Он возбуждал в ней неукротимое, яростное желание и вызывал дикую, ни с чем не сравнимую ненависть. Хотелось вцепиться в спадавшие на лоб волосы, впиться в его губы, а потом хорошенько приложить головой о каменную кладку забора. Что с ней такое? Откуда эти чувства?
– А ты не помнишь? – полные губы искривились в ядовитой усмешке.
– Это твой сон, и я оказалась здесь не по своей воле. Ты меня позвал! – вспыхнула она, сжимая руки в кулаки.
Большие глаза сощурились, будто мужчина о чем-то размышлял.
– Мой сон? – переспросил он.
– Ну не мой же! – фыркнула Сан, отводя взгляд. Ей хотелось сбежать, но в то же время выяснить, почему она второй раз попадает к этому психопату.
– Кем же ты стала?
– Кто я, не имеет значения. А вот кто ты такой и откуда меня знаешь? Что это за исторические зарисовки? – она раздраженно махнула рукой в сторону ханока, во дворе которого проходила свадебная церемония.
– Это мое прошлое, – мужчина сложил на груди руки и смотрел на Сан так, словно в чем-то подозревал. – Не пойму, ты делаешь вид или действительно ничего не помнишь?
– Что я должна помнить? – сердце пропустило удар. Неужели этот человек может пролить свет на ее прошлое?
– У меня нет желания рассказывать тебе все с сотворения мира. Убирайся вон, пока я еще держу себя в руках. Мертвецам не место среди живых, – повторил он и сделал угрожающий шаг вперед. Сан попятилась. Что за чушь он несет?
– Ты ненормальный психопат! И не смей больше втягивать меня в свои сны! – выкрикнула она и, не дожидаясь, пока он придушит ее, бросилась бежать.
«Пора возвращаться!» – как заклинание повторила она, завернула за угол улицы и подскочила на постели в своей спальне.
P.S. 2
Джисон набрал код и бешено дернул на себя дверь. Скинув кроссовки, протопал в комнату и остановился: Юрим сладко спал на диване. Услышав шум, друг заворочался и открыл один глаз. Всклокоченный, заспанный и опухший, он сейчас совсем не походил на айдола, под которого усиленно косил не один год.
– Ты уже вернулся? Который час?
– Почти полдень, – коротко бросил Джисон, сорвал с себя рубашку, пропахшую ее духами, снял джинсы и швырнул все в грязное белье. Если она хочет удалить все следы его пребывания в своем драгоценном доме, то он поступит точно так же!
Вернувшись в комнату, плюхнулся в кресло и посмотрел на друга.
– А ты почему здесь? Я думал, ты останешься у Хери на ночь.
– Я тоже так думал, – широко зевнул Юрим. – Но она выгнала меня сразу после секса.
«Ну и женщины сейчас пошли! Никакого уважения к мужчинам!» – фыркнул про себя Джисон.
– Похожая ситуация.
– Реально? – Юрим так удивился, что резко сел и выпучил опухшие глаза. – Не думал, что и с тобой такое может случиться.
Джисон неопределенно пожал плечами. Он сейчас не хотел обсуждать то, что произошло, даже с другом. Вообще было желание снова напиться и подцепить какую-нибудь одноразовую девчонку, чтобы стереть из памяти последние несколько часов. А ведь он думал, что все будет совсем не так! Как он удивился и обрадовался, когда Сан пригласила его к себе! Дурак!
– В целом мне пофигу, – еще раз зевнул Юрим и откинул одеяло, спуская ноги на пол. – Сначала она мне вообще не понравилась. Потом показалась интересной, а потом… Не знаю, зачем я купил вина и завел задушевные разговоры. Просто хотел…
Он развел руками, не зная, как объяснить свое поведение. Джисону еще в клубе показалась странной такая резкая смена настроения друга. У входа, когда он только увидел Хери, было очевидно, что она его совершенно не заинтересовала. А затем он изменился как по щелчку пальцев и прилип к ней, словно всю жизнь только и ждал встречи с такой девушкой. Джисон не узнавал обычно сдержанного и равнодушного ко всему друга, будто его околдовали. А может, так оно и было…
Юрим подошел к холодильнику и достал охлажденную воду.
– Больше не буду столько пить, – сказал он, выпив залпом пол-литровую бутылку.
– Ты каждый раз так говоришь, – хмыкнул Джисон.
Он все перебирал в уме детали разговора с Сан, пытаясь найти свой прокол. Все же было так классно, что он сделал не так? А может, она просто стала беспринципной стервой, которой плевать на чувства окружающих?
– Ну… работа обязывает, сам понимаешь. Это ты у нас элита и можешь позволить себе не пить, – хмыкнул Юрим. – У нас есть обезболивающее?
– Посмотри на верхней полке, по-моему, было.
Юрим копался в домашней аптечке и бубнил себе под нос:
– Блин, это ж надо было напороться на такую дамочку… О, нашел! – Он закинул таблетку в рот и шумно запил водой. – Когда мы пришли к ней домой, она обращалась со мной так, будто я мальчик по вызову. Такое себе чувство.
