Литература 20 века

«Может быть, прочтя заглавие этой книги, какой-нибудь сердобольный читатель, не разобрав дела, сразу и раскудахчется, как курица: – Ах, ах! Какой бессердечный, жестоковыйный молодой человек – это…

«Может быть, прочтя заглавие этой книги, какой-нибудь сердобольный читатель, не разобрав дела, сразу и раскудахчется, как курица: – Ах, ах! Какой бессердечный, жестоковыйный молодой человек – это…

«…Ужасно легко и вместе с тем ужасно трудно представить в сжатом очерке картину национального брожения в Индии. Ужасно легко, если принять какую-нибудь готовую формулу вроде «Народ в Индии, стону…

«…Ужасно легко и вместе с тем ужасно трудно представить в сжатом очерке картину национального брожения в Индии. Ужасно легко, если принять какую-нибудь готовую формулу вроде «Народ в Индии, стону…

«Рассказ мой начинается с того самого момента, как Марья Сергеевна дала пощечину своему супругу Алексею Трофимовичу. Вслед затем она упала в кресло, взвизгнула, захохотала, заплакала, заболтала н…

«Рассказ мой начинается с того самого момента, как Марья Сергеевна дала пощечину своему супругу Алексею Трофимовичу. Вслед затем она упала в кресло, взвизгнула, захохотала, заплакала, заболтала н…

«…Тиран призвал к себе мудреца, чтобы спросить его, как лучше всего отомстить врагу. Тиран. Назови мне самую жестокую, медленную муку, посредством которой я мог бы запытать преступника до смерти.…

«…Тиран призвал к себе мудреца, чтобы спросить его, как лучше всего отомстить врагу. Тиран. Назови мне самую жестокую, медленную муку, посредством которой я мог бы запытать преступника до смерти.…

«Милостивые государыни! Вас, конечно, интересует происхождение вашего друга. Лучшего друга! С которым вы расстаётесь так редко. Который обнимает вашу талью одинаково плотно…»

«Милостивые государыни! Вас, конечно, интересует происхождение вашего друга. Лучшего друга! С которым вы расстаётесь так редко. Который обнимает вашу талью одинаково плотно…»

«Г-да гуманные тюрьмоведы-теоретики могут полагать как угодно. А вот тюрьмовед-практик, один из сахалинских смотрителей, знаменитый своей жестокостью, великий специалист по части телесных наказан…

«Г-да гуманные тюрьмоведы-теоретики могут полагать как угодно. А вот тюрьмовед-практик, один из сахалинских смотрителей, знаменитый своей жестокостью, великий специалист по части телесных наказан…

«Был конец мая. Салоны кончались. В Париже становилось пыльно и душно. На киосках красовались соблазнительные объявления о дешевых поездках на берег моря, в горы, в Италию. Очевидно, надо было ку…

«Был конец мая. Салоны кончались. В Париже становилось пыльно и душно. На киосках красовались соблазнительные объявления о дешевых поездках на берег моря, в горы, в Италию. Очевидно, надо было ку…

«Перед присяжными заседателями тульского окружного суда предстал маленький, тщедушный, жалкий, заморенный, забитый, изничтоженный юноша, мещанин Грязнов, по обвинению в тягчайшем преступлении, ка…

«Перед присяжными заседателями тульского окружного суда предстал маленький, тщедушный, жалкий, заморенный, забитый, изничтоженный юноша, мещанин Грязнов, по обвинению в тягчайшем преступлении, ка…

«Как это случилось в первый раз, Иван Иванович даже не может дать себе отчёта. Это произошло вечером, в полумраке кабинета. Дрожали красные, синие, жёлтые пятна, которые бросал разноцветный фонар…

«Как это случилось в первый раз, Иван Иванович даже не может дать себе отчёта. Это произошло вечером, в полумраке кабинета. Дрожали красные, синие, жёлтые пятна, которые бросал разноцветный фонар…

«Мы многое еще не сознаем, Питомцы ленинской победы, И песни новые По-старому поем, Как нас учили бабушки и деды…»

«Мы многое еще не сознаем, Питомцы ленинской победы, И песни новые По-старому поем, Как нас учили бабушки и деды…»