<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 >>

Владимир Владимирович Алешин
Физ-культура? Физкульт-ура?

Интересна дальнейшая судьба стадиона. Стоит подробней остановиться на этом, поскольку здесь напрашиваются аналогии с нашими «Лужниками» – ведь ни для кого не секрет, что кроме всех прочих планов есть и план сноса нашего спортивного ансамбля.

Так вот, вскоре после Олимпиады «Парк де Пренс» (в переводе – «Парк Принцев», ибо в местах, где он расположен, в Булонском лесу, любили совершать прогулки члены королевской фамилии) стал ключевым местом в проведении престижнейшей велогонки мира – Тур де Франс. На газоне этого стадиона начала проводить игры сборная этой страны по футболу. Когда Франция готовилась принимать летние Олимпийские игры 1924 года, «Парк де Пренс» был основательно реконструирован, значительно увеличилась его вместимость (хотя, заметим, главной ареной тех Игр стал другой стадион Парижа – «Стад Олимпик Ив-дю-Маноир»). Здесь играли матчи чемпионата мира по футболу 1938 года, финал Латинского Кубка (проходил такой между федерациями Франции, Испании, Италии и Португалии), разыгрывался первый Кубок Европейских Чемпионов и первый в истории Европы континентальный чемпионат между национальными сборными. Тогда в далёком уже 1960 году на «Парк де Пренс» в финальном поединке встретились сборные СССР и Югославии. Мы одержали победу – 2:1.

С «Парк де Пренс» велась первая прямая телетрансляция, здесь было установлено первое искусственное освещение игрового поля (186 прожекторов), и отныне футбольные встречи могли проходить по вечерам, после рабочего дня, что было крайне выгодно для зрителей и стадионной бухгалтерии… Словом, в истории Парижа и страны стадион занял свое высокое место: важная его роль в жизни государства ценилась по достоинству.

Но тут появилась острая необходимость строить вокруг столицы кольцевую дорогу. И как ни ломали головы проектировщики, единственным приемлемым вариантом оказался тот, на котором будущая автотрасса должна была пересечь «Парк де Пренс» – гордость парижан. Ни общественность, ни политики этого не хотели, в средствах массовой информации устроили общественное обсуждение вызревший проблемы, и оно еще раз подтвердило: да, дорога нужна, да, иным маршрутом её не проложить, но нужен и стадион с такой неповторимой историей…

Что получилось в итоге? «Парк де Пренс» остался на прежнем месте, правда, его основательно перестроили, поставили двухъярусные трибуны, крышу, увеличили общую вместимость зрителей… И дорога прошла там, где и должна была проходить. Участок многополосного шоссе был взят в тоннель, «упрятан» под землю, а стадион оказался над ним. Первый футбольный матч на обновленном стадионе, а вместе с ним официальное открытие его состоялось в 1972 году. Об этом, конечно, можно было бы и не упоминать, если бы не то обстоятельство, что на «Парк де Пренс» сошлись олимпийские сборные (это была отборочная игра на мюнхенскую Олимпиаду) Франции и СССР. Мы тогда победили со счетом 3:1, два гола забил Олег Блохин.

Футбольное поле здесь сейчас является домашней ареной знаменитого клуба ПСЖ.

Вывод сказанному один: любую проблему можно решить, если есть на то воля и желание.

Чтобы еще раз убедиться в этом, вернемся в прошлое, на сей раз в годы, предшествующие Олимпиаде-1908.

Как уже было сказано выше, её должен был принять Лондон, времени на качественную подготовку из-за перенесения Игр не хватало, как не хватало и средств, не было даже стадиона, на котором проходили бы основные соревнования. Но организаторы Игр нашли общий язык с руководителями Франко-Британской выставки, и Дирекция её срочно занялась строительством спорткомплекса в обмен на 75 процентов доходов от билетов, которые могли быть раскуплены зрителями. Чувствуете интригу данного шага? Руководители выставки, по сути, коммерсанты, были теперь сами заинтересованы в том, чтобы «Уайт Сити» – так назвали стадион – не пустовал, чтоб были заполнены его трибуны. А трибуны оказались вместительными, рассчитанными почти на 100 тысяч посетителей. На «Уайт Сити» разместились плавательный бассейн длиной 100 метров и шириной 15 метров, арена для соревнований по борьбе, проходили соревнования по велоспорту. Для этого вокруг гаревой дорожки длиной в треть мили проложили цементную.