– Аналогично, – фыркнул Джисон, откинувшись на подголовник. Эйфория от встречи с Сан бесследно испарилась. Он чувствовал себя обманутым и использованным. Гадко.
– Не зря они дружат, два сапога пара, – поддакнул Юрим. – Мне стало так стремно, что даже спать с ней расхотелось. Сходил в магазин за вином, думал хоть поговорить, чтобы не было вот этого ощущения… – он защелкал пальцами, подбирая слова.
– Словно ты одноразовая подстилка. Или живая замена вибратору, – мрачно подсказал Джисон.
– Точно! И когда женщины успели стать такими? Все мои вопросы пропускала мимо ушей, все разговоры сводила к сексу и постоянно пыталась залезть ко мне в штаны.
Джисон вспомнил, как Сан набросилась на него у дверей, не дав сказать и слова. Тогда он подумал, что просто очень ей понравился, но утренний разговор быстро вернул его с небес на землю. Видимо, у нее давно не было мужчины, и на его месте с тем же успехом мог оказаться любой другой. Например, тот же Юрим.
Вот что делают с людьми деньги и современные нравы. Даже самых чутких и милых девушек превращают в хладнокровных, равнодушных потребительниц. Но, возможно, он чего-то не знает? Может, это защитная реакция? Так хотелось пробиться к ее сердцу сквозь это безразличие… Но Джисон даже не успел спросить ее номер и не мог придумать ни одного более-менее внятного предлога для встречи. Можно, конечно, подкараулить ее у дома, но тогда она решит, что он сталкер. Нужно сделать все естественно и не вызывая подозрений. Но как?
Глава 3
Шпилька в волосах
Сан несколько минут неподвижно сидела, глядя в противоположную стену, и пыталась обуздать сумасшедший вихрь эмоций, захлестывающий все внутри. Ужасно хотелось пить, но она не решалась встать с кровати, боясь, что ноги не удержат. Руки дрожали. На кухне тихо загудел холодильник, и она подпрыгнула на постели. В голове копошились иррациональные мысли: а вдруг псих из сна последовал за ней в реальность? Появилась зудящая потребность обследовать каждый угол квартиры, чтобы убедиться, что здесь никого больше нет.
Тело напряглось, она сделала над собой усилие и бесшумно опустила босые ступни на пол. Прислушиваясь к каждому шороху, осторожно прокралась на кухню, взяла нож и отправилась осматривать другие помещения. Каждую секунду боясь, что из-за угла выскочит ненормальный с безумными глазами, Сан обошла всю квартиру и облегченно вытерла пот со лба. Дом был пуст и по-прежнему надежен.
Убедившись в своей безопасности, она открыла холодильник и достала бутылку соджу. Сегодня только соджу, никаких лимонов. Налив полную рюмку, осушила ее залпом и громко поставила на столешницу. Нужно хорошенько обдумать все, что случилось.
Итак, что мы имеем. Какой-то неизвестный мужчина второй раз затягивает ее в свои сны. Он откуда-то знает Сан и относится к ней крайне враждебно. Почему? Он сказал, что эти сны – его прошлое. В смысле жизнь его прошлого воплощения? Или же он тоже бессмертный? Если это реинкарнация, то почему он все помнит? Хери говорила, что все воспоминания о прошлых жизнях блокируются при перерождении, и вытащить их можно только под мощным гипнозом или с помощью магии. И то получается это далеко не всегда, потому что они запечатаны слишком глубоко в подсознании.
Но даже если представить, что мужик помнит свою прошлую жизнь, то Сан-то тут при чем? Ее в его снах не было! Откуда такая ненависть? Девушка налила еще одну стопку, напряженно размышляя. Если психопат-незнакомец жил в эпоху Чосон, может ли быть, что он знал Сан еще тогда? Она замерла, пытаясь уловить ускользающие мысли. Она точно видела его впервые в жизни, значит, их возможное знакомство состоялось, когда еще Сан была обычным человеком. А о той части своего прошлого она ничего не помнила. Все, круг замкнулся.
Даже ночь, когда стала ловцом снов, она помнила очень смутно. Почему-то ее пугали эти воспоминания. Это был первый кошмар, в который она попала. Все, что осталось в памяти – ярко-алое пятно на белой блузке чогори, растрепанные волосы и безжизненно лежащая поверх красной юбки рука с бледным нефритовым кольцом на указательном пальце. Сан видела смерть какой-то девушки, и это до сих пор пугало ее до жути, хотя за триста лет она успела немало повидать как во сне, так и наяву. Тогда же к ней явился мужчина в длинном черном балахоне, закрыл ей глаза ладонью и сказал:
– Отныне ты станешь бессмертной и будешь лечить души людей, избавляя их от кошмаров. Повторяй за мной: «Все это только сон. Это никогда не повторится ни во сне, ни наяву. Ты перестанешь видеть кошмары и будешь спать спокойно».
Кем был тот человек, она не знала. Но когда рассказывала об этом Хери, та хмурилась и качала головой: