Чингиз Акифович Абдуллаев
Гран-При для убийцы

– Завтра ваш груз будет в Баку. Самолет вылетает из Челябинска в Москву только завтра. Если, конечно, его не задержат в России, на их таможне.

– Не задержат, – быстро сказал гость, – там все документы в порядке.

– Тогда не волнуйтесь, – усмехнулся Ильяс, – все пройдет как нужно. Все оформим как полагается. Послезавтра груз будет у нас. А уже через два дня вы сможете вылететь обратно в Голландию. Я подготовил все документы.

– Очень хорошо, – кивнул гость. Он полез в карман за сигаретами. Это были элитарные сигареты «Картье». Натиг Кур обратил внимание на это, но гость, закурив, не предложил их сидевшему рядом бизнесмену и тем более не стал спрашивать разрешения у водителя.

– Груз привезете лично? – еще раз уточнил гость.

– Да. Три ящика из Москвы, – кивнул Натиг Кур. В отличие от своего молодого коллеги он хорошо знал, что именно транспортируют в Баку из Москвы.

– Завтра утром я полечу в Москву, встречу груз из Челябинска и на следующий день утром провезу его через таможню, – уточнил Натиг Кур. – Мы оформим груз по категории «VIP», проведем при помощи нашего друга. У него дипломатический паспорт, и его груз не подлежит досмотру согласно существующим договоренностям в рамках стран СНГ.

– Хорошо, – одобрил гость, выбрасывая сигарету в окно, – подождем два дня.

Тель-Авив. 18 марта 1997 года

– Этот сукин сын убил нашего агента в Париже, – гневно заметил один из троих мужчин, сидевший за столом. – Месяц назад он организовал нападение на нашу резидентуру в Бейруте. Если пойдет так дальше, то скоро он появится и в Тель-Авиве.

Говорившему было за пятьдесят лет. Это был крупный коренастый мужчина. Он хмуро глядел на сидевших перед ним собеседников.

– Нет, – угрюмо возразил другой, чуть помоложе, – мы убеждены, что он сейчас в Европе. После Парижа наверняка покинул Францию, но пока не покинул Европу.

– В любом случае нам нужно знать, куда он поехал, как передвигается и что именно замышляет, – перебил его пожилой собеседник, который был хозяином кабинета.

– По сообщениям из Бейрута, он готовит новую акцию, – осторожно заметил самый молодой, – и на этот раз она может состояться в Европе. Он очень осторожно отбирает в свою группу людей, хорошо владеющих французским и английским языками, из чего наш агент сделал предположение, что готовящийся террористический акт состоится в Европе.

– Он может состояться где угодно, – возразил хозяин кабинета, – если мы не сумеем заранее вычислить, где он собирается нанести удар, мы не успеем его остановить. У него дьявольское чувство опасности. Он чует посторонних, как волк чует запах собак. Генерал, у вас есть конкретный план мероприятий?

– Мы предупредили все наши посольства и представительства, – ответил один из его подчиненных, – задействована вся наша агентура в Европе и на Ближнем Востоке. Считаем, что на этот раз он собирается придумать нечто такое, что могло бы одновременно нанести удар по нашей стране и сильно подставить иранцев, с которыми у него произошел разрыв.

– Данные о разрыве точные?

– Во всяком случае, «Хезболлах» заявил, что отныне не имеет с ним никаких дел. От него отреклись и все остальные группировки. Он возражал против решения палестинских группировок, которые решили подчиниться приказу Арафата и на время приостановить свои террористические акты. Узнав об этом, он лично застрелил хаджи Карима, и теперь его одинаково преследуют и наши агенты, и палестинцы, взбешенные убийством одного из своих лидеров.

– В таком положении он особенно опасен, – задумчиво сказал хозяин кабинета, – он очень опасен. И если мы не примем меры, то, вполне вероятно, столкнемся с самой большой проблемой, которая у нас когда-либо существовала.

– Он порвал со всеми прежними друзьями, резко оборвал все связи, – пояснил генерал, к которому обращался хозяин кабинета, – прежнюю сеть палестинского сопротивления мы держали под некоторым контролем, в том числе и в Европе. Но как искать человека, который не выходит на прежние явки и ни с кем не встречается? Где его найти? Откуда он будет получать оружие и взрывчатку для новых террористических актов, если он утратит все прежние связи? С ним остались несколько человек его ближайшего окружения. Мы делаем все, чтобы разыскать его. Надеюсь, он даст о себе знать.

– Сегодня утром мы получили данные от нашего посольства в Голландии. Они традиционно ведут наблюдение за рейсами компании «КЛМ», которые летают по маршруту Амстердам – Баку – Тегеран. Наш агент, работающий в аэропорту, передает нам списки всех прибывающих и отбывающих в Тегеран людей, их паспортные данные. До сегодняшнего дня мы не обращали внимания на пассажиров, которые летели в Баку, считая, что нас должны интересовать только те лица, конечным пунктом путешествия которых является Тегеран. Но утром наш аналитический отдел проверил весь полученный список по данным, заложенным в наш компьютер, – хозяин кабинета поднял лист бумаги, – вот сообщение. Один из номеров паспортов, указанных в списке вылетевших вчера пассажиров, совпал с одним из тех, которые мы потеряли два года назад в Иордании. Канадский паспорт. Серия и номер сходятся. Правда, фамилия изменена. Человек, путешествующий с паспортом под этим номером, вылетел вчера днем рейсом авиакомпании «КЛМ». Но не в Тегеран, а в Баку. У нас есть все основания предполагать, что после убийства нашего агента в Париже он выехал в Голландию и оттуда вылетел в Баку. Конечно, это может быть и другой человек, но паспорта тогда попали в руки именно Ахмеда Мурсала.

