1 2 3 4 5 ... 12 >>

Виталий Дмитриевич Гладкий
Зверь по имени Кот

Зверь по имени Кот
Виталий Дмитриевич Гладкий

Его зовут Тит. Это единственное, что он знает о себе точно. Остальное стерто из памяти.

Кто он? Откуда?

У него почти нет шансов ответить на эти вопросы. Ведь тот, кто его преследует, знает: он очень опасен. И вряд ли оставит его в живых…

Виталий Гладкий

Зверь по имени Кот

Глава 1

Тинг

По обочине скверно заасфальтированной дороги в сторону уже виднеющегося на горизонте города шел (вернее, брел) худощавый мужчина в изрядно помятой, но чистой хлопчатобумажной робе синего цвета. Серые глаза путника пугали полной неподвижностью: он смотрел, почти не мигая. Его аскетическое лицо казалось совершенно бесстрастным, а движения были замедленными и немного неуклюжими – как у заводной механической куклы. Создавалось впечатление, что если хорошо прислушаться, то можно услышать, как внутри у мужчины поскрипывают несмазанные шарниры.

Мужчина был далеко не стар, но его короткие темно-русые волосы уже окропила седина, а морщины, изрезавшие лоб глубокими бороздами, подсказывали проницательному наблюдателю, что ему довелось много страдать, и что жизненный путь мужчины был извилист и тернист.

Подтверждением этому выводу служили два шрама. Первый (не очень заметный) на правом виске – светлая полоска на фоне волос, будто по виску чиркнули наждачным кругом. И второй – рваный – на лбу. Наверное, хирург, который зашивал рану, был слабо квалифицированным или отнесся к своей работе небрежно.

Мужчина шел, глядя прямо перед собой и совершенно не обращая внимания на редкие машины, проезжающие мимо. Впрочем, их было немного: дорога не основная, практически проселочная, поэтому движение по ней слабое.

Какой-то чересчур сердобольный водитель маршрутного такси решительно притормозил возле мужчины, надеясь, что тот воспользуется оказией, но путник даже не посмотрел в его сторону. Недовольно фыркнув и пробормотав под нос «Блин!..», шофер надавил на педаль газа сильнее, чем следовало, и шины «Газели» прошлифовали асфальт, оставив в знойном воздухе запах горелой резины.

Маршрутка умчалась, и некоторое время шоссе оставалось пустынным, пока на горизонте не появилась милицейская «Лада» девятой модели с мигалками на крыше. Наверное, сидевшим в машине сотрудникам ДПС мужчина показался подозрительным, потому что «девятка» съехала на обочину, преградив путнику дорогу.

– Эй, гражданин, остановитесь! – приказал старший сержант, вылезая из кабины.

Мужчина послушно исполнил приказание. Он стоял перед сержантом едва не навытяжку: руки по швам, подбородок поднят, а в глазах пустота и безразличие – как у видавшего виды бойца, которому все равно, что наступать, что отступать, лишь бы команда была, на поясе – подсумок с полным боекомплектом, а в вещмешке – сухой паек.

– Предъявите документы! – потребовал сержант.

Похоже, вполне мирный с виду путник вызвал в нем некие, скорее всего неосознанные, опасения, потому что сержант вплотную к нему не подошел и держался насторожено, следя за каждым его движением.

– Документы? – с недоумением переспросил мужчина. – Я не понимаю…

– А что тут непонятного? Паспорт, удостоверение какое-нибудь… на худой конец справка, или что там у вас есть.

Упоминание справки наводило на однозначную мысль: сержант уже почти уверился, что перед ним бывший зэк, который совсем недавно вышел на свободу.

– Нет у меня… ничего нет… – Мужчина виновато потупился.

– То есть, как это – нет?! – возмутился сержант. – Почему – нет?

Впрочем, его возмущение несколько наигранно. Редко кто из законопослушных граждан, проживающих в провинциальном городе, где служил сержант, носил в кармане паспорт или какое-нибудь другое удостоверение личности – чай, не Москва. И это ему было хорошо известно. Но сержант, не будучи новичком в дорожно-постовой службе, привык доверять интуиции. Мужчина был НЕ ТАКОЙ как все.

