<< 1 2 3 4 5 6 7 ... 16 >>

Не лезьте в душу к пацану
Владимир Григорьевич Колычев


Фугас глянул в заднее окно. Только одна «семерка» едет за ними. А остальные где?

– Волынские со всех сторон навалились, пацаны смотрят, ты лежишь, ну и деру… А я тебя в машину затащил…

Колян схватился за голову. Разбежались его бойцы, дрогнули под натиском волынских. Какой позор!.. Да и сам он не смог устоять перед Сэмом. Этот кадр мог и взглядом давить, и кулаками до полусмерти забивать. А может, и до смерти… Нет, лучше не связываться с этим монстром. Да и заводской рынок расположен далеко от мест постоянного обитания. Зачем он такой нужен?

А еще, поговаривают, что люберецкая братва на эту барахолку глаз положила… Колян усмехнулся. Ну да, он не рынок отдает волынским, а бомбу замедленного действия.

Глава 2

Люберецкая братва вышла из подвалов. То же самое можно было сказать и про волынских пацанов. Семен хорошо помнил тот день, когда он с пацанами впервые попал в этот сухой и просторный подвал под четырехэтажным домом на Линейной улице. Так им здесь понравилось, что Кит не постеснялся взять за грудки жэковского инженера, который решил их отсюда выгнать. Мужик тогда испугался и подсказал, как въехать в этот подвал на законном основании.

Официальное право на подвал протащили через районный комитет комсомола, после чего Кит прогнал пацанов через товарную станцию, где им пришлось разгружать вагоны и подчищать все, что плохо лежит. Машину цемента, помнится, на халяву тогда урвали, на заработанные деньги своими силами сделали ремонт, обустроили качалку, а через некоторое время здесь обосновался и швейный кооператив. Семен три года в зоне отмотал, а вернулся – здесь все без изменения. В спортзалах куется боевой дух волынской братвы, а в цехах шьются джинсы, куртки, кроссовки.

А изменения должны были случиться. Кооператив можно было бы расширить до размеров швейной фабрики. А братву Кит мог бы бросить на освоение Москвы, пока там были свободные территории. Но ему не хватило смелости вывести волынскую братву на большую орбиту. Пришлось Семену сдвинуть его с насиженного места и взять власть в свои руки. Для этого ему пришлось отбить у солнцевских Алекса Усыгина с его банком. Ничего, справился, и теперь он у руля. А заводской рынок – его следующая, но не последняя победа…

Машины одна за другой выстроились в линию перед пристройкой, из которой можно было спуститься в подвал. Это своего рода контрольно-пропускной пункт. Или даже караулка, где запросто могли заседать с десяток бойцов. Но двери в пристройку открыты настежь, и навстречу братве никто не выходит.

Хотя нет, вываливается сонный Шифер. Зевает, пузо почесывает. В струнку он вытянулся только тогда, когда Семен поравнялся с ним. Правда, тут же сложился пополам. После сильного удара в солнечное сплетение.

– Почему дверь нараспашку?

– Так это, чего бояться? – простонал Шифер.

Семен подождал, пока он поднимется, и снова двинул его кулаком в живот.

– Меня бойся!

Он хорошо помнил, как в свое время выходил на бой с люберецким Сухарем. В подвал к нему пришел, драка раз на раз была. Сухаря он завалил, но пришлось иметь дело с его дружками. Тогда и появился Кит с братвой. Дело не в том, что Семен вышел из той передряги победителем, а в том, что подвал у люберецких никак не охранялся. Сэм уже тогда сказал, что подвал на Линейной улице должен стать неприступной крепостью. Первое время все было нормально, но постепенно братва расслабилась… Ничего, здесь обязательно будет железобетонный порядок.

– Я за такой бардак убивать буду!

Сильным движением рук он оторвал Шифера от земли, люто глянул ему в глаза и вырубил парня мощным ударом головы.

– Если выживет, его счастье, – обращаясь к своим бойцам, сказал он. – Если нет, значит, так и надо. Вопросы?

Вопросов ни у кого не было. Пацаны знали, с кем имеют дело. Сэм для них реальный авторитет, а ни какой-то плюшевый пахан, каким был Кит. Они видели его сегодня в деле и знают, как лихо расправляется он с врагами. Все правильно, бей чужих, чтобы свои боялись. И уважали…

Коля Фугас казался крутым пацаном, но на деле он поплыл еще до того, как Семен вырубил его ударом с правой. И бригада его посыпалась под первым же натиском…

Из пристройки вышел Кит. Мощный, кряжистый, рассудительный. Он мог бы повести за собой толпу, как это делал прежде, но вряд ли сумел бы задавить того же Коляна с его пацанами. Поэтому Семен сам возглавил движение. А Кита оставил в подвале. Здесь ему самое место. Он, как и раньше, следит за общаком, но теперь это его единственное занятие. Пуп занимается коммерцией, он постоянно в разъездах, а Харитон и Кузов теперь всегда при Семене. Они были рядом, когда он разговаривал с Фугасом, и волну поднимали, которая смыла ивановских…

– За что ты с ним так? – спросил Кит, озадаченно глядя на Шифера, который только-только стал подавать признаки жизни.

