Алекс Орлов
Основной рубеж

Тело содрогнулось в последний раз, и изо рта изверглась коричневая кровавая масса. Она полилась в таз и на одежду Парацельса, который удерживал Тони.

– Кажется, я умираю, сэр… Столько крови… – пробормотал он, неожиданно придя в себя.

– Не бойся, Тони, это дурная кровь…

Очередной приступ сотряс тело. Внутри Тони что-то оторвалось и с металлическим лязгом упало в таз.

– Ну вот, змея покинула твое тело, – сказал Парацельс и разжал свои стальные объятия.

Тони почувствовал, что может дышать. Он попытался глубоко вдохнуть, но закашлялся.

– Не делай пока глубоких вдохов. Твои легкие еще не привыкли к большому объему, – предупредил старик.

Тони приоткрыл глаза и увидел перемазанного в крови, улыбающегося Парацельса.

– Спи… – сказал старик, и Тони тотчас заснул.

4

Полицейский автомобиль стоял на обочине шоссе, и его синяя мигалка яркими вспышками вырывала из темноты длинные струи дождя.

Поеживаясь от непогоды, полицейский нагнулся к лежащему на шоссе человеку и пощупал пульс.

– Эй, Реми! Он еще жив, вызывай «Скорую помощь»! – крикнул он своему напарнику.

Пока Реми вызывал «Скорую», Ганс Пайпер, так звали первого полицейского, сходил к машине и принес запасной дождевик. Он накрыл им лежащего человека и, посчитав, что сделал все возможное, вернулся в машину.

– Сказали, что через семь минут будут здесь, – сообщил Реми, убирая передатчик. – Чего он босой-то?

– А кто его знает? Может, долбануло машиной так сильно, что ботинки соскочили. Такое случается. Помнишь того, на Окружной дороге? Он вообще в одних трусах остался, когда его протащило сквозь лобовое стекло.

– И выжил…

– Да, выжил и подал на нас жалобу, что сперли его бумажник… Дай закурить.

– Кури свои.

– У меня кончились. Не жадничай, Реми, дай сигаретку…

Реми достал из кармана смятую пачку и протянул напарнику.

– Какой позор, Реми, курить «Кан-Кан». Ты же сержант…

– Не нравится, не кури. – Реми протянул руку, чтобы забрать свои сигареты.

– Ладно-ладно. Ты хороший товарищ, Реми, спасибо.

В темноте одна за другой щелкнули две зажигалки.

– Не похоже, чтобы его сбили, Ганс, – вернулся к прежнему разговору Реми, глядя через лобовое стекло на прикрытое дождевиком тело. – Если бы его стукнули так, что он даже разулся, тело лежало бы в кювете метрах в тридцати от дороги.

– Ну ты, грамотей, – покачал головой Ганс. – Его могли сбить, а потом ограбить… Слушай, – Ганс потянул носом, – а чем это пахнет?

– А чем пахнет? Я не чувствую…

– Пахнет хорошим табаком… Мы курим твое дерьмо, а пахнет хорошим табаком… Ах ты, сукин сын, – начало доходить до Ганса Пайпера, – мне дал «Кан-Кан», а сам курит «Каравеллу»! Пошел вон из машины, жмот! – Ганс стал выталкивать Реми под дождь.

Появление «Скорой помощи» спасло сержанта от расправы.

Полицейские вышли из машины и помогли санитарам загрузить пострадавшего в «Скорую».

– Наверняка его ограбили, – глядя на отъезжающую машину, сказал Реми. – Он же в одной пижаме остался…

– Ладно, Реми, забудь. Теперь это уже не наше дело, и вообще давай-ка покурим твою «Каравеллу»…

5

В больничной палате было тихо. Дежурный светильник едва освещал помещение и неподвижно лежащего на койке человека.

Пациент был облеплен датчиками, тянущими свои хвосты к большой железной коробке.

Коробка мигала лампочками и время от времени попискивала, выдавая бумажную ленту со сложными значками.

Дверь открылась, и в палату вошли трое – молодая медсестра и два врача.

– Тэкс-тэкс, – сказал тот, что был постарше, и посмотрел на бумажную ленту. – Оч-чень любопытно. Полюбуйтесь, коллега.

Второй врач, помоложе, тоже взглянул на ленту и пробормотал:

– Ага… Действительно любопытно…

Дверь в палату приоткрылась, раздался голос старшей медсестры:

– Доктор Перес, вас просят зайти в ординаторскую. На минуточку…

– Уже иду, – ответил тот, что постарше, и, обращаясь к своему коллеге, сказал: – Подождите меня здесь, Гийом. Я вернусь, и мы продолжим.

Едва за Пересом закрылась дверь, молодой врач обнял медсестру и с жаром прошептал:

– Ну так как, Сюзи, насчет поездки за город? Я обещаю тебе водопад наслаждений… – Доктор Гийом привлек Сюзи к себе, намереваясь поцеловать.

– Ой, кажется, он приходит в себя… – Сюзи вывернулась из его объятий, и в это время послышались шаги Переса. Он вошел в палату и пробубнил:

– Идите и вы, Гийом. Нужно подписать обращение.

– Что за обращение?

– Ну из-за того миллионера, что умер неделю назад… Его родственники подали на нас в суд.

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 ... 26 >>