1 2 3 >>

Килим
Василина Викторовна Владимирцева

Килим
Василина Викторовна Владимирцева

Действие повести происходит в альтернативной России 21 века. Данная вселенная представляет собой мировое полотно – Килим, сотканный из нитей судьбы, и маги в этом мире умеют ходить «на Изнанку», где могут совершать манипуляции с нитями. Однако это строжайше запрещено. Главный герой, маг Дмитрий, остро нуждается в деньгах, и потому соглашается на рискованное предложение молодого клиента Егора – за плату провести того на Изнанку, чтобы Егор смог изменить свою судьбу. Но у Дмитрия, помимо денег, есть и другой, скрытый, мотив… Содержит нецензурную брань.

«Килим» – с турецкого «грубо сделанное одеяло», тканый ковер ручной работы, сделанный из разноцветных нитей, чья изнаночная и лицевая сторона практически не отличаются друг от друга.

– Так вот… – Речь говорящего на несколько секунд прервалась хрустом и смачным чавканьем. Наконец, мужчина вытер крошки от чипсов, прилипшие к уголку губ, рукавом куртки и продолжил. – Так вот… ну, я думаю, мало чо, дело, мож, какое важное. Не каждый день такие бабки предлагают. И тут он мне говорит… нет, Дим, ты не поверишь… прикинь, чо этот чудила выкинул? Он мне такой говорит… слышь, говорит, проведи меня на Изнанку?

Мужчина, названный Дмитрием, поперхнулся пивом, которое в данный момент неспешно тянул, и чуть не выронил бокал, однако природная ловкость рук не позволила этому случиться. Дмитрий закашлялся, чувствуя, как защипало в носу и поспешно поставил бокал на столик, от греха подальше.

Его собеседник, кажется, остался довольным произведённым впечатлением и зачерпнул ещё одну горсть чипсов из глубокой тарелки.

Отдышавшись, Дмитрий утёр пот со лба тыльной стороной ладони, убирая прилипшую чёлку, и покачал головой, словно сомневаясь в сказанном.

– Он это серьёзно? Лёх, ты меня сейчас не разыгрываешь?

– Прикинь, да! На полном серьёзе! – Лёха активно закивал головой, при этом яростно жестикулируя, так, что чуть не снёс свой стакан и миску с чипсами. – Я сначала тоже подумал, что этот чудила стебётся, даже думал ему печать на лоб поставить, не охренел ли, с магами шутки шутить? Но говорю тебе – он на полном серьёзе! Он сначала косарь предлагал, а как увидел, что я ща в узел завяжу, начал чуть ли не в руки бабки сувать, говорит, если надо, он больше достанет, хоть пятьсот, хоть сколько.

Дмитрий невыразительно хмыкнул.

– А ты что?

– А я чё? Дурак что ли? Конечно послал его на хер, и ещё пинка отвесил, чтобы даже не думал возвращаться. Я, знаешь ли, профессионал, мне репутация дороже денег. – На этих словах Лёха одним шумным глотком осушил свой бокал и щёлкнул пальцами. Над его головой тут же загорелся белый шарик мягкого света размером с пятирублёвую монету. Заметив свет, к столику тут же подскочила расторопная официантка. Лихо улыбнувшись ей, Лёха заказал себе ещё одну пачку чипсов и бокал светлого.

– Дим, тебе повторить?

– Да не, не надо. – Тот мотнул головой и задумчиво уставился на дно стакана, которое, к сожалению, уже было видно сквозь остатки жидкости. – Хватит уже, а то порт неправильно нарисую, очнусь где-нибудь в подворотне, меня Наташка утром прикончит.

– Чудной ты, Димка. – Лёха излишне громко рассмеялся, однако, на счастье, в баре, во-первых, играла музыка, во-вторых, было не так много людей, которых они могли потревожить, а в-третьих – никто бы не стал связываться с пьяным магом. – Ща же всё на принтере распечатал – и пошёл. Один раз начиркал в фотошопе там, ну на худой конец, отсканил свой рисунок – сделал сто штук копий, и не паришься. Я ща вообще порты перестал рисовать, с порттрэвела всё качаю. Там месячная подписка чот около двух косариков в месяц стоит, зато можно качать неограниченно порты в самые красивые места мира, куда тебя б точно никогда не занесло. Заповедники там всякие, первозданные местечки, куда только захочешь.

