большего шика образу, такой, знаете ли, сытости, откормленности. Темно-синяя рубашка, костюм и ботинки, и это в летнюю жару… По-моему, уже перебор.
– Не подскажете, где офис агентства «Старт»?
– Да, подскажу, я директор агентства – Панкратова Жанна Тимофеевна.
– Очень приятно. Я звонил Вам вчера. Борис Борисович Грач, – он с властной легкостью взмахнул рукой, предлагая Жанне идти первой и показывать путь.
Тут она заметила его спутницу, которая спряталась сзади за столь широким торсом. Но нет, она не могла затеряться, когда вышла немного вперед, то стало понятно, что такая женщина не может быть незамеченной, а сразу ослепляет и запоминается. Она, как драгоценный камень в дорогой оправе. Если мужчина увидит ее днем, то ночью долго не сможет уснуть, вспоминая и радуясь, что удалось взглянуть на такую красоту. А женщина тоже будет ворочаться, не засыпать и злиться, что везет же некоторым быть столь великолепной, ухоженной и обворожительной. Конечно, богатый муж дает деньги на пластику, вот в чем секрет, подытожит женская логика.
Что говорить, пара была великолепной. Словно сошедшая с экранов телевизора, просто выпрыгнувшая из голливудских сериалов прямо к нам в двухэтажку в Рязань, в постройку столетней давности. Когда Жанна шла по коридору, то ощущала запах дорогого парфюма, благоухающего в воздухе, наполняя пространство волшебными образами бриллиантового фейерверка вперемешку с брызгами шампанского.
Заходя в кабинет Жанна сделала очень строгое лицо всем сотрудникам, чтобы они тут же заткнулись и притихли. Все были не дурачки, и Степку с Маринкой как ветром сдуло. Они тут же умотали на показ.
Только Милана притихла, умеючи превратившись в «серую мышку», поправила очки, и сделала вид, что очень занята работой.
В офисе было уже довольно душно и неуютно. «Сколько еще нужно денег, чтобы все было на уровне?» – мелькнуло в голове у Жанны. Несколько потертых офисных столов, старые стулья, два кресла на колесиках, один компьютер и два вялых цветка на подоконнике: алоэ и гнутый фикус.
Мужчина хотел было приземлиться в кресло, но одно колесико там давно скрипело и если бы не быстрая реакция Жанны, то произошло бы непоправимое. С таким огромным телосложением клиент выбил бы из старой мебели последние остатки жизни и…
– Пожалуйста, присаживайтесь, – она ловким движением пододвинула черный железный стул. Борис Борисович присел и кивнул жене:
– Ну что, дорогая, рассказывай свою нужду.
Его жена казалась намного моложе своего супруга, но то, что ей было больше сорока, это точно. Даже если волосы, кожа и отсутствие морщин могут заставить вас думать по-другому, то глаза не обманут никогда. Жизнь успела оставить свой след, где-то очень глубоко отпечатались тысячи событий, как на старой кинопленке. Одни события потеряли смысл, другие старательно стерлись, третьи бережно хранились. А глаза продолжали помнить и выдавали возраст.
Жанна грациозно присела на край стула, показывая правильную осанку, умение держать голову, отточенность и грацию движений.
Жанна тоже присела на свое любимое рабочее место и уставилась на собеседников:
– Давайте познакомимся, Вы Борис Борисович, а Вы?
– Анна Вячеславовна, мне очень приятно познакомиться с Вами, Жанна Тимофеевна. Одна моя знакомая в прошлом году покупала квартиру через ваше агентство и осталась довольна.
– Мы вот по какому вопросу, – перебил ее муж. – Нам нужно приобрести коттедж за городом. В городе у нас превосходный особняк, но жене захотелось на природе. Мне некогда этим заниматься и совсем не интересно. Это чисто желание Ани, а я просто все оплачу, когда она выберет. В пределах десяти миллионов думаю достаточно, ищите, работайте.
– Простите, Борис Борисович, а почему наше агентство? Есть более крупные конторы, я понимаю, друзья рекомендовали, но… – Жанна взглянула на мужчину, который, по-видимому, уже собирался уходить.
– Так решила жена, я не вмешиваюсь. А что, не справитесь? – он заулыбался.
– Конечно, справимся, и сегодня же начнем подбирать варианты. Только давайте сразу обговорим наши комиссионные. Чтобы потом для меня не было неловко объявлять Вам цену.
– Да, без проблем, – Борис Борисович Грач чуть вскинул брови, наморщив лоб. Сто тысяч хватит?
– Да, вполне, – скрывая волнение, ответила Жанна и прокрутила в голове, что обычная сделка ей приносит десять-пятнадцать тысяч, то это просто успех, если все выгорит.
– Вот и отлично. Теперь моей жене будет чем заняться, а то она просто заскучала дома без дела. Пойдем, дорогая, пусть ребята работают, – он встал со стула, расправил плечи и зашагал к двери, кивнув не оборачиваясь. – До свидания.
– До свидания, – тихим голосом произнесла Аня, еле заметно улыбнулась и тоже покинула офис.
– До свидания, – только и оставалось крикнуть вслед уходящим клиентам Жанне Тимофеевне.
Несколько минут стояла тишина. Первая очнулась Милана:
– Какой мужчина, просто в моем вкусе, великан, человек-гора, а какие глаза… Я поймала его взгляд и думаю, он успел понять, как мне понравился.
– Милана, что ты несешь, он тебе в отцы годится, ему полтинник, наверное, а тебе двадцать пять. А то, что понравился итак понятно, он всем нравится и знает об этом. И ты бы всем понравилась и я тоже. Хочешь, навскидку, посчитаем, сколько в эти сто с лишним кило денег вложено: на личного тренера, качалки, бассейны, массажи. Одни зубы полмиллиона точно. Парикмахер тоже, по всей видимости, недешевый, хотя бреет его под ноль.
Тут они обе не выдержали и захохотали.
– Жана Тимофеевна, подойдите скорее к окну. Вот это номер.
– Ну, что такое, – Жанна нехотя встала.
Грач вышел со своей женой, и тут же к ступенькам подъехала машина с тонированными окнами, водитель выбежал, открыл дверь, Борис Борисович сел на заднее сидение. Машина проехала немного вперед, за ней подползла точно такая же, другой водитель выскочил и открыл дверь для его жены Ани. Эскорт двинулся еще немного вперед, завершал цепочку из машин огромный джип Гранд Чероки с тонированными стеклами. Эту машину можно было узнать даже сверху. К какой марке относились первые две, разглядеть не удалось. Но было и так понятно, что в последней охранники своего хозяина и хозяйки.