Общая стоимость строительства стадиона составила 220 тысяч фунтов стерлингов, огромные по тем временам деньги, но расходы, как показало время, окупили себя.

Однако суть не только ведь в деньгах. Мир наконец начал осознавать значение Олимпийских игр. На спортивных площадках, оказывается, даже малая страна может заявить о себе, отблеск медалей чемпионов прекрасно высвечивает и державу, пославшую их на соревнования планетарного уровня, успехи атлетов приносят властям политические дивиденды, средства, которые представители страны-организатора Олимпиады вкладывают в строительство спортивных объектов и инфраструктуру города, возвращаются с лихвой…

Появилась очередь государств, желавших принимать Олимпиаду у себя. Уверенно росло число стран-участниц Игр. (Исключение – Сент-Луис, где Олимпиаду можно назвать чемпионатом Америки. В ней приняло участие чуть более 650 человек, и лишь 52 спортсмена из этого числа представляли не США).

В Стокгольм, на Игры V Олимпиады, впервые приехали представители всех пяти континентов Земли – в общей сложности спортсмены 29 стран. Были среди них и посланцы России.

Глава вторая

Забытые слова Кубертена

Проигрыш по полной программе

По уровню организации стокгольмские Игры получились примерно такими, какими их и хотел видеть Пьер де Кубертен. Ни к какому мероприятию они не были привязаны. Проходили в относительно сжатые сроки (не как раньше – по полгода) и по заранее намеченному графику. В церемонии открытия и закрытия Игр участвовали первые лица государства-организатора. Победители (их называли олимпиониками) получали медали действительно из чистого золота.

Кроме медалей, в качестве наград вручались также и переходящие призы, что вовлекало в сферу олимпийского движения новые города, государства. Так, лучшего гимнаста удостаивали призом города Праги, лучшего фехтовальщика на саблях – призом города Будапешта, пятиборца – призом шведского короля, десятиборца – призом российского императора…

Российская империя в шведских Играх решила принять самое полновесное участие. Перед Олимпиадой у нас был создан Российский Олимпийский Комитет, он получил моральную и материальную поддержку со стороны правительства, олимпийская команда в составе 169 человек готовилась выступить почти во всех видах соревнований и рассчитывала на успех. Вот что написано в обращении НОК к спортивным организациям России:

«В первых трех Олимпийских играх российские спортсмены не участвовали. Только в 1908 году на IV Олимпиаду в Лондоне были командированы некоторыми обществами в первый раз представители России. Из пяти участников один вернулся с первым призом, двое – со вторым. Этот факт, а также то обстоятельство, что российские любители – атлеты, борцы, конькобежцы, гребцы, стрелки, футболисты и другие – нередко одерживали победы над знаменитостями в России и за рубежом, позволяют быть уверенными, что при правильной организации Россия может показать себя на Олимпийских играх с лучшей стороны».

Но правильной организации, видно, не было. Так, в самом популярном и значимом разделе Игр – легкой атлетике из 47 российских спортсменов никто не завоевал ни одного призового места. Для сравнения: Финляндия, входившая в то время в состав Российской империи, но выступавшая отдельной командой, получила 6 золотых, 4 серебряных и 3 бронзовые медали. Не больно отличились мы и в других видах олимпийской программы: командное серебро в стрельбе из дуэльных пистолетов, серебро в академической гребле, бронза в гонке яхт и в одной из борцовских категорий.