– И долго они останутся первозданными? – Дмитрий хрипло рассмеялся, но затем покачал головой. – Не, мне как-то… своей рукой надёжнее, знаешь. По крайней мере, если я совершу ошибку, я буду знать, что сам виноват, а не какой-то анонимный олух из интернета.

– Ну, как знаешь. – Лёха пожал плечами и с удовольствием запустил руку в чипсы, затем вскинулся, а бледные глаза его оживленно вспыхнули. – Да, кстати! Я ж про чудилу этого поспрашивал! Прикинь, он не только ко мне сувался! Ещё к Сашке Темному, к Анатолю, к Бражке, к куче народу, даже к Максиме, прикинь!

– К Максиме? Но ведьмы же не ходят на Изнанку! – Дмитрий нахмурился и задумчиво почесал подбородок, заросший темной колючей щетиной.

– Никто сейчас не ходит на Изнанку! – воскликнул Лёха и рассмеялся собственной шутке, а затем резко наклонился к приятелю и заговорщически подмигнул. – Я те о чём и толкую, Дим. Этот челик ваще нихера не шарит, даже в простейшие вещи. Будь я чуть менее порядочным, я бы его облапошил, прост как липку ободрал бы – наобещал бы с три короба, взял бы деньги вперёд, а потом затуманил бы ему мозги, с такими придурками, как он, это легче лёгкого провернуть. Ваще, честно, я даже удивлён, что его ещё не нае…

Его речь прервал какой-то шум со стороны входа. Мужчины оба повернули головы, вглядываясь в полумрак подвального помещения. Вокруг столика рядом со входом разгоралась нешуточная ссора. Дмитрий не мог различить отчетливые фразы в шуме музыки, однако зрение у него было довольно острым, даже несмотря на годы, проведенные над учебниками, напечатанными (или написанными) преимущественно мелким шрифтом.

А посмотреть было на что. Один из сидящих за столиком посетителей – мужчина с косматой копной длинных волос – разгневанно вскочил, что-то доказывая молодому человеку напротив него.

Патлатого Дмитрий признал почти сразу – кажется, его звали Велисиром, – он был один из магов-постоянников бара. Его спутники, кажется, тоже были магами. Чуть более трезвые, чем Велисир, сейчас они хватали вспыльчивого приятеля за руки, чтобы тот не натворил дел. Однако пока что вышибала у входа не вмешивался. В конце концов, «Забористое Зелье» был баром, открытым магом для магов, поэтому летающие скамейки и стулья там были нередким делом. Пока же даже до этого ещё не дошло.

А вот молодой человек, вызвавший гнев Велисира, был Дмитрию незнаком. При этом выглядел он весьма занятно. Дмитрий дал бы ему около двадцати лет, довольно высокий и худой парень был одет с иголочки. Однако или по тому, как одежда на нём висела, или по тому, как он держался, создавалось впечатление, что не он сам выбирал себе костюм – несмотря на то, что все вещи сочетались, брюки казались ему великоватыми, а укороченный стильный кожаный плащ висел у него на плечах унылой тряпкой. В довершение всего голову его венчала копна светлых кудрей, больше похожих на овечью шерсть, чем на волосы, а с носа норовили сорваться очки.

Иными словами, вида парень был совершенно нелепого.

– О, да это ж чудила! – Удивлённо воскликнул Лёха, хлопая Дмитрия по плечу. – Охренеть, он чё, сюда припёрся себе проводника искать? Лол, его ж ща Велисир на тряпки порвёт…

Действительно, атмосфера накалялась, Велисира держали уже четверо, а парень, словно не понимая, в какой ситуации оказался, продолжал терпеливо тому что-то втирать.

Наконец, видимо, сотрудникам это надоело, и за спиной паренька возникла невысокая фигура вышибалы. Он едва ли достигал возмутителю спокойствия до плеч, однако сила мага кроется не в мускулатуре. Парниша, видимо, почувствовал неладное, потому что обернулся – и в этот момент вышибала с силой шлёпнул ему на грудь листочек с распечатанным портом и прижал ладонью. На долю секунды нарисованные символы на бумаге вспыхнули голубым светом, а затем парень просто исчез, как будто его и не было, а листочек рассыпался прахом. Вышибала удовлетворенно кивнул и снова скользнул в тень, а Велисир наконец-то позволил себя усадить за стол. Гомон постепенно стих.

