<< 1 2 3 4 5 6 7 8 >>

Яна Егорова
Луч света в тёмной комнате

Теперь моя ночь навряд ли уже будет спокойной!

Повесила трубку. Очень хотелось швырнуть ее в окно. Зря я не разбила телефон в аэропорту! Он как будто держит металлическую цепь, прикрепленную к острым крючкам, зацепленным за мою кожу. И тянет, тянет. И рвет! Беспощадно! Хладнокровно! Выдирает эти крючки с кусками мяса…

* * *

Север Герра закончил звонок, но телефон так и продолжил держать в руках, как будто не хотел разрывать тонкую связь с собеседницей. Их разделяли каких-то шестьсот семьдесят километров, час полета, несколько часов в пути. Единственное, что он хотел в эту минуту сделать – отправиться туда. Однако четко понимал: сейчас это слишком рискованно. Один необдуманный поступок может повлечь за собой катастрофу. Нет, не бедствие мирового масштаба, а всего лишь крушение его жизни, в которой не так давно забрезжил неуверенный лучик надежды. Луч света.

Мужчина сжал телефон в руке. Луч света. Который он просто обязан сберечь.

Север смотрел в окно на ночную Москву, но видел перед собой ее. Это прикосновение в аэропорту… Сколько сил потребовалось, чтобы не переступить черту. Это просто невыносимо, осознавать свою полную беспомощность, заставлять себя бездействовать, зная, что желаемое в такой близости. В незащищенности. И от других. И от него.

И в данной ситуации он был большей опасностью для Елены, чем другие.

* * *

Тем временем в нескольких километрах от завода-поставщика к особняку на опушке леса подъехал черный джип. Охрана территории пустила хозяйку за ворота. Припарковав автомобиль прямо перед парадным входом, женщина в кожаных ботинках солдатского образца спрыгнула с сиденья и направилась в дом. Буквально взлетев по ступенькам, через мгновение она уже вошла в огромных размеров гостиную, где ее ждали двое мужчин, один из которых был постарше, лет пятидесяти с хвостиком. Из-за высокого роста ему не было удобно сидеть на диване, поэтому он всегда располагался в изготовленном специально для него итальянскими мастерами кожаном кресле. Мужчина был красив, и легкая седина в волосах лишь подчеркивала привлекательность серых глаз.

Вторым из сидящих оказался молодой юноша лет двадцати. В отца он пошел только ростом. Остальным же – чертами лица, цветом волос – полностью походил на мать, которая сейчас остановилась в дверях и воинственно сложила руки в боки.

– Все, встретила я эту «комиссию», – с отвращением заявила Алла Аркадьевна Титова. – То же мне «проверяющие»! Молодая девчонка, ровесница Сережки, с тупоголовым охранником, у которого ни одной мысли на роже.

– Аллочка, – неожиданно высоким голосом заговорил старший Титов, – если прислали, значит, знали кого.

– Не знаю, – фыркнула женщина и, немного помявшись, все же устало рухнула в кресло напротив мужа. – Может быть, конечно, она какой-то чертов гений. Или любовница чья-нибудь! Хотя нет. Любовниц на такое не присылают. Столько денег пропало, нет…

– Да точно, подстилка чья-нибудь, – встрял молодой Сережа Титов. – Мать, точно тебе говорю.

– Цыц, – прикрикнула на него родительница. – Твое мнение здесь не спрашивали! Достал меня уже своими скандалами, со всякой швалью по клубам шляться. Ты эту кашу заварил, ты и расхлебывать будешь.

– Аллочка, не ругайся, – миролюбиво остановил ее отец семейства, – ну как он может все сам исправить? Это же абсурд. Теперь мы все попали под расстрел.

– Заткнись, Прохор! Придумаем, как! Мы с тобой столько пахали, а этот гаденыш нас на наркоту променял. Значит так, – буквально зарычала женщина на сына, – слушай сюда. Сегодня никакой травы. Завтра, намытый и чистый, приезжаешь на завод. Я тебя поставлю ее всюду сопровождать. Не знаю, что ты будешь делать, хоть ребенка ей сообрази, но девчонка должна нас оправдать. Поверь, даже дюжина внуков не обойдется нам так дорого, как если они заставят нас вернуть деньги!

– Мама, ну как ты себе это представляешь? – капризно возразил Сергей.

– Я никак себе это не представляю, – огрызнулась женщина, – как ты смог все это натворить, так и будешь исправлять. И молись, чтобы у тебя это получилось! Иначе… Нам всем придется бомжевать! Девятьсот миллионов! Об этом ты подумал, когда сливал своим дружкам информацию?! Так что не беси меня! Делай, что хочешь, но девчонка должна сделать правильные выводы. А ты, отец, болеешь! И не вздумай со своим правдолюбием показываться на заводе, пока они не уедут!

6

Лиана Булкина только что покинула съемочную площадку знаменитого на всю страну ток-шоу. Пять минут назад, в прямом эфире, она поведала телезрителям историю своей судьбы. Хрупкая невысокая девушка, очень соблазнительные формы, огромные голубые глаза и толстая белая коса. Лианочка проделала большой путь в столицу, предварительно написав письмо на передачу, в котором содержался рассказ о ее любви к одному из самых завидных женихов страны – Северу Герра.

