Оценить:
 Рейтинг: 4.6

Зильбер. Первый дневник сновидений

Серия
Год написания книги
2014
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 ... 13 >>
На страницу:
5 из 13
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
– Может, лучше сразу короткое чёрное со стразами? – насмешливо спросила я.

– Да, и лайковые перчатки, – добавила Мия. – Уф-ф, это всего лишь глупый ужин. И самый обычный вечер самого обычного понедельника. Я лично пойду в джинсах.

– Обсуждению не подлежит! – отрезала Лотти. – Вы должны сегодня показать себя с лучшей стороны.

– В мамином платье? Интересно, ты-то что наденешь, Лотти, неужели праздничный дирндль[3 - Дирндль – традиционная женская одежда немецкоговорящих альпийских регионов.]?

Мы с Мией захихикали.

Лотти приосанилась и гордо вскинула голову. Если дело касалось дирндля, она становилась ещё более серьёзной, чем в вопросе рождественских традиций.

– Я бы с радостью так и поступила. Потому что мой дирндль уместен всегда. Но мы с Кнопкой остаёмся дома.

– Что? Ты бросишь нас там одних? – закричала Мия.

Лотти молчала.

– О, понимаю, мистер Спенсер тебя не пригласил, – заключила я, и тут у меня родилось какое-то нехорошее предчувствие.

Мия возмущённо распахнула глаза.

– Этот ужа…

Лотти тут же принялась выгораживать Эрнеста:

– Ну подумайте сами, в подобной ситуации так не поступают. На… семейные вечера не берут с собой няню.

– Но ты – член нашей семьи! – Мия разломила ванильный полумесяц, и Кнопка с надеждой вскинула голову. – Ох уж этот глупый зазнавшийся старикан!

– Нет, он не такой, – возразила Лотти. – Отношение мистера Спенсера ко мне всегда было абсолютно безупречным. Он показал себя очень обходительным мужчиной с хорошими манерами, и мне кажется, что к вашей матери он питает самые сильные и светлые чувства. Он честен перед ней и перед нами. Подумайте только, как мистер Спенсер старался помочь, когда выяснилось, что наш коттедж не пригоден для жилья. Без него нам не удалось бы получить эту квартиру, а вас никогда не взяли бы в «Академию Джабс» – пришлось бы вам, как остальным желающим, ждать своей очереди неизвестно сколько времени. Пора бы, девочки, постепенно смириться и полюбить его, – она строго посмотрела на нас. – А сегодня вечером вы оденетесь согласно правилам приличия.

Проблема была лишь в том, что Лотти так же умела бросать строгие взгляды, как Кнопка – устрашающе лаять. Ни одна, ни другая никогда не выглядели по-настоящему грозно, а всё из-за карих собачьих глаз, которыми были наделены и Кнопка, и Лотти. Сейчас я так сильно любила нашу дорогую няню, что меня просто распирало от нежности.

– Ну ладно, – согласилась я. – Но только если ты одолжишь мне свой дирндль.

Мия не выдержала и хихикнула:

– Ну да, ведь твой дирндль уместен всегда!

– Не мой дирндль, а любой дирндль!

Лотти задумчиво уставилась в пустоту, убрала с лица тёмные локоны (у Кнопки были, кстати, точно такие же) и продолжила уже по-немецки:

– Не хотелось бы разбивать твои иллюзии, сердце моё, но для моего дирндля у тебя не достаточно… округлые формы. Ясно?

«Округлые формы», очевидно, были противоположностью «плоской как доска». Поглядим, смогу ли я ввернуть эти выраженьица на уроке немецкого.

Я хотела рассмеяться, но издала лишь какое-то странное сопение.

– Я тебя так люблю, Лотти, – сказала я намного более серьёзным тоном, чем собиралась.

Глава пятая

Мне почему-то казалось, что дом Эрнеста Спенсера должен выглядеть намного изысканнее и богаче, и я почти разочаровалась, когда наше такси остановилось перед сравнительно скромным на вид кирпичным домом на Редингтон Роуд. Традиционная кладка, окна с белыми подоконниками, множество фронтонов и эркеров, скрытые за калиткой и стенами, – дом совершенно такой же, как и многие другие на этой улице. Дождь стих, и вечернее солнце окрасило всё вокруг золотым светом.

