Оценить:
 Рейтинг: 0

Не рисуй меня, художник

1 2 3 >>
На страницу:
1 из 3
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
Не рисуй меня, художник
Галина Полынская

Газета "Непознанный мир" поручает своему корреспонденту Сене Зориной взять интервью у загадочного художника, – он знаменит и мистически прекрасен. На встречу со знаменитостью Сена отправляется со своей дорогой подругой Таей. И только они явились к художнику домой, как сразу все пошло не по плану…

Глава первая

Хоть и не отличался этот трудовой день от предыдущих, и занималась я в родимой редакции как всегда – ничем полезным для общества, а домой еле приползла уставшая, практически разобранная по запчастям. Но, расслабляться было рановато, в прихожей приветственно махал хвостом истосковавшийся Лаврентий. Бросив сумку, «запрягла» пупсика и поплелась на прогулку. Умница Лаврик понимал, что мое настроение далеко от лучезарного, поэтому шел смирно рядом, а не метался из стороны в сторону, желая рассмотреть всё интересное разом, отчего на другом конце поводка меня мотало, как тряпичную крысу. Сделав все свои важные дела, Лаврентий повернул к дому, мол, идем-ка лучше отдыхать, унылая моя хозяйка, завтра с приятелями пообщаюсь, так уж и быть. Такой вот у меня чуткий и благородный пёс.

Покормив лохматое сокровище, заварила здоровенную кружку чая с лимоном и уселась перед телевизором. Отчего-то даже ужинать не хотелось. Бездумно переключая каналы, размышляла над темами для нашей криминально-аномальной желтушной газетенки – «любимая» работа не оставляла в покое даже дома. Собираясь ткнуть в следующую кнопку пульта, я передумала, увидав начавшийся репортаж об открытии выставки художника Марка Лессера, и заинтересованно уставилась в экран. Не могу сказать, что я такой уж заядлый любитель живописи и продвинутый искусствовед, навскидку могу определить авторов только трех картин: «Мона Лиза» Леонардо ди Каприо… то есть, тьфу! Леонардо да Винчи, «Купание красного коня» Петрова-Водкина (фамилия уж больно запоминающаяся) и «Демон» Врубеля (его в одном журнале балерун Цескаридзе изображал). А вот Марк Лессер нешуточно взбудоражил, взбаламутил, можно сказать, мою трепетную душу. Во-первых, он молодой, красивый, бледнолицый и длинноволосый, напоминающий князя вампиров, во-вторых, на всех его картинах предметы или лица выступали из сумерек или же из полной темноты и были нарисованы так, что создавалась полнейшая иллюзия объема. Казалось – всё можно потрогать, всё настоящее. Ну, а в-третьих, вокруг его персоны витал такой ореол мистической тайны и загадочности, что меня, как заслуженную журналюгу «Непознанного мира» просто не могло оставить равнодушной. В общем, я практически влюбилась и мечтала хотя бы одним глазком увидать художника, поглядеть, так же он вампирически прекрасен в реальности, как и на экране? Но это было сложно осуществить, Марк не ходил на светские мероприятия, давал пару интервью в год и примерно так же часто появлялся на ТВ. Хотя, в последнее время, мастеру, видимо, наскучило затворничество, и сюжеты с его участием стали мелькать немного чаще.

Репортаж закончился, забытый чай остывал, а я все грезила о чуде нашего случайного знакомства. Пораженных моими блестящими внешними данными (в мечтах можно слегка и приукрасить), он немедленно возьмется писать мой портрет… два портрета… нет, целую серию портретов для отдельной выставки. О, какой оглушительный успех она будет иметь! Я уже стояла в галерее на открытии этой выставки с бокалом французского (это очень важно!) шампанского и длинном вечернем платье (сроду не носила длинных платьев, но ради такого события можно и принарядиться), как совершенно некстати зазвонил телефон. Его мерзкий треск вырвал меня из плена грез и усадил обратно в продавленное кресло перед телевизором. Даже шампанское только распробовать не успела. Поставив кружку с чаем на пол, дотянулась до стоявшего на подлокотнике дивана аппарата.