Причину неудач озвучили быстро. Как это случается и ныне, тогда в первую очередь сослались на нехватку опыта. Это, конечно, тоже имело значение. Но не главное. Были и другие причины. Например, та, что в России начала прошлого века спорт являлся привилегией избранных, активным видом отдыха для них. Только здесь надо сделать уточнение. Были виды спорта элитные, престижные, как, допустим, стрельба из дуэльных пистолетов, или фигурное катание (наш первый олимпийский чемпион Николай Панин-Коломенкин – сын директора крупного завода, вполне обеспеченный человек), или гонки яхт (бронзовый призер таких гонок Александр Вышнеградский – владелец яхты)… И были, так сказать, не по чину, не по статусу. К таким относились многие легкоатлетические дисциплины и игровые виды спорта. Даже футбол. Потому Петр Москвин, легенда российского спорта, будучи далеко не рядовым служащим Русского торгово-промышленного банка, выступал за одну из команд Санкт-Петербурга под псевдонимом П. Морин.

В общем, в Российской империи того периода не было вразумительной спортивной политики. Была, как мы видим из Обращения НОК, лишь надежда, примерно сродни той, которую питал бывший президент РФС Сергей Фурсенко, заявляя, что у нас есть все шансы стать чемпионами мира по футболу в 2018 году.

Шансы-то есть у каждого, только для воплощения их в жизнь нужны не громкие заявления, а кропотливая работа.

Такая, какая велась, к примеру, лидерами олимпийского движения американцами от Игр в Греции до Игр в Швеции – представители этого государства являлись безусловными лидерами прошедших Олимпиад. Ведь спорт в США всегда был частью национальной культуры и политики, одним из рупоров пропаганды американского образа жизни и самоутверждения страны в образе сверхдержавы. Еще в 1888 году здесь был создан Любительский атлетический союз, со второй половины XIX века в большинстве штатов вводятся законы о физической подготовке в школах. В высших учебных заведениях были организованы команды по основным видам олимпийских программ со специализацией: если в одном университете акцент делался на подготовку спринтеров, то в другом на метателей, в третьем на прыгунов, пловцов… (Позже появилась и Национальная ассоциация студенческого спорта). В газетах, даже отраслевых, освещающих проблемы металлургии или ухода за новорожденными, все равно отводились если не полосы, то колонки под спортивные материалы. Перспективных спортсменов искали за рубежом и приглашали жить в Штаты. Так стал американцем эмигрант из Ирландии Мартин Шеридан, выигравший затем для новой своей родины три олимпийских золота в метании диска. Даже расистский дух Америки уходил на второе место, если дело касалось спорта. Обладатель золотых олимпийских медалей в пятиборье и десятиборье Джим Торп учился в школе для индейцев, рос в беднейшей семье, без отца, но как только стал чемпионом учебного заведения, опеку над ним взял атлетический союз.

А вот как сложилась судьба другого их чемпиона – уже по плаванию. На Гавайских островах квартировали офицеры ВМФ Америки, и среди многих купающихся на пляже выделили парня, который прекрасно плавал. Ближайший военный корабль привез гавайца в Сан-Франциско, где Дюк Каханамоку – так его звали – показал в плавательном бассейне такой результат, что его тотчас включили в состав сборной США. Через год в Стокгольме на стометровке он победил с новым мировым рекордом…

В Российскую империю тоже ехали эмигранты, и хватало своих окраин, где жили, конечно же, физически одаренные люди. Только таланты их некому было замечать. Оторванное от народа царское правительство в этом виновато? Наверное, наверное… Но вот маленькая информация для размышления уже о днях сегодняшних. Со школьных спортивных залов в США регулярно ведутся прямые репортажи о мало-мальски значимых событиях города, штата, страны. У нас зачастую не показывают даже игры ведущих российских клубов в Лиге Чемпионов, не говоря уж о Премьер-лиге. А ведь речь идет об одном из самых популярных в России видов спорта! Что ж говорить о других?!

