Оценить:
 Рейтинг: 0

Hits Collection from «AwerHouse» for Central Asia. for Central Asia

Год написания книги
2024
<< 1 2 3 4 5 6 >>
На страницу:
2 из 6
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля

Герцогиня покорно кивает и с радостью выполняет приказ. Она до сих пор уверена, что Мститель будет мстить, так откуда радость? А оттуда, что лучшего наказания и представить себе нельзя. Даже если ее будут бить, сильно и с ненавистью, ей не составит труда себя убедить, что ее не наказывают, а исполняют ее горящее желание… Объемная грудь упирается в холодный кафель, ягодицы смотрят вверх, на Адъютанта, Картинка блаженно улыбается, а Адъютант садится сверху, и Картинка, повернув единожды голову в его сторону, видит, что в руке Мстителя маркер.

– На том, что дорого тебе, я напишу то, что дорого мне, – говорит Князь и чешет маркером нос. – Лучший способ отомстить злодею – это оживить через его собственность то, что он убил.

Звонкий, с эхом в ванной, звук открывающегося колпачка – и маркер начинает грубо вдавливаться в нежную упругую плоть:

Ты пришла в лучах разлуки.

И сказала мне, что мы

Жертвы круговой поруки,

Наследники чужой страны.

В музыке искала ты спасения

От правды, неподвластной оптимизму.

Покинула ты бедные селения

Не в силах сладить с общим мазохизмом.

ВСЕ ТОТ ЖЕ ВЕЧЕР. ФОТОСТУДИЯ «LNA – LUXURY NUDE AESTHETIC»

Злодей врывается в фотостудию. Она пустая. Он не удивлен. Повсюду – антиреклама. И этому можно было бы удивиться, но он не удивляется, он уже знает, что Адъютант здесь поработал. Как? Загадка сидит на плече злодея, в своей нелепой невидимости.

Палач рыщет по студии в жажде возмездия, в желании убить, ему стоит сопереживать, ему ведь нелегко. Он волком смотрит на зеленый экран, думает, что Мститель там, но нет – дверь ванной комнаты открывается, и вот оттуда выходит Князь с высоко поднятой головой, в руках его маркер, а в глазах – решительность. Следом из ванной стыдливо убегает Картинка, в слезах, она держит руки за спиной и тянет платье вниз, да так, словно под ним не ее достоинство, а апельсиновая корка. Безразличным взглядом Палач провожает свою жену, затем его внимание сосредотачивается на Князе, на его гневных глазах. И вот они, два непримиримых врага, стоят друг против друга в освещении одинокого прожектора и в окружении сложных пейзажей леса – одной из самых действенных антиреклам мира, символом распада мира и беспомощной борьбы с этим.

– Не смотри на меня так, – говорит злодей. – В твоих руках маркер, а не меч.

– Мне за честь умереть в своем храме. – Князь смотрит на лесные сосны, золотящиеся в лучах восходящего солнца.

– Думаешь, я тебя убью?

– Только без глупых вопросов. Я знаю, что ты василиск, так что не трать мое время.

Палач даже расстраивается – такая покорность способна отогнать его убийственный аппетит.

– Ты даже не будешь сопротивляться? – спрашивает он Мстителя провокаторским тоном.

– А смысл? В конце концов, я выиграю.

Король Пик смотрит на витиеватые сплетения ветвей и вспоминает свой поход с Королем Смеха в лес, окончившийся для него, именно для него, так удачно. Колени дорогих брюк в зеленом соке… Пруд, его тихая заводь, нарушенная убийством…

– Глупая надежда, – говорит злодей Мстителю. – Человечество тупо. Им легко манипулировать, оно всегда неудовлетворенно, и от тупости своей оно спешит удовлетворить себя как можно скорее и как можно дешевле. Якобы дешевле. Не я, а ты заранее проиграл.