Месяц назад ее мама, проработавшая уже более двадцати пяти лет заведующей детским домом, потребовала от дочери выйти замуж.

– Лиана, ты знаешь, я тебя очень люблю, но пойми, тридцать лет для женщины – много. Особенно в нашей стране! Тебе уже давно пора замуж.

– Мама, – воспротивилась красавица, – сколько уже можно?! Разве в нашем захолустье найти нормального? Ты же знаешь, мне нужен с деньгами, а таких здесь нет, разъехались давно. Тебе не нужен нищий зять.

– Знаю, – утвердительно кивнула Лариса Николаевна, – и у меня есть идея.

– Какая идея? – со вздохом произнесла молодая женщина. Ей очень не нравилось, когда мать поднимала тему семьи и брака. Мама зарабатывала очень хорошо, да и в молодых любовниках у Лианочки недостатка не было. Конечно, из приличных замуж никто не звал, благо в их городе она уже многих перепробовала, особенно в молодые годы. Все воспитанники детского дома мечтали завоевать сердце симпатичной дочки заведующей. И она, как королева, выбирала себе рабов. Безусловно, маменька, как только видела, что у любимой дочери завязались отношения, старалась «избранного» всячески привечать, выделять среди других, активнее подыскивала хорошую семью, так, чтобы возможный зять был достойным. Однако в результате все старания родительницы рассыпались, Лианочка не хотела останавливаться. Каждые отношения ей быстро наскучивали, и она меняла партнера. А зачем довольствоваться одним, если можно попробовать всех? Особенно ей нравилось становиться первой у мальчиков. Природа ее не обделила красотой, и молодые люди совершенно искренне захлебывались в восторге и в тех ощущениях, что она им дарила.

Но время шло, аппетиты росли, и Ларисе Николаевне было все сложнее содержать избалованную дочь. Тем более, что отец не помогал, этот недостойный представитель мужского рода постыдно бросил их, когда Лиане было всего три года.

– Помнишь, был у нас воспитанник, Севка? Чуть старше тебя.

– Инвалид тот что ли? – фыркнула девушка. – Над которым все смеялись? Ботан, все считал свои циферки. Он же у вас все книги в библиотеке еще перетаскал?

– Ну, ты зря так резко, доченька…

– Я – резко? Мамуля! Да ты сама его всегда в «карцер» отправляла, когда доставал тебя, он дрался со всеми. Ты же сама любила каждое утро жаловаться, что Севка замучил тебя. Это же любимые воспоминания моего детства! – всплеснула руками Лиана.

– Что было, то было, – попыталась оправдаться женщина. – Я тебе не об этом сказать хотела.

– А о чем, мамуль?

– Вот, посмотри, – женщина встала со стула и дотянулась до верхнего ящичка в тумбочке за своей спиной. Выудила оттуда глянцевый журнал и протянула дочери.

– Ну? И что? Гороскоп почитаем? – нахмурилась младшая Булкина.

– На обложку посмотри, – ткнула женщина красным ногтем в фотографию элегантного мужчины. – Никого не напоминает?

– Неа, – пробормотала дочь, быстро откусывая шоколадную конфету, которую только что взяла из вазочки на столе.

– И прекрати лопать сладкое! – Лариса Николаевна хлопнула ладонью по столу так, что дочь даже подпрыгнула на стуле. – Посмотри внимательно.

– Да не знаю я его!

– О боже, – мать показательно закатила глаза к потолку. – Это и есть тот Севка! Север Герра. Его полное имя Север было. И фамилия у него итальянская, единственное, что папашка заграничный оставил.

– Нет, серьезно? – подняла дочь одну бровь, уже более внимательно вглядевшись в лицо молодого мужчины. – Да ну… Красавчик такой! И что тут пишут? Так… Самый завидный жених… нет, да ладно! Это шутка? Ты точно ошиблась!

– Нет тут никакой ошибки! Он это! Все сходится – и возраст, и город, наш город, ты посмотри, пишут, где и когда он родился. Правда, больше ничего не сказано, но и этого достаточно. Ты же знаешь, у нас не так много жителей, особенно с такой фамилией!

– Мда… Мамочка, если ты права, он действительно крутым стал.

– Вот о чем я тебе и говорю! У вас же, кажется, любовь в детстве была? – прищурилась старшая Булкина.

– У меня? С ним? Не-е-ет, с ним точно не было! Хотя теперь даже как-то жаль.

– Он же тебя защищал было дело? – разочарованно высказала мать последнюю догадку.

– Ну, не так уж и защищал. Я тогда с… Мишкой, кажется, поругалась. Не помню уже. Он хотел меня ударить, а тут этот ботан на своих костылях. Ну и вмешался, что. Он тогда Мишку так сильно костылем огрел, что ты его опять в карцер заперла, на неделю, если правильно помню.

– Правильно, правильно помнишь. Мишку-то твоего тогда в больницу увезли.

– Да, мамуль, Севка уже в то время ненормальный был!

– Так, дочь! – женщина снова хлопнула ладонью по столу. – Кто старое помянет… Сама знаешь. Ты, главное, смотри, кем он теперь стал! Какие деньжищи загреб!

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 >>