Сейчас трудно сказать, как бы писалась спортивная биография России после нашего провального выступления в Стокгольме. Формально вроде бы что-то сдвинулось с мертвой точки (а это была действительно мертвая точка, поскольку в командном зачете на той Олимпиаде мы заняли одно из последних мест. А антирекорд наших футболистов, проигрыш команде Германии со счетом 0-14 на уровне олимпийских сборных, кажется, вообще можно заносить в книгу Гиннеса). В России начали проводиться свои олимпиады (1913, 1914 годы), по более демократичному принципу формировались команды, правда, легкоатлетические результаты, показанные там, не дотягивали до мирового уровня, за исключением, пожалуй, выступления спринтера Василия Архипова. В беге на стометровку он показал такие же быстрые секунды (10,8) с какими американец Р. Крейг выиграл звание чемпиона V Олимпийских игр.

Но оставим в покое места и медали, не о них сейчас речь. Вернемся к началу главы. Шведская Олимпиада получилась вроде бы такой, о какой и мечтал основатель новых Игр, однако на церемонии закрытия её Пьер де Кубертен сказал вот что:

«Последнее слово, произнесенное на этих Играх, должно быть посвящено расцвету следующих Олимпиад. Усилий власти и силы денег далеко еще не достаточно для успеха Игр. Необходимы настойчивость, терпение, упорство. Прежде всего необходимо иметь точное и ясное представление о целях спорта, его гуманном значении. Пусть же грядущая Олимпиада, как и ее предшественницы, внесет свой вклад в дело всеобщего благоденствия и совершенствования человечества! Пусть ее будут праздновать все народы мира в радости и согласии!»

Чувствуете некую горечь в его словах? «Точного и ясного представления о целях спорта» в мире пока еще нет. Олимпиады уже становятся праздником для масс, но еще – не орудием совершенствования человечества. Увы, и эту Олимпиаду, равно как и предыдущие, сопровождали неприятности и даже скандалы. При состязаниях по стрельбе пошел сильный дождь, и для хозяев соревнований тотчас соорудили специальный навес, не пуская туда спортсменов других стран. В этих комфортных условиях шведы, не относившиеся к фаворитам, с посредственными баллами в 18 видах стрелковых упражнений завоевали 17 медалей, в том числе 7 золотых. Так же явно нечестно были организованы соревнования по борьбе, в некоторых дисциплинах легкой атлетики… Обоснованные претензии в адрес устроителей Олимпиады составили целый документ на 56 страницах! Выходит, по прошествии пяти Олимпиад не только мир не совершенствовался, но даже сами спортсмены и спортивные функционеры оказывались инициаторами неблаговидных поступков.

Нет, были, конечно, и прекрасные моменты. К примеру, тот, что произошел на Олимпиаде в Афинах. Шла велогонка на 100 километров.

После большей части пройденной дистанции на победу претендовали лишь двое – француз Леон Фламан и местный гонщик Георгиос Колеттис – остальные или безбожно отстали, или вообще сошли с дистанции. Так вот, за несколько километров до финиша у грека сломался велосипед. Тотчас остановился и француз, стал ждать, пока его сопернику сменят машину, и возобновил гонку лишь после того, как Колеттис вновь сел в седло. В итоге Фламан все же победил, и болельщики приветствовали его вдвойне: и как чемпиона, и как рыцаря спорта.

Но такой пример – приятное исключение.

Потому грустен был на закрытии Шведской Олимпиады Пьер де Кубертен. Знаток древних Игр, он боялся, как бы его детище не повторило их печальную судьбу.

Идущие на Олимп. Падающие с Олимпа

И сейчас самое время опять поговорить о том, по какой же все-таки причине исчезли Олимпиады Эллады.