– Я – меньшинство, – говорит Мститель. – Ты – меньшинство. Наши силы примерно равны. А человечество ведомо. Но нужно дать ему понять, за кем именно ему нужно следовать, вот за это право мы и боремся.

– Боролись, – поправляет Палач и пристально смотрит в глаза Князю.

Не просто смотрит, а еще и думает, как бы сильнее его уязвить напоследок.

– Антиреклама – это тоже реклама, – говорит злодей. – Ты такой же, как и я.

– Нет, и никогда таким не буду, – протестует Адъютант и теряет сознание. Падает навзничь, тихо, как оседающая на ветоши побеспокоенная пыль, а из его кармана колесом бежит черная монета.

Умер ли он – Король Пик не знает. Для этого необходимо подойти к Валету Червей, проверить его пульс на шее, а шаги утомительны, он уже раз десять проверял пульс у женщин, проверять у Серебряной Дочери пульс нужды не было, та и так была слишком слаба, чтобы просто потерять сознание, да и зачем проверять пульс, когда можно просто попасть в Дом и увидеть там повешенный труп Валета Червей – ведь мир, беспощадный и беспомощный, меняется; Король Пик владеет Домом, для него это плюс, но при этом перестает убивать взглядом только женщин, а вот это минус, причем достаточно почетной и по-своему гуманной участи быть убитым взглядом подвергся не абы кто, а сам Валет Червей, его злейший враг, а пощада к врагу была против правил злодея, хотя, что тут сделаешь, когда Валет Червей выглядел чересчур решительно для того чтобы просто так, честно и благородно, вступить с ним в открытую борьбу, потому-то и пришлось нарушить свои правила, и Королю Пик это крайне не нравится, и опять, опять ему опять нужно удовлетворить свою жажду убийства, и на этот раз жертва его должна умереть на его условиях, иначе покой ему, как «говорят», будет только сниться. Король Пик взирает на Загадку. Та все еще сидит на его плече. Странная Загадка, почти человек – может, стоит ее забыть, чтобы насытиться? Король Пик бьет ладонью по плечу, уверенный, что Загадки больше не будет.

Не исчезла. Прилипла к линии жизни на ладони. Муха никак не могла быть Загадкой.

– Так-так-так, – задумчиво и вслух говорит Король Пик перед тем, как попадает в Дом.

21:30. РОВНАЯ И ПУСТАЯ УЛИЦА ПИОНОВ

Золотая Дама любит убеждать себя, что она не замужем, и также любит представляться Бриллиантовой Императрицей при знакомстве с красивыми и богатыми мужчинами. И только сегодня, впервые в жизни, она использует это имя не для развлечений в дорогих машинах, а чтобы отделаться от позора, скрываемого коротким платьем. Герцогиня чувствует каждую букву на своей коже, будто это только что сделанное тату. Ощущает чужую печаль в своей душе. Понимает, что неправильно использовать праздный псевдоним в моменты великой трагедии, и поэтому она, самая красивая модель Каменного Города, начинает считать себя не Бриллиантовой Императрицей, а Серебряной Дочерью.

Она смотрит на добровольно убитые рекламой дома, и сердцу ее от этого стало бы легче, если бы до этого над ней не надругались. И почему вдруг она захотела его? Он не богат и красивым его не назовешь… Захотела новых чувств? Золотая Дама получила их сполна – но от конфликта ее привычных представлений с этими чувствами ее прекрасное тело наполнилось изнутри чем-то неприятным и в виде слез стало выливаться у нее из глаз. И продолжает выливаться прямо сейчас. Она бредет по пустой вечерней улице, старается не думать, но не думать не получается, и в один момент останавливается у пешеходного перехода и смотрит на дорогу. На пустом асфальте одна машина, и та еще далеко. Она вытирает слезы внутренней стороной ладони. Пара ресничек прилипает к ее линии жизни.

Она ступает на переход.