– В Баку? – изумленно спросил генерал, переглянувшись с другим собеседником.

– Да. У нас ведь есть посольство в этой стране, кстати, единственное на Среднем Востоке в мусульманских странах. Если, конечно, не считать наше посольство в Анкаре, но мы традиционно относим его к европейским странам.

– Вы думаете, Ахмед Мурсал собирается напасть на наше посольство в Баку?

– Я ничего не думаю. Я только излагаю факты. Два года назад у нас пропало несколько бланков канадских паспортов, которые почти наверняка оказались у боевиков Ахмеда Мурсала. Пять дней назад в Париже был застрелен наш агент. А через три дня кто-то, воспользовавшись похищенным паспортом, покинул территорию стран Шенгенской зоны и вылетел в Баку. Почему я не могу считать, что это был именно Ахмед Мурсал? Он ведь понимает, что мы будем его искать после совершения убийства именно в странах Шенгенской зоны.

– Я вылетаю в Баку немедленно, – решил генерал, – кажется, туда есть прямые рейсы из Тель-Авива.

– Возьмите с собой людей, выходцев из Азербайджана, – посоветовал его руководитель. – Послушайте, Райский, вы ведь у нас специалист по странам СНГ. Нужно задействовать и нашу агентуру в Баку. В любом случае нужно особо предупредить нашего посла в Азербайджане Аркадия Мил-Мана. Возможно, Ахмед Мурсал готовит нападение на наше посольство в Баку.

– А если он полетел туда в поисках альтернативных источников оружия? – вдруг спросил генерал. – Он ведь сейчас наверняка мечется, ищет, где можно взять оружие для новых акций. А на Кавказе это сделать проще всего. Там масса неучтенного оружия.

– И как он собирается провезти его в Европу? – насмешливо спросил хозяин кабинета. – В своем чемодане, пройдя через пограничный и таможенный контроль?

– Может, нам следует попросить помощи у азербайджанских властей? – предложил генерал Райский. – И, конечно, нужно проконсультироваться с Москвой.

– Разумеется. Наш посол должен немедленно связаться с Министерством иностранных дел Азербайджана. Можно будет арестовать Ахмеда Мурсала на выезде, когда он попытается вылететь из Баку. Но при чем тут Москва? – не понял хозяин кабинета. – Они, насколько я знаю, даже не контролируют границы Азербайджана. У них собственные пограничные войска.

– Я думаю, что Ахмед Мурсал в любом случае попытается получить оружие с севера. Нельзя недооценивать влияние Москвы на этот регион.

– Сейчас нам не до этого. Вопросы геополитики мы обсудим в следующий раз. Вылетайте в Баку.

– Простите, – неожиданно вмешался более молодой собеседник, – мне кажется, нам нужно использовать и другие, не совсем традиционные методы.

– Что вы имеете в виду, полковник? – нахмурился хозяин кабинета.

– Ахмед Мурсал оборвал все связи. Использование нашей агентуры и наработанных методов может не дать результата. Судя по всему, он готовит акцию именно в Европе, и боюсь, убийство нашего агента в Париже только подтверждает мою версию.

– Конкретно, что вы предлагаете?

– Использовать такой же метод. Бросить против террориста подобного масштаба охотника такого же ранга. Устроить охоту на самого Ахмеда Мурсала.

– У вас есть такой охотник?

– В прошлом году мы использовали опыт известного аналитика, бывшего эксперта ООН. Москва и Баку – это как раз его регионы. Я сейчас вспомнил о нем.

– Дронго, – сказал Райский, – я против, – сразу добавил он.

– Почему?

– Это наша проблема, и мы ее будем сами решать, – твердо произнес генерал. – Он неуправляемый тип, и совсем не обязательно снова привлекать его в качестве эксперта. Тогда мы были вынуждены его использовать. Он и так слишком много знает о нашей деятельности. Привлекать к сотрудничеству чужого человека было бы непростительной ошибкой.

– Но он лучший из экспертов, – настаивал полковник.

– Я имел с ним дело, – сухо сказал Райский, – и убежден, что это не тот человек, который нам нужен. Кроме того, мы обязаны решать свои проблемы самостоятельно, – снова подчеркнул он.

– Мне кажется, вы относитесь к этому эксперту не совсем объективно, – усмехнулся хозяин кабинета.

– Да. Совсем необъективно. Я с ним сталкивался и знаю, как он непредсказуем. Я против.

– Операция поручена вам, генерал. В таком случае немедленно вылетайте в Баку. И держите нас в курсе дела. Возьмите с собой всех, кто раньше проживал на Кавказе. Они могут пригодиться. И кто хорошо знает местные языки.

– С этим у нас проблем не будет, – засмеялся генерал, – в Баку все понимают русский язык, выходцы с Кавказа знают местные языки, я сам все еще хорошо говорю по-русски.

Баку. 20 марта 1997 года

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 16 >>