Начнем с повторения того факта, что древние Олимпиады в равной степени собирали на стадионах людей искусства, культуры и спорта. Способствовала этому философия того времени, призывающая к гармонизации личности. Образно говоря, тогда утверждали: человек не может быть хорошим писателем, не разбираясь в архитектуре, не умея петь, не обладая физической силой… История сохранила для нас имена философов, скульпторов, драматургов, участвовавших (и побеждавших!) в Олимпийских играх, спортсменов, в совершенстве владевших искусством риторики, стихосложения. Вот одно из этих имен: Милон Кротонский. В 540 г. до н. э. в возрасте 14 лет он становится олимпийским победителем в борьбе. Затем был увенчан олимпийским венком еще шесть раз. Кроме того Милон много раз побеждал на Пифийских, Истмийских и Немейских играх. Он учился в школе Пифагора, где получил не только физическую, но и общеобразовательную подготовку, сыграл большую роль в политической жизни своей родной общины. Во время войны с Сибарисом Милон был избран полководцем. Он не только руководил войском, но и, как утверждают современники, заменял целое подразделение. Чем не идеал гармонически развитой личности?!

Именно греки установили эталон прекрасного: на его образцах и сейчас зиждется современная архитектура. А посмотрите их скульптуры! Совершенные тела: мускулистые мужчины, прекрасного, спортивного сложения женщины…

Идущие на Олимп, то есть, к совершенству, к богам – так говорили о тех, кто наиболее успешно совмещал в себе перечисленные выше качества и демонстрировал их на Олимпийских играх.

Так почему же вдруг Игры попали под запрет? Не пришли в упадок, не изжили себя (как, скажем, гладиаторские бои: к 404 году н. э., когда их запретили, они по сути уже не проводились), а оставаясь на волне популярности, одним росчерком пера в 393 году императора Феодосия I Великого прекратили свое существование?

Ныне это объясняют очень просто: Феодосий выбрал и утвердил в качестве единой государственной религии империи христианство, и потому запретил языческие культы, коими были просто-таки пропитаны Олимпийские Игры. И ссылаются при этом на Эдикт Феодосия.

Но в Эдикте нет ни слова об Олимпийских играх! Да, Феодосий здесь виден как активный участник процесса христианизации государства, ратует за союз империи и церкви, осуждает язычество… Ну и что? Выход в свет этого закона (а Эдикт – это законодательный акт) никак не сказался на работе философской школы в Афинах, где каждый урок и каждая лекция были полны иных богов. В Александрийской библиотеке остался свободным доступ к старым рукописям, и на бытовом уровне Рим продолжал жить старым укладом – не сохранилось никакой информации о притеснении тех знатных сенаторов и прочих граждан (а такие были!), кто не разделял религиозные воззрения Феодосия. Как было сказано чуть выше, даже официальный запрет гладиаторских боев свершился уже после смерти весьма правильного и смиренного христианина, как писали о нем потомки.

Так что Эдикт Феодосия, думаю, к закрытию Олимпийских игр никакого отношения не имеет.

А что имеет?

Почти через полвека после смерти этого последнего императора единой Римской империи, вышел так называемый Кодекс Феодосия, на сей раз византийского императора, представлявший собой законодательный сборник, куда вошли все значимые распоряжения первых лиц государства за минувшие 125 лет. Как бы сейчас сказали, в нем были собраны статьи гражданского и уголовного права, которыми должны были руководствоваться суды, верша правосудие. Вошли в этот сборник и суждения Феодосия I Великого, где он говорит о том, что надо всеми средствами бороться с падением нравов, обманом и ложью как худшими из качеств человеческих. Тут опять-таки нет прямых ссылок на Олимпиады, но…

Но есть над чем подумать и из чего сделать некоторые выводы.

Давайте посмотрим, как менялась сама атмосфера Олимпийских Игр.

Первые победители их получали, если можно так сказать, лишь моральные вознаграждения: на головы героям надевали лавровые венки, а имена их вносились в списки достойнейших людей того края, который воспитал чемпионов. Вот как писал на эту тему Лукиан:

«Кто получит венок, получит в нем все доступное человеку счастье: я говорю о свободе каждого человека в частной жизни и в жизни его родины, говорю о богатстве и славе, о наслаждении отеческими праздниками, о спасении своих домашних и вообще о самом прекрасном, чего каждый мог бы себе вымолить у богов; все это вплетено в тот венок, о котором я говорю, и является наградой того состязания, ради которого происходят все эти упражнения и эти труды».

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 >>