21:30. РОВНАЯ И ПУСТАЯ УЛИЦА ПИОНОВ

Адъютант давит на газ. Его сердце болит. Сизые руины осени. Он уверен, что с Мечником произошло нечто страшное. Ему жарко, не хватает дыхания. Почему он ему доверил расправу над Вечностью, когда он сам, по закону «око за «око», должен был с ней расправиться? Почему они опять поменялись местами – ведь этого ужаса и смертельной боли не было бы, если бы он, Князь, как нормальный человек, сам бы исполнил то, что должен был исполнить.

Князь задыхается. Он знает, что его брат мертв, и поэтому он сам сейчас умрет, и приближение смерти буквально напевает ему в перерывах меж тяжелыми вздохами:

– Вот и все, надейся на Баланс! Ля ля ля, ля-ля-ля… Вот и все, надейся…

Хорошо, что хоть на дороге никого нет.

Но на дороге кто-то есть… Мстителю не хватит сил затормозить.

Мощное столкновение

– — – — – — – — – — – —

и Золотая Дама грациозно падает у обезображенного рекламой дома. Она раскидывает руки, а в воздухе, еще в момент полета, словно бы отпечатываются выведенные черным маркером буквы, обнаженные задравшимся от удара платьем.

ЧУТЬ ПОЗЖЕ. ДОМ

Злодей у себя. Стоит на Светлой Стороне и смотрит на Темную. Он видит братьев-близнецов. Палач не удивляется, что второй близнец тоже умер, его пугает, что его жена, Золотая Дама, висит между ними, как будто это он ее убил. Ладно, тот, другой, близнец, он мог умереть из солидарности, но его жена… Она сейчас похожа на Серебряную Дочь и поэтому злодею кажется, что жену, когда она была жива, он любил сильнее всего остального. А теперь она висит между врагами, и ему придется на это смотреть всю оставшуюся жизнь, так что это надо исправить. Надо убить, и убийство это должно быть удовлетворяющим… Он не винит себя за смерть жены, он винит правительство, хотя Темная Сторона Дома, в которой висит Герцогиня, считает иначе. Надо взять тот топор, которым он стирал те богомерзкие надписи со стихами и разрубить Вечность на части, чтобы она не напоминала ему Княгиню. Палач уже берет в руки топор, но тут же бросает его на пол. Не сейчас, думает злодей, не так сразу – для начала нужно убить. Точку поставить должен он, а не положение трупов в петле. Надо выбрать себе жертву. Читатель может помнить, что перед смертью братьев злодей дал себе обещание ступить на Темную Сторону, дабы восстановить в Доме Баланс, хотя какой Баланс, он просто хочет, чтобы зачеркнутые на шкафу и холодильнике надписи исчезли и чтобы на их месте не появлялись новые. Злодей собирается с мыслями, заносит ногу над Темной Стороной, но на ботинок уже не садится Загадка, она якобы мертва, так что ничто злодею не мешает, и вот…

тук-тук, тук-тук, тук-тук…

..после громкого биения сердца злодей ступает на Темную Сторону, и ничего страшного не происходит. Палач вздыхает спокойно. Чтобы оправдать свое здесь присутствие, злодей начинает шарить по карманам одного из близнецов. Выкидывает оттуда ключи, кое-какую мелочь, кошелек, оттуда он выкидывает бумажные деньги, фотографию Алисы, – перед тем, как ее выкинуть, Палач несколько мрачно на нее смотрит – затем находит в кошельке еще одну фотографию, но не выкидывает ее, а все так же мрачно на нее смотрит. Он видит лицо господина Кудесника.

Он ложится спать. Женщина, как и положено, на кровати, но сейчас она спит. У Инквизитора завтра тяжелый день. Предыдущая глава не совсем предпоследняя. Танк разрушает Пиратон.

КАМЕНЬ
<< 1 2 3 4 5 6 >>
На страницу:
2 из 6