Его нельзя было назвать бомжем, но и на работягу он не смахивал. Однако крепкие жилистые руки мужчины подсказывали искушенному наблюдателю, что им хорошо знаком физический труд. Этот вывод подтверждала и крепкая, худощавая фигура путника – на его теле нельзя было найти ни единого грамма лишнего жира.

«Точно, бывший зэк…» – совсем уверился в своей правоте сержант и почувствовал себя гораздо раскованней. Он вдруг вырос в собственных глазах до начальственного размера, и в его голосе прорезались нотки барского превосходства, совсем не свойственные менту столь ничтожно низкого звания.

– Ну… не знаю, – тихо ответил мужчина. – Не помню… ничего не помню! – Последнюю фразу он произнес с надрывом.

– Что, и фамилию не помните?!

– И фамилию…

– Гражданин по фамилии Никто, и звать его Никак… – Сержант хищно ухмыльнулся. – Знакомая ситуация…

– Меня зовут… – Мужчина на какой-то миг запнулся, будто сомневаясь, стоит ли раскрывать перед сержантом свое инкогнито; но затем все-таки продолжил: – Меня зовут Тинг.

– Чево?! – удивился сержант. – Ну-ка, повтори.

– Тинг, – не очень уверенно повторил мужчина.

– Это не имя, а кликуха, парень, – недобро оскалился сержант. – Ты мне тут зубы не заговаривай, – перешел он на «ты». – В какой зоне сидел?

– В зоне?.. – На темном, будто высеченном из гранита лице мужчины появилось недоуменное выражение. – Что такое зона?

– Слушай, ты!.. – рассердился сержант. – Кончай дуру гнать! Иначе пожалеешь.

– Что там, Серега? – подал голос его напарник, младший сержант, который сидел за рулем.

Нужно было отдать должное младшему сержанту: несмотря на вполне мирный вид мужчины, он не расслабился ни на миг – сидел в салоне «Лады», держа автомат под рукой, чтобы можно было применить оружие в любой момент. Наверное, его совсем недавно приняли в ДПС, а потому он все еще наблюдал окружающий мир в двух тонах – белом и черном. Как и положено по служебной инструкции.

– Наш клиент, – уверенно ответил старший сержант. – Руки на капот! – скомандовал он внезапно затвердевшим голосом и достал пистолет. – Ноги поставь шире! – Сержант подтолкнул Тинга в спину и тот послушно исполнил приказание.

Сержант быстро и сноровисто обыскал Тинга, и на его курносом конопатом лице явственно проступило разочарование – карманы мужчины оказались пусты. В них не было даже клочка бумажки.

– Где взял эти шмотки? – спросил он недовольным голосом.

Недовольство старшего сержанта имело веское основание: время патрулирования подошло к концу, а они с напарником даже не смогли насшибать денежек хотя бы на пару бутылок пива. Сегодня им почему-то попадались одни бомжи, у которых за душой ни гроша.

– Мне дали… – ответил Тинг, хмуря густые брови.

– Кто дал?

– Не знаю…

– Ты опять за свое?! – взвился сержант. – Ну и наглый тип… Все, баста! Надоело! Не хочешь здесь колоться, в дежурной части тебя поставят на рога. Там ты вспомнишь даже имя своей прабабки. Садись в машину, клиент. Покатаемся.

– Зачем в машину? – Тинг резко развернулся. – Я не хочу в машину!

На его неподвижной физиономии, напоминавшей маску, что-то изменилось. В глазах появились опасные огоньки, черты лица заострились, и оно приобрело хищное выражение. Пораженный такой внезапной метаморфозой, сержант быстро сделал два шага назад и нацелил пистолет прямо в грудь Тинга.

– Но-но, не балуй! – прикрикнул он начальственным тоном. – Иначе получишь свинцовую примочку. Ты арестован. Давай без глупостей. Садись, мне тут недосуг разводить с тобой базар-вокзал.

Мужчина даже не шелохнулся. Набычившись, он молча смотрел на сержанта нехорошим взглядом, и тот неожиданно почувствовал, как рука с пистолетом начала неметь. Это было странное ощущение. Пальцы вдруг налились свинцовой тяжестью и стали совсем непослушными, а вся рука до плеча словно превратилась в холодный камень.
1 2 3 4 5 ... 12 >>