– Вполне симпатично, – ошарашенно прошептала Мия, пока мы следовали за мамой по вымощенной дорожке к входной двери. В саду цвели гортензии и росли подстриженные в форме шаров декоративные деревья.

– Самая симпатичная тут ты, – прошептала я в ответ.

Слова мои были чистой правдой – Мия выглядела просто изумительно с мудрёными косичками, шедевром Лотти, которые должны были придать ей праздничный вид и сыграть на контрасте с джинсами. Мама (к большому сожалению Лотти) разрешила нам их надеть. Прежде всего потому, что щеголять в свежевыглаженном праздничном платье сегодня ей хотелось самой.

Мама нажала на кнопку звонка, и в доме раздалась мелодичная трель.

– Прошу вас обеих, будьте умницами. И ведите себя нормально.

– Если я правильно поняла, ты запрещаешь нам на сегодня игры с едой за столом, громкие отрыжки и непристойные шутки? – Я дунула на прядь, норовящую опуститься прямо на глаза. Наверное, Лотти заплела бы мне такие же изящные косички, как и Мие, но я так долго торчала в ванной, что на это просто не хватило времени. – Мам, вот честно, если здесь кому-то и надо напоминать о хорошем поведении, так только тебе!

– Точно! У нас-то идеальные манеры. Добрый вечер, уважаемый, – Мия присела в кокетливом реверансе перед мощной каменной скульптурой, стоящей у входной двери. Это была помесь орла (от головы до груди) и льва (всё остальное), немного толстоватое создание.

– Прошу простить, меня зовут Мия Зильбер, а это моя сестра – Оливия Зильбер, а вон та хмурая особа – наша рассеянная мамуля, профессор Энн Мэтьюз. Разрешите поинтересоваться, с кем имею честь..?

– Это Страшила Фредди, также известный как Толстяк Фредди.

Мы и не заметили, как бесшумно отворилась дверь и перед нами предстал высокий парень немного старше меня, одетый в чёрный свитер и джинсы. Я облегчённо вздохнула. Хорошо, что наша рассеянная мамуля сама захотела надеть это идиотское праздничное платье, я бы в нём просто выставила себя на посмешище.

– Это свадебный подарок бабушки и дедушки моим родителям, – сказал парень и похлопал Страшилу Фредди по клюву. – Папа уже давно хочет оттащить его в дальний угол сада, но эта штука весит не меньше тонны.

– Привет, Грейсон! – мама поцеловала парня в обе щеки, а затем указала на нас. – А вот и мои мышата, Мия и Лив.

Мы с Мией ненавидели со страшной силой, когда мама называла нас «мышатами», будто сразу же указывая каждому на наши слишком большие передние зубы (они и впрямь несколько длинноваты).

Грейсон улыбнулся нам:

– Привет. Рад знакомству.

– Да, точно-точно, – пробормотала я.

– А у тебя помада на щеке, – сказала Мия.

Мама вздохнула, а Грейсон немного смутился.

В глаза сразу же бросалось его сходство с отцом. Если не считать волосы, конечно. Те же широкие плечи, та же уверенная осанка, та же отстранённая улыбка звёздного политика. Возможно, именно поэтому мне и показалось, что я его откуда-то знаю. Как бы там ни было, огромные уши Эрнеста он не унаследовал. Хотя, быть может, всё ещё впереди. Когда-то я читала, что уши и носы – это единственные части тела, которые растут чуть ли не до глубокой старости.

Мама уверенным шагом прошествовала мимо Грейсона, будто знала этот дом наилучшим образом. Нам ничего не оставалось, как последовать за ней.

В прихожей мы нерешительно остановились, потому что мама куда-то пропала.

Грейсон закрыл за нами дверь и провёл ладонью по щекам.

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 ... 13 >>
На страницу:
5 из 13