Дмитрий последним глотком осушил стакан и задумчиво взглянул на часы.

– Знаешь, Лёх, я, пожалуй, пойду. Поздно уже, Наташка волноваться будет.

– Эх, Димка-Димка… вы только поглядите, ну, а? Же-на-тый человек… – протянул Лёха, ухмыляясь и рисуя в воздухе знак ограждения от зла – по сути, совершенно бесполезный, но являющийся общепризнанным знаком приветствия и прощания у магов. В конце концов, не пожимать же руку на прощание? Руки для мага – самый ценный рабочий инструмент, и здороваться за руку – всё равно что скрещивать мечи.

Дмитрий начертил знак в ответ и, быстро набросив кожанку, висевшую на спинке стула, направился к выходу, не забыв оставить на столе плату за вечер и какие-никакие чаевые. На самом выходе он обернулся, на прощание начертив знак ограждения от зла – ко всем в целом и ни к кому в частности – и вышел на улицу.

Октябрь в этом году вышел сырым и промозглым, но не слишком холодным – лёд ещё не покрыл луж, однако влажный настойчивый ветер пробирал до костей, легко продувая джинсы и заставляя Дмитрия ёжиться. Всё-таки стоило послушать Наташку, которая все уши ему утром проворчала: «Надень куртку, надень куртку, замёрзнешь»…

Что он ей тогда сказал? «На что мне куртка, порт нарисовать две минуты?» Ну-ну. Надо будет всё-таки проверить, нет ли у Наташки в роду ведьм… магического дара у жены не было совершенно, и родители тоже были обычными людьми, но вот её чутьё порой даже самого Дмитрия поражало.

От размышлений Дмитрия отвлекли звуки, недвусмысленно намекающие, что кому-то сейчас явно очень плохо. Маг хмыкнул и не спеша подошёл к мусорным бакам, из-за которых и доносился шум.

Увиденная картина его ничуть не удивила – у людей неподготовленных телепортация, особенно принудительная, часто вызывала тошноту.

Дмитрий равнодушно смотрел, как парень, которого недавно вытурили из бара, согнувшись в три погибели, избавляется от содержимого своего желудка. Задумчиво пошарив по карманам, маг наткнулся на носовой платок, заботливо припрятанный в уголке. «Наташа, конечно» .

Дмитрий протянул находку пареньку, и тот, похоже, только заметивший, что больше в подворотне не один, сначала заметно вздрогнул, но затем благодарно принял платок и отёр им рот.

– С..спасибо. – Голос у него тоже оказался какой-то… нелепый. Мальчишечий, словно не до конца ещё сломавшийся, хотя парень явно уже перешагнул порог полового созревания.

– Слышал, ты ищешь проводника? – Голос Дмитрия звучал равнодушно, да и взгляд его выражал крайнюю степень безразличия, но лицо паренька в секунду прояснилось, а голубые глаза вспыхнули надеждой.

– Да, я…

Дмитрий грубо его перебил:

– Завтра, два часа ночи, под первым пролётом метромоста. Приходи один.

Парень открыл было рот, но маг резко наклонился к нему и взглянул прямо в глаза. Два чёрных омута словно высосали из мальчишки всю волю и он только кивнул.

– И да. – Хриплый низкий голос мага вдруг зазвучал глуше, и от него повеяло могильной холодцой. – Если ты кому-нибудь скажешь хоть слово, можешь не беспокоиться. Никто тебя никогда не найдёт. Даже на Изнанке.

Паренек судорожно закивал, хватая ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег.

Дмитрий молча кивнул и развернулся, собираясь уходить, когда его настиг звонкий голос:

– А под каким первым пролётом – справа или слева?

Дмитрий чуть не споткнулся, не веря своим ушам.

«Он что, настолько идиот?»

Огромным соблазном было ляпнуть «сбоку», но мало ли, что тогда ещё этот полудурок выкинет, поэтому он просто буркнул:
1 2 3 >>