– Слушаю.

– Сенка, привет! – раздался голос подруги детства и отрочества Таисии Михайловны. – Как твои дела?

– Да так…

– Все понятно, – судя по всему, Тае не было интересно, как у меня дела. – Слушай, можно я к тебе заеду сейчас ненадолго?

«Ненадолго» в понятии госпожи Ливановой означало с ночевкой дней на пять, на полном моем довольствии, с постоянными претензиями и придирками к сервису и качеству обслуги.

– Конечно, заезжай, – а так хотелось посидеть в тишине и помечтать…

– Только я не одна, ничего?

– А с кем? – я малость встряхнулась, настораживаясь.

– Понимаешь, к нам приехала очень дальняя папина родственница, а у мамы аллергия на всех без исключения папиных родственников…

– Ближе к сути, если можно, а то я уже волноваться начинаю.

– Короче, ее воткнули на мою жилплощадь! И она все вечера напролет сидит безвылазно дома, постоянно наблюдая, чем я занимаюсь, с кем и о чем разговариваю по телефону! Я даже в гости никого не могу пригласить под таким-то пристальным присмотром! А у меня свидание сегодня, понимаешь? В баре мы уже просидели все деньги, по улице шататься холодно, домой к нему идти боюсь, вот я и подумала…

– Ты хочешь устроить оргию на моей территории? – мрачно перебила я.

– Бог с тобой, Сена, какие оргии? – огрызнулась подруга. – Не с моим-то счастьем! Так можно у тебя посидеть или нет?

– Можно, конечно, что ж поделать… Вы далеко?

– В двух станциях от тебя! Спасибо, Сенчик! Сенофондик ты мой дорогой! Мчимся!

Повесив трубку, я допила холодный чай и пошла на кухню малость прибраться к приходу дорогих гостей. Я очень надеялась, что все деньги в баре они не только пропили, но и хоть немного проели и мне не придется готовить для них кормежку на ночь глядя. Этого делать не хотелось прямо таки смертельным образом.

Не успела я морально настроиться на великосветский прием, как гости уже принялись трезвонить в дверь.

– Иду, иду! – я нехотя поплелась в прихожую.

Влюбленная парочка к счастью оказалась не сильно пьяной и в благостном расположении духа. Галантный кавалер особо выдающимися внешними данными не блистал, так себе… обычный парень. Но, не во внешности, как говориться, счастье, записные красавчики поголовно бабники, альфонсы и мерзавцы. Ну, я так думаю…

Удача улыбнулась мне вторично: в моем обществе голубки не нуждались, поэтому я оставила их на кухне, прикрыла дверь, чтоб не сильно громко воркованье по квартире разносилась и с наслаждением вернулась в кресло. Но, не успела я расслабиться, вытянуть ножки и уткнуться в экран, как началось: «Сена, а где у тебя кофе? А сахар где, не напомнишь? Сена, а вот тут у тебя полбутылки коньяка, можно мы допьем? Сена, а лимон есть? А перекусить у тебя ничего не найдется?» Думая о том, как сильно я ненавижу этих людей, я поплелась обратно на кухню.

От Таиного ухажера удалось избавиться только к полуночи. Разомлевший в тепле юноша совсем был не против остаться с ночевкой, как он выразился «ну, хотя бы в коридоре на коврике», но я была непреклонна, сообщив, что все коврики в этой квартире принадлежат моему сенбернару и более никто на них ночевать права не имеет. Захлопнув за ним дверь, я сказала Тае, что за мой испорченный вечерний отдых она расплатится утренней прогулкой с Лаврентием, и, наконец-то, пошла раскладывать и стелить диван.

