«Спокойно, Злата, возьми себя в руки».
– Если и известно – мне не сказали. Но… попытаюсь выяснить.
Я снова посмотрела на пустой флакончик. К сожалению, воды с Валиной кровью в нем не осталось. Ничего другого у меня нет. Значит, придется наведаться в морг.
Я невольно поежилась, представив последствия визита. Ненавижу посещать подобные места. В них накапливается слишком много негатива: остатки чужой боли, страха, отчаяния. Все, что когда-либо чувствовали люди, опознающие и забирающие тела родных и близких, обрушится на мою несчастную голову. Приятного мало.
И почему придется? Я не обязана этого делать. Меня никто не просил, в конце концов!
В памяти зашелестела листвой огромная роскошная ива, росшая за нашим домом много лет назад. Именно под ней обнаружили тело одной из жертв отца – молодой женщины с длинными светлыми волосами. Я, девятилетняя, тогда забралась на окно и целых две минуты, пока бабушка не прогнала, завороженно наблюдала, как ее извлекают из раскопанной ямы. Некогда белокурые волосы забились землей и казались серыми. Но желтое платье покрывали яркие темно-бурые пятна, даже пыль и грязь оказались бессильны изменить цвет крови…
Увы, в морг идти все же придется. Шестнадцать лет назад я ничего не могла сделать, а сейчас могу хотя бы попробовать. Конечно, Валю уже не вернешь, но зверя нужно остановить!
* * *
Еще меньше, чем посещение морга, меня вдохновляла перспектива новой встречи со старшим лейтенантом Громовым. Увы, ее точно было не избежать. Во?первых, в морг без соответствующего разрешения меня просто никто не пустит, а во?вторых, в глубине души я надеялась, что убийцу уже поймали.
В крохотном и тесном полицейском отделении Лесогорска меня встретил пожилой мужчина в униформе. Он явно был моложе бабушки, но выглядел намного старше своего возраста. Представившись капитаном Синицыным, он поинтересовался целью моего визита.
Я с самым честным видом сообщила, что меня вызвал Громов по делу Валентины Смирновой. Это не было выдумкой, лейтенант ведь обещал, что мы еще встретимся.
Услышав имя коллеги, Синицын презрительно поморщился (видимо, не только у меня тот не вызывал теплых чувств) и объяснил, как найти нужный кабинет.
Узенький тесный коридор вызвал в памяти чьи-то сетования о том, что на весь Лесогорск приходится одно отделение полиции, в котором трудятся всего шесть человек! Учитывая, что в поселке, являющемся к тому же районным центром, проживают двадцать тысяч человек, – жалобы вполне обоснованны.
Кабинет Громова был последним по коридору. Я постучала в серую с облупившейся краской дверь без таблички и вошла, не дожидаясь ответа.
Старший лейтенант был не один. Напротив его стола сидел бледный поникший парень.
Я с трудом узнала в нем звезду местных дискотек – Руслана Василенко.
Громов на мое появление отреагировал быстрым, едва заметным движением бровей, а Руслан вообще не обратил внимания. На его лице застыло странное отсутствующее выражение, а блуждающий взгляд выдавал неадекватность хозяина.
Что с ним такое? Неужели Валя для него так много значила?
– Какие люди! – хмыкнул Громов. – Не ожидал увидеть вас так скоро, Злата Романовна. Чем обязан? Подумали над моим предложением?
– Пыталась – не получается. Неизвестность мешает думать. – Я покосилась в сторону Руслана. Он по-прежнему никак не реагировал на мое присутствие. – Что с ним?
Громов откинулся в кресле, скрестив руки на груди.
– Алкогольное опьянение, возможно, наркотики. Результаты анализов еще не готовы.
Я снова перевела взгляд на бледного заторможенного парня. Теперь понятно, почему он похож на свою тень.
– Он что-нибудь знает о том, что случилось с Валей?
Громов усмехнулся и покачал головой, заявив:
– Нет, Злата Романовна, так мы точно не договоримся. Отвечать на ваши вопросы я буду, только когда вы ответите на мой, причем утвердительно.
– Он нас слышит? – Я кивнула в сторону Руслана.
– Это тоже вопрос.
Вот ведь… Я картинно вздохнула:
– Просто не хотелось бы обсуждать… э… формы нашего возможного сотрудничества в присутствии посторонних.
– Вы застали меня врасплох. Сейчас я немного занят. – Громов кивнул в сторону Руслана. – Хотел поболтать с парнем, пока тот не оклемался и не привел адвоката.
– Адвоката? – Я подошла ближе и осторожно тронула певца за плечо. – Руслан, привет, это Злата. Ты меня слышишь?
Парень поднял на меня мутные глаза, видимо, рефлекторно отреагировав на звук, но взгляд оставался пустым и отсутствующим. Его тело мелко дрожало под моей ладонью. Никаких зрительных образов, никаких эмоциональных всплесков – никакой информации от этого контакта я не получила. Так бывает, когда сознание человека отравлено наркотическим дурманом. Даже мне сквозь него не пробиться. Точнее, пробиться можно, вот только отличить реальные переживания от образов, порожденных опьянением, вряд ли удастся.
– Вы и с ним знакомы, – с непонятным мне удовлетворением отметил Громов.
– Лесогорск – маленький поселок, Денис Владиленович. Так зачем Руслану адвокат?
– Он последний, кто общался с живой Валентиной Смирновой. Свидетели видели их вместе прошлой ночью. И, по их словам, он уже тогда был неадекватен.
– А что еще они видели?
Громов продолжал ухмыляться.
– Увы, как он ее душил, они не припомнят, но прошлой ночью было очень темно.
Мне стало не по себе. Да ведь этот оборотень в погонах уже все решил! А если так – Руслану не отвертеться.
Я перевела взгляд на парня. Мог ли он задушить девушку? Не знаю, и пока он в таком состоянии – узнать не смогу.
– Вернемся, так сказать, к нашим баранам, Злата. – Меня неприятно удивила его фамильярность. Вот, я уже и просто Злата, глядишь, к концу фразы мы и на «ты» перейдем. – Вам повезло, что последним с погибшей видели именно его.
Громов встал из-за стола и, небрежно ткнув пальцем в Руслана, словно в неодушевленный предмет, медленно подошел ко мне.
– Иначе вы тоже оказались бы в числе главных подозреваемых.
– Каким образом?
– Сосед слышал, как вы ссорились. Девушка обвинила вас в шарлатанстве.
– За это не убивают. – Не то чтобы я так думала, скорее хотела верить.
Громов нетерпеливо отмахнулся.
– Поверьте, убивают и за меньшее. У вас есть алиби на прошлую ночь? – Голубые глаза насмешливо блеснули: – Видимо, нет. Расслабьтесь, Злата. Это просто пример. Вам нечего бояться, особенно если мы договоримся. Мое покровительство даст вам много преимуществ, а взамен я прошу лишь шестьсот долларов в месяц. Делаю скидку на провинциальность, в Москве я имел с этого гораздо больше.
Я медленно кивнула. В памяти замелькали недавно увиденные неприятные картинки с участием Громова.