– В каком смысле?
– Ну, вы все говорили «сопротивляйся, сопротивляйся».
– Ты чего, боец? Не говорил я такого. Ну, все! – Доронин встал и отряхнул брюки. – Хватит тут загорать. Пошли вниз.
Они спустились с крыши, пересекли чердачное помещение, вышли к лестнице и через два пролета очутились на этаже, где располагалась их рота.
Дневальный на тумбочке отдал Доронину честь.
– Так, – сказал Доронин, – сейчас мы с тобой идем к командиру роты, и я ему докладываю обо всех твоих выкрутасах.
– Но, товарищ сержант…
– Никаких «но», – отрезал Доронин, сделал несколько шагов в сторону канцелярии и вдруг замер. Немного постояв, он повернулся и медленно пошел к выходу. Проходя мимо Сергея, Доронин шепнул:
– Не бойся, никто ничего не узнает. Береги себя. Я люблю тебя.
Сергей смотрел на удаляющегося Доронина с открытым ртом. Постепенно смысл услышанного стал доходить до него.
«Света», – прошептал он.
Дневальный таращился то на Сергея, то на Доронина. Наконец он не выдержал и прошептал:
– Серега, чего это с ним? Вы че? Того?
– Заткнись ты, кретин, – огрызнулся Сергей. – Это он… стихи учит.
– А-а, – протянул дневальный и сразу обо всем забыл.
XIII
Когда через несколько дней Сергея вновь направили в библиотеку, там за столом сидела пухлая женщина средних лет. Увидев его, она улыбнулась и сказала:
– А это, если не ошибаюсь, наш главный оформитель? Ну, что же ты? Надо поторопиться – через два дня придет замполит части с проверкой.
Ни о Марине Анатольевне, ни о дочери ее Сергей больше не слышал. Оставшиеся три месяца в учебке пролетели как один день. Получив сержантские лычки, он вместе с Саидовым по распределению попал служить в Выборг. Служба была не то чтобы уж очень простая, но и не пыльная. За последующие полтора года он заматерел, возмужал и домой возвращался уже не желторотым юнцом, а познавшим жизнь мужчиной.
В вагоне их ехало семь человек. Они втихаря попивали водочку, тайком переданную одним из поваров гарнизона. Уж где он ее достал, одному богу известно. Достал и все. Так полагалось – на дембель ребятам к автобусу притаскивали пару бутылок. С непривычки они сильно захмелели, но старались вести себя прилично, не шумели. Двое самых смелых ушли в купе к проводницам и остались там на ночь. Остальные долго перешептывались в темноте, делясь планами на будущее. Кто-то рассказывал о своих самых ярких впечатлениях, связанных со службой. И тут воспоминания почти двухлетней давности нахлынули на Сергея.
– Эй, Серый, а ты чего молчишь? – спросил Саидов.
– Да, так, – Сергей махнул рукой, повернулся на бок и постарался уснуть. Но сон никак не приходил, а в голове крутилось таинственное и пугающее слово «манагуанда».
Поезд прибыл на Ленинградский вокзал строго по расписанию. День был уже в разгаре. Дембеля высыпали на перрон и стали озираться, нет ли поблизости патруля. Встреча с ним не сулила ничего хорошего. Пока ты в форме, ты – военнослужащий. А если от тебя попахивает спиртным, то недолго и на гауптвахту загреметь.
Убедившись, что все чисто, они спешно попрощались и разошлись в разные стороны. Сергей направился к метро. Погруженный в свои мысли, он даже не заметил, как добрался до станции Беляево. Выйдя на поверхность, он свернул на улицу Миклухо-Маклая и зашагал по направлению к кинотеатру «Витязь». Его дом располагался как раз за кинотеатром. Он знал, что дома его никто не ждет. В своей квартире Сергей не бывал с момента гибели родителей. И вот теперь он возвращался туда полноправным хозяином. Его ждала взрослая, самостоятельная жизнь. Армия вырабатывала в человеке смекалку, умение выпутываться из любых сложных ситуаций и выживать в самых невероятных условиях. Но, несмотря на это, Сергей все же немного волновался.
Подходя к дому, он почувствовал легкое головокружение. А когда из-за густых деревьев показалась обшарпанная дверь его подъезда, Сергей обомлел – на скамейке сидела Света. Она заметила его и улыбнулась.
– Не могла удержаться – очень хотелось тебя увидеть.
– Но как ты узнала? – воскликнул Сергей.
– Ты разве забыл, кто я? – она встала и подошла к нему. – Я не надолго. Только посмотрю на тебя и уйду.
– Вот уж нет! – запротестовал Сергей. – Я тебя не отпущу. Идем ко мне.
– Не надо. Правда, не стоит.
– Я настаиваю. Ну, хотя бы чай попьем.
– А у тебя уже и чай есть? – засмеялась она.
– Так я с собой все привез. У меня на первое время и чай, и консервы есть. – Он похлопал по толстому дипломату, который держал в руках.
– Ну, если только чай, – согласилась Света.
Они просидели до вечера. Когда начало смеркаться, Света засобиралась.
– Постой! Может, останешься? – взмолился Сергей.
– Нет. Боюсь. Вдруг не утерплю, – неуверенно сказала она.
– А если я этого и добиваюсь? – Сергей подскочил к Свете и взял ее за руки.
– Ты что, забыл, что я тебе рассказывала?
– Ничего я не забыл! – возмутился он. – А вдруг я и есть тот самый, который… ну, тринадцать ночей?
– А вдруг нет?! – вскрикнула Света, и глаза ее заблестели от проступивших слез.
– Значит, надо проверить, – уверенно сказал Сергей и прижал ее к себе.
– Нет. Пожалуйста, Сережа. Мне страшно, – Света умоляюще смотрела на него снизу вверх, и крупные бусинки слез скатывались по ее щекам.
– Я обещаю, все будет хорошо. Я в этом уверен.
Он еще долго уговаривал ее, а она все не соглашалась. И только когда за окном забрезжил рассвет, она наконец сдалась.
– Ты знаешь, я тебе почему-то верю. Может, и правда ты тот, благодаря кому я смогу переродиться.
– Да, – сказал Сергей, взял ее на руки и отнес в спальню…
***
– Выключи свет, – попросила Света.
– Не-а, – озорно ответил Сергей.