Редкий случай, но Таисия и впрямь сводила Лаврентия прогуляться безо всяких бурдений, бухтений и возражений, затем потрясла меня за плечо, крикнула в ухо: «Вставай, лодырюга, всю работу проспишь!» и умчалась по своим делам. Не так часто мне удавалось уклониться от прогулки, неторопливо умыться, накормить Лавруху, позавтракать самой, не заглатывая куски, как удав, не обжигаясь кофе. Даже вырисовывался шанс явиться на работу во время. Прихватив на всякий случай зонтик – сентябрьское пасмурное утро грозилось перерасти в дождливый денек, наказала Лавру не скучать, оставаться за хозяина, потрепала за ухом, и помчалась самоотверженно трудиться на ниве газетного вранья.

Глава вторая

В редакцию издательского дома «Комета», где влачила свое существование наша несчастная газетенка криминала и аномальных явлений «Непознанный мир», я заявилась в числе первых, опоздав буквально на какие-то жалкие двадцать минут. Из коллег по желтому перу в наличии имелся только Влад, он почти всегда приходил вовремя, такой вот он хороший и дисциплинированный. Обменявшись приветствиями, решили поболтать.

– Ты чего такая радостная прямо с утра? – он присел на край стола Тины Олеговны, наблюдая, как я вынимаю из ящика стола всякое бумажное барахло и раскладываю его по столу, готовясь рваться в бой литературный.

– Во-первых, мне удалось поспать подольше, сегодня Тая гуляла с Лавром, во-вторых, вчера показывали большой сюжет о Марке Лессере и я его с огромным удовольствием посмотрела.

– Кто такой Марк Лессер?

Я прямо ушам своим возмущенным не поверила, какое фантастическое невежество!

– Это художник, Владик, очень известный причем. Его картины за миллионы раскупают отечественные и заграничные ценители прекрасного.

– А-а-а, да-да, кажется, что-то припоминаю, – поскреб он подбородок, – это такой странный тип, он мог бы еще без грима сниматься в фильме «Молодые годы Дракулы», да?

За это Владик едва не получил по лбу папкой с черновиками, жаль, во время успел увернуться.

Вскоре подтянулись остальные рабы желтой прессы, позже всех явился наш Великий и Ужасный Предводитель Конякин Станислав Станиславович, и трудовая вахта началась. До обеда, в общем-то, валяли дурака, кто во что горазд, сразу после обеда стали с нетерпением ждать окончания рабочего дня и планировать вечерние пятничные делишки, в общем, ничто не предвещало потрясений. И тут вдруг к нам Конякин и рявкнув в своей обычной манере:

– Так! Назревает кое-что интересное!

Коллектив мгновенно насторожился, как охотничьи борзые, завидев заячий хвост. «Кое-что» интересное в нашей безрадостной рутине это, несомненно, большое событие.

– Три газеты, в том числе и наша, дожали Марка Лессера и он согласился дать интервью!

Наступила мертвая тишина. От постигшего меня изумления мозг отключился, а рот самопроизвольно открылся и из него вылетело:

– Он согласился дать интервью нам? Это не ошибка?

– Что тебя, Сена, удивляет? – начальство вперило в меня свой огненный взор.

– Да нет, ничего, – жалко залепетала я, но Конякин не стал слушать.

– Интервью надо взять вперед конкурентов! Крутитесь, как хотите, но чтобы у нас был эксклюзив на первой полосе!

Сначала в редакции стояла мертвая тишина, затем народ хором заорал от восторга. Всеобщую звуковую волну перекрыл мой пронзительный вопль, идущий от самого сердца:

– Можно это сделаю я!!! Можно я, я, я возьму у него интервью?! Он мой кумир!

Оглохший коллектив замолк, впечатленный столь громким проявлением чувств, даже Тина Олеговна не стала вставлять свои ядовитые шпильки, а просто криво усмехнулась – другого такого момента, чтобы она просто промолчала, кажется, ещё не бывало.

– Да, Сена, можно! – Милостиво избрал мою кандидатуру С.С. – Запиши его телефон, интервью только после предварительной договоренности непосредственно с художником.
1 2 3 >>
На страницу:
1 из 3