– За то, что бардак у него на входе. И дверь нараспашку.

Семен свирепо глянул на Кита. В следующий раз достанется и ему самому – это говорил его взгляд. Но вслух Семен ничего не сказал. Все-таки Кит – один из основных напарников, и негоже наезжать на него в присутствии рядовых бойцов.

– Но я сегодня добрый, – снимая напряжение, улыбнулся Семен. И кивком указал на Шифера. – Поэтому пусть живет.

– Как там стрелка? – спросил Кит.

Не было в его вопросе повелительного тона, как прежде. И Семен мог бы не отвечать.

– Все путем, а ты боялся… Кузов!

Кузов показал Киту спортивную сумку, в которой лежали деньги. Это дань, что они собрали сегодня с заводского рынка. Разогнали ивановских, победным маршем прошлись по торговым рядам, и дело в шляпе. Вернее, в сумке…

Они спустились в подвал, прошли в тренерскую, там Кузов открыл сумку и выпотрошил содержимое прямо на стол. Тысячные, пятисотенные и двухсотрублевые купюры сваливались в кучу, сыпались на пол. Деньги, много денег…

– А ты говорил, не надо разорять общак, – с кривой усмешкой сказал Семен, глянув на Кита.

За три года дела кооператива не сдвинулись с места. Кит не занимался развитием производства, но тем не менее денег на общак наколотил немало. Он оказался настоящим скупердяем, потому казна не пустовала. Этим и воспользовался Семен. К одной черной «Волге» он добавил еще три, а под себя взял «трехсотый» «Мерседес». Машины – это та же одежка, по которой встречают братву. И несолидно подъезжать на разборку на каких-то ведрах с болтами. А «Волга», что ни говори, смотрится солидно, особенно если она почти новая. Про «Мерседес» и говорить нечего…

– Мы теперь с этого рынка реально намолотим, – раскинув руки по спинке дивана, сказал Семен.

Устал он очень, но настроение отличное. Сейчас бы в баньку, но лучше обождать немного. Завтра воскресенье, рабочий для рынка день. Ивановские, возможно, попытаются взять реванш, поэтому нужно держать себя в форме. Лучше завтра вечером гульнуть, чтобы похмелье на понедельник выпало… А еще лучше совсем похерить это дело. В бригаде сухой закон, и нехорошо выпивать самому, когда другим этого делать нельзя.

– Намолотим, – кивнул Харитон. – Место там конкретное, торгаши платить приучены… Плохо, что ездить далеко.

– Что, предлагаешь штаб-квартиру там, на рынке, поставить? – спросил Семен.

– Ну, неплохо было бы… Я там кафе возле завода видел…

– Может, лучше на самом заводе штаб-квартиру поставить?

– Не, я серьезно…

– И я серьезно. Здание там красивое.

Главное здание электромеханического завода действительно впечатляло. Высокое – этажей двадцать, из стекла и бетона, похоже на американский небоскреб. И что самое важное, место там людное. Станция метро, перекресток двух шоссе. Если в этом здании открыть магазин, с покупателями проблем не будет.

– А что? Там продукцию для оборонки выпускают. А какая сейчас оборонка? Союза нет, кому все это нужно, непонятно. Надо бы пробить ситуацию на этом заводе, может, мы у них часть здания арендуем. А что? Цех там швейный открыть можно. Тепло, светло и комары не кусают. И рынок рядом…

– Тогда лучше кафешку! – вскинулся Харитон.

– Можно, и кафешку, – кивнул Семен. – И цех, и кафешку… А чтобы цену не ломили, на директора наехать надо.

– Это можно…

– И можно. И нужно. За кем сила, за тем и дело. А на месте топтаться будем, далеко не уйдем… Ревень!

Из толпы, что стояла у открытых дверей, отделился крепкого, хотя и не атлетического сложения парень. Плоская голова, низкий, выпуклый лоб, несимметричные, глубоко посаженные глаза, нескладные черты лица, темная дубленая кожа, массивный подбородок. Но Семен хорошо знал этого парня, потому и остановил на нем свой выбор. Ревень хоть и анархист в душе, но порядок в бригаде установит капитальный.

– За рынком смотреть будешь.

Ревень кивнул. Новоявленный бригадир уже и без того знал свою задачу. Более того, он уже отличился, собрав дань с торгашей. Лихо его ребята сработали. Без грубости не обошлось, но это реалии дикого капитализма, и от них никуда не денешься.

– И электромеханическим заводом займешься. Человека поважней найди, ситуацию через него пробей…
<< 1 2 3 4 5 6 7 ... 16 >>