– Поэтому в религиозных трактатах везде написано имя короля? Религия – одна из верёвочек, за которую он дёргает, чтобы управлять миром. Жрецы – марионетки богачей.
– Я не марионетка! У меня есть магия. Скоро я получу жезл и спасу Сноуколд!
– Ты недостоин выступать против сильнейших магов. Ты – мальчик без семьи и дома. Безродный скиталец, обманутый и отвергнутый.
– Я мессия. Я заберу, что должен мне мир! Отойди!
Высший жрец махнул рукой на Завада. Тот рассеялся, издав протяжный стон. Кастор продолжил путь, осознавая, что в Тайлосе страхи обретают плоть и ждут момента, чтобы утянуть в пучину самобичевания и тоски.
Шератан шёл по извилистому коридору. Каменные стены с символикой Нави давили. Звон шагов усиливался. Маятник раскачивался на потолке, ускоряя течение времени.
Кастор выскочил из-за угла, чуть не сбив оборотня. Глаза его отливали красным. Сбившееся дыхание холодило кожу.
– У тебя должно быть испытание в иной части Тайлоса, – угрюмо молвил проповедник. – Чего молчишь как неживой?
Высший жрец не ответил. Шератан разозлился, резко потянул его на себя и увидел рану на груди Кастора.
– Что с тобой? – оторопел проповедник. – Скажи во имя Нави!
– Я победил чудовище, охраняющее выход из Тайлоса, – чужим голосом произнёс Высший жрец. – Но оно ранило меня. Помоги! Выход скоро закроется.
Шератан пристально посмотрел в конец коридора. Из нежно-голубых вихрей сформировался портал. Магия растеклась по Тайлосу, лишая энергии, способной перенести в пустошь.
– Почему портал закрывается сейчас? – заволновался проповедник, тряся Кастора. – Мы ещё не прошли испытания!
– Если не уйдём, останемся здесь навсегда, – сказал Высший жрец.
Шератан подставил ему плечо и грубо потащил к выходу. Он боялся навечно застрять в Тайлосе, потому стоны собрата его не волновали. Проповедник торопился, почти бежал, но портал отдалялся с каждым шагом.
– Есть другой выход? – пропыхтел Шератан.
– Нет, – ответил Кастор.
Проповедник отстранил его, не понимая, как поступить. Сгинуть вместе с ним и не предать идеалы Нави или выбраться, забрать жезл и никому не говорить, что смалодушничал.
– Слушай, брат, – неуверенно пробасил Шератан. – Ты тяжело ранен. Даже если мы покинем Тайлос, мне тебя не спасти. Нас ждёт Красная пустошь и долгий путь в обитель. Ты его не выдержишь. Поймёшь, если я пойду один?
– Брат… – простонал Высший жрец.
– Прости, – буркнул проповедник.
Подобрав полы мантии, он побежал в конец коридора. Не оглядывался, хотя совесть требовала вернуться и помочь собрату. Шератан прыгнул в портал, в душе ожидая наказания за нарушение религиозной заповеди. Отрицательная энергия окрасила магические потоки в чёрный. Раздалась вспышка, и проповедник оказался на красном песке.
– Слава Создателю! – выдохнул он.
К нему подбежали Коготь, Клык и Ликея.
– Вас с Кастором долго не было, – протараторила оборотниха. – Мы решили узнать, не случилось ли дурного. Понимаю, время в Тайлосе течёт быстрее, однако… Что у тебя на лбу?
– Не понял, – пробасил Шератан.
– Написано «предатель», – прочитал Клык.
Проповедник провёл рукою по лбу и ощутил порезы в виде букв. Они жгли, но не кровоточили. Рот его открылся в изумлении. Глаза испуганно заметались по пустоши.
Кастор прошёл рощу и попал на болото. Зелёные камыши, трава и небо сливались. Комары жужжали то ли на кочках, то ли на облаке. Лягушки квакали со всех сторон.
– Чудеса! – восхитился Высший жрец. – Деревья на небе растут… или я перепутал? Рябит в глазах… Ладно. Создатель поможет. Я нужен ему, чтобы спасти мир.
От крика Шератана на болоте пошла рябь. Кастор обернулся и перед ним предстала занятная картина. Соперник тонул, пуская из носа зелёные пузыри, и звал на помощь.
Высший жрец поколебался, борясь с соблазном оставить его, но в конце концов бросился спасать. Схватить палку и потянуть проповеднику не получилось. Руки прошли сквозь неё. Кастор выругался, нашёл устойчивую кочку и лёг.
– Хватайся! – подал он руку Шератану.
– Угу, – проповедник подплыл ближе.
– Не могу вытянуть, – вздохнул Высший жрец. – Ты тащишь меня за собой.
– Не отпускай! – взмолился Шератан.
– Не бойся, – прошептал Кастор. – Создатель не даст нам умереть. Я избранный. Забыл? Он меня не бросит.
– Погибнешь, – пугал проповедник.
Высший жрец покачал головой, уверенный в собственной важности. Он представил, как Создатель спасает его. Магия Тайлоса материлизовала мысли. Положительная энергетика превратилась в тёплое облако и вытянула Кастора и Шератана из болота. Вспышка окрасила пространство в белый. Высший жрец зажмурился и оказался на красном песке.
Собратья окружили его. Проповедник прикрыл на лбу надпись «предатель» и опустил взгляд.
– Ты цел? – подскочил к нему Кастор. – На тебе нет тины, хотя я вытаскивал тебя из болота. Удивительно!
– Какое болото? – нахмурился Шератан. – Я не тонул! Как ты выжил?
– Я не погибал, – заявил Высший жрец. – Полагаю, Тайлос проверял, спасём ли мы друг друга. Первые навьяны умны. Придумали испытание по заповеди о помощи и доброте.
– Я думал, будет проверка на верность Создателю, – пробурчал проповедник. – На знание религии…
– Почему у тебя на лбу слово «предатель»? – поинтересовался Кастор. – Ты не спас иллюзию в виде меня?
– Злые духи вырезали надпись, – проворчал Шератан. – Ты ни при чём. Уходим. Пустошь проклята.
– Жезл кому достаётся? – насупился Высший жрец.
– Бери себе! – рявкнул проповедник. – Мне он не нужен.
Кастор вытаращил глаза. Шератан зашагал в сторону обители. Высший жрец кинулся с расспросами на Когтя, Клыка и Ликею. Они озадаченно пожали плечами.
Проповедник, сильный и опасный в обличье волка, теперь напоминал пса, попавшего под проливной дождь. Он шёл понуро впереди собратьев, обвиняя себя в малодушии. Шератан не ведал, что сказать им. Религия твердила одно, жизнь – другое.