– Отойдите! – воскликнула она. – Я приказываю!
Воины не пошевелились. Матильда похвалила их и наполнила кубок вином, с интересом глядя на арену. Принцесса, видя невозможность повлиять на оборотней, воззвала к эльфу:
– Лавриаль, откажись от боя! Скажи, что сдаёшься! Скажи!
Эльф молчал. Гордость не давала сдаться. Он видел бледную дрожащую Янину слипающимися от крови глазами. Однако не пожалел ни её, ни себя.
Фрейлины оттащили принцессу от арены и усадили в ложе для зрителей. Давясь рыданиями, она обратилась к Матильде, прося отменить бой. Правительнице оборотней Лавриаль нужен был живым. Но нарушать традицию и вмешиваться в поединок она не хотела.
Толпа взревела. Эльф стиснул зубы и сумел скинуть оборотня. От неожиданности Конан пропустил три удара в лицо. Однако быстро оправился и ударил Лавриаля в висок. Эльф упал и попросил пощады. Но оборотень продолжил наносить удары. Последним, что прошептал Лавриаль, проваливаясь в забытье, были просьба пощадить и мелодичное мужское имя.
Конана захватила ярость. Он стал сильнее избивать бессознательное тело, наслаждаясь видом крови, вытекающей из разбитых губ, носа и глаз. Зрители зашептались о необходимости завершить поединок.
– Лорд Граффиас, бой окончен! – воскликнула Матильда. – Покиньте арену.
– Ещё чего! – озверел Конан.
– Это приказ.
– Плевать!
Рольф встал с ложа и взошёл на арену. Не сказав ни слова, он взял родственника за шкирку и отшвырнул в угол.
– Хватит вмешиваться в чужие дела! – взревел Конан.
– Бой окончен, – спокойно уведомил Рольф.
– Он закончится, когда от эльфа останется кровавое месиво! Я так сказал! Я!
– Лорд Снэик попросил пощады.
– Кулачный бой – бой на смерть! То, что эльфийская тряпка сдалась, ничего не меняет. Я закончу начатое и выдавлю остроухому глаза, которыми он пялился на мою жену! Если оборотни дерутся, они убивают. Ты мне не помешаешь!
– В таком случае, я вызываю тебя, – сказал Рольф и бросил на землю кожаную перчатку. – Как ты хотел, бой продолжается! Только на этот раз твой соперник не эльф, не умеющий драться, а я.
– Шакал, – прорычал Конан и набросился на родственника. – Я научу тебя уважать старших, паршивый щенок.
Рольф ловко увернулся и повалил родственника на землю. Конан, пыхтя, попробовал подняться, но Рольф скрутил его.
– Успокойся или я тебя вырублю, – предупредил он. – От тебя вином разит. Ты должен протрезветь.
– Не дорос ещё, чтобы мне приказывать! – вырывался Конан.
Рольф, желая поразвлечься, отпустил родственника. Когда тот напал, он ударил его в грудь кулаком. Старший оборотень повалился, как набитое соломой чучело, и скрючился в углу арены.
Прогудел рог. Кулачный бой закончился. Подданные встали и захлопали. Послышались крики: «Да здравствует лорд Рольф!» Подданные искренне радовались. Ведь любили Рольфа больше, чем Конана, прославившегося ленью и обжорством.
Стражники положили Лавриаля на бамбуковые носилки и отнесли в лечебницу. Служанки обступили Конана и залили ему в рот зелье, приводящее в чувство. Оборотень поднялся, опираясь на четырёх подданных, и грязно выругался. Рольф не повредил его тело, но растерзал гордость и разжёг жажду мести.
– Ещё свидимся, – шепнул он родственнику.
– Конечно, – согласился Рольф. – Мы ведь в одном замке живём.
Конан не нашёл, что сказать. Хромая, он побрёл в Наккар. Оцепенение спало с Янины. Она встала с ложа и подошла к Рольфу, чувствуя болезненную слабость.
– Спасибо, – пробормотала принцесса. – Ты спас Лавриалю жизнь.
– Не за что, – ответил Рольф и, развернувшись, ушёл.
Янина застыла, точно превратилась в безжизненный сосуд. Покрасневшими глазами она смотрела, как убирают столы и подметают. Принцесса благодарила Четыре Стихии, что они даровали жизнь эльфу.
Глава 18
Двойной обман
Через портал путники попали в город-кладбище. Серые прозрачные скалы доходили до чёрного неба, освещённого красной звездой. В них стояли покрытые паутиной кровати, на которых лежали покойники. Одни старые, от них остались лишь кости. Другие – молодые, их кости покрывало мясо.
– Хейтс страшнее, чем я думала, – проговорила Астрид.
– Его не существует, – сказала Беатриса. – Город-кладбище придумали демоны, чтобы запугивать путников вроде нас. Настоящие мертвецы находятся в склепах или могилах. Здесь лежат иллюзии, похожие на них. В атмосфере Хейтса есть частички души покойников. Они малы, но благодаря ним он кажется реальным.
– Ясно, – кивнула леди Мейрак. – Мёртвая оболочка души покойного пребывает в городе-кладбище, высшая возносится в небеса, тело же лежит в усыпальнице Верхнего мира. Иллюзии мертвецов не навредят нам?
– Нет, а демоны попытаются, – ответила ведьма. – Они создали Хейтс, основываясь на страхе смерти жителей Верхнего Сноуколда. Мы на их территории. Демоны сделают всё, чтобы защитить сердце мира.
Искра тихо зарычала.
– Смотрите, это Зигфрид Колд! – Астрид указала на покойного, который лежал на высокой голубой кровати с прозрачным балдахином. Остроконечная корона сверкала на черепе. Серебряный камзол, покрытый сетью паутины, проваливался в отверстия между костями.
– Не вижу рядом с ним Селены Снэик, – огляделась Беатриса.
– Может, демоны не успели наколдовать её образ? – предположила леди Мейрак.
– Отсутствие королевы среди мёртвых меня настораживает, – прошептала ведьма.
– Не вижу ничего удивительного, – развела руками Астрид. – Её тело не нашли. Вероятно, демоны не знают, как она выглядит.
– Они знают всё, – возразила Беатриса. – Даже лучше нас. Мертва ли мать Вальтэриана? Слухи о ней до сих пор ходят на севере и востоке.
– Мне нет до них дела, – зевнула леди Мейрак. – Я стану следующей королевой. Нужно скорее найти сердце мира, чтобы я не заняла место среди мертвецов Хейтса.
– Доротэи я тоже не вижу, – присмотрелась к покойникам Беатриса. – Странно. Моя сестра ведь умерла или…
– Идём, – поторопила Астрид. – Видно, кладбище не доработано.
Ведьма последовала за ней. Мысли об отсутствии двух мертвецов не отпускали её. Она хотела узнать причину недоработки иллюзорного города мёртвых, но времени не было.
Путники обошли две прозрачные скалы, забитые покойниками, и оказались в середине Хейтса. За высокими горами скрывался хрустальный павильон, ограждённый забором из лунного камня. Над ним кружили призраки. От воя их мурашки ползли по коже.