Мой мир: путь культивации сквозь миры

Ян Бо с удивлением спросил: «Разве это не похоже на "три тысячи миров" буддизма?»

Тысяча маленьких тысяч миров называется «средней тысячей миров»; тысяча средних тысяч миров называется «большой тысячей миров».

Одна большая тысяча миров, поскольку она содержит маленькие, средние и большие тысячи, обычно называется «три тысячи больших тысяч миров».

А три тысячи больших тысяч миров – это мир буддийской страны.

Ши-дед мягко кивнул и улыбнулся: «В общем-то, похоже. В даосизме и буддизме много общего, однако большинство из этих лысых монахов слишком лицемерны… Но ты еще молод, не обращай внимания на это».

Пока ши-дед рассказывал ему о различиях между мирами, Янь Чися, заметивший движение за стенами храма, с мечом в руке выпрыгнул из храма Ланьжосы.

«Кто идет…»

Не успел договорить, как меч Янь Чися выпал из его рук на землю, издав звонкий звук.

Ши-дед лишь взглянул на него и сказал: «Ни даос, ни буддист… но сила неплохая, похоже, человек с судьбой».

Даже видавший виды Янь Чися был ошеломлен и не мог вымолвить слова.

«Вы… вы…»

Ян Бо, глядя на остолбеневшего Янь Чися, с видом человека, нашедшего поддержку у старших, сказал: «Мои старшие любят меня, вот, услышали, что меня обидели, и непременно захотели прийти посмотреть…»

«Эх, и я ничего не могу поделать».

Ши-дед погладил голову Ян Бо и сказал с улыбкой: «Парень, ты выглядишь так, что прямо хочется тебя отлупить, но ты прав. Кто посмеет обидеть человека с Маошань? Этот бедный даос сам хочет посмотреть, что это за Шу Яо Лаолао и Хэйшань Лао Яо такие».

Затем он повернулся к последовавшей за ним сотне людей и сказал: «Ши-дед, позади храма Ланьжосы неиствует энергия призраков, очевидно, это врата между преисподней и миром людей. Внучатый ученик готов немедленно повести людей испытать этого Хэйшань Лао Яо».

Пожилой мужчина, выглядевший примерно того же возраста, что и ши-дед Ян Бо, мягко кивнул и произнес одно слово: «Можно!»

В мгновение ока необъяснимая мощь взметнулась к небу, поглотив зловещую энергию призраков вокруг.

Десятки фигур, источающих энергию призраков и духов, исчезли на месте.

Через мгновение.

Над храмом Ланьжосы начало сгущаться облако.

*Грохот!*

Молния толщиной больше тела Ян Бо обрушилась с неба, раздался крик, звучавший не по-мужски и не по-женски – без сомнения, это был крик Шу Яо Лаолао.

Внезапно поднялся ураганный ветер, от которого невозможно было открыть глаза. Не успел Ян Бо что-то сказать, как раздалось несколько голосов.

«Ветер, остановись!»

Бушующий ветер прекратился без всяких признаков.

Затем ещё одна бессмертная фигура в голубом одеянии, выглядевшая лет на тридцать, вышла из толпы, поклонилась ши-деду Ян Бо и сказала: «Ши-дядя, этот Хэйшань Лао Яо довольно силен, племянник пойдет посмотреть обстановку».

«Хм».

Получив одобрение, этот, казалось бы, молодой, но на самом деле обладающий пугающе высоким статусом патриарх Маошань взлетел в небо.

Он выпустил магический меч из-за спины, нацелил его в сторону леса позади Ланьжосы и громко крикнул: «Хэйшань Лао Яо! Раз ты сам напрашиваешься на смерть, этот бедный даос провожет тебя!»

Магический меч выстрелил с такой скоростью, что даже при нынешней силе Ян Бо он не мог разглядеть его. Он видел лишь, как меч мгновенно исчез.

«Искусство управления мечом?!»

Неужели на Маошань есть и такие навыки?

Увидев его выражение лица, ши-дед тут же улыбнулся: «Любимый внучек, что? Нравится искусство управления мечом?»

Услышав это, Ян Бо закивал, как молитвенная машина, его глаза загорелись: «Ши-дед, вы можете научить меня?»

«Без проблем, но искусство управления мечом требует большого расхода магической силы, в архивах Маошань есть его наследие…»

В конце концов, на Маошань есть представители во всех сферах, даже путь к "бессмертию" есть, как может не быть такого простого искусства, как управление мечом?

Цзю Шу мог использовать магическую силу, чтобы управлять медным монетным мечом для охоты на монстров.

Услышав это, в сознании Ян Бо немедленно возникли образы мастера меча.

Лететь на мече с попутным ветром, истреблять демонов между небом и землей!

'Завтра закажу ещё несколько костюмов мастера меча… Хотя нет, управление серпом должно быть таким же, верно?'

**Глава 112. Пожалование третьего ранга**

На небе появилось заклинание, словно пронизывающее небо и землю, а прямо под ним находился тот самый лес позади храма Ланьжосы.

Золотой свет, призванный неизвестно каким достигшим "бессмертия" патриархом, обрушился вниз. Ян Бо прищурил глаза, в ушах раздавались ругательства Хэйшань Лао Яо.

Через мгновение звуки стихли.

Вскоре несколько фигур вернулись из леса. Один ши-дядя нес обуглившуюся массу – несомненно, это было Шу Яо Лаолао.

По сравнению с Шу Яо Лаолао двухдневной давности, теперь от её дьявольского вида не осталось и следа, всё существо сжалось, как перепел.

Ши-дядя, несший Шу Яо Лаолао, швырнул его к ногам Ян Бо и доброжелательно сказал: «Внучек, этот древесный демон оставляем тебе для распоряжения, хочешь – убивай, хочешь – закапывай, как пожелаешь».

Не дожидаясь ответа Ян Бо, этот ши-дядя подошел к самому старшему по рангу тай-ши-дзу, почтительно сказав: «Ши-дед, это действительно преисподняя этого мира, просто непонятно, почему преисподняя позволяет таким монстрам творить зло…»

Тай-ши-дзу слегка прищурился, подумал мгновение и сказал: «Преисподняя – это преисподняя, даже если боги и духи скрылись, это не оправдание для таких монстров бесчинствовать. Я пойду в преисподнюю, проверю обстановку».

«Сяосань…»

В тот момент, когда Ян Бо удивился, кто такой Сяосань, стоявший рядом ши-дед отозвался, склонившись в поклоне: «Ши-дед, Саньюнь здесь».

«Ты отвечаешь за безопасность А Яна и жалуешь ему третий ранг, даруешь ему реестр Пяти Громов. Когда он немного подрастет, жалуешь ему второй ранг, даруешь реестр Трех Пещер и Пяти Громов…»

Ши-дед Ян Бо вдруг неловко сказал: «В ответ ши-деду, этот ребенок уже изучил реестр Пяти Громов…»

«Хм? Почему же я наверху не получал известий о пожаловании ранга?»

«Ши-дед, в мире людей произошли великие перемены, императора больше нет, многие правила нашего Маошань тоже пришлось изменить…»

«Хм, ты прав, тогда пожалуй ему третий ранг, обучи реестру Трех Пещер и Пяти Громов… Судя по твоему виду, не говори, что ты уже и реестр Трех Пещер и Пяти Громов ему передал!»

Ши-дед также поспешно сказал: «Нет, нет, в этот раз точно нет, реестр Трех Пещер и Пяти Громов требует знания "Канона Трех Пещер", а этот ребенок еще не изучал даосские каноны как следует».

Тай-ши-дзу: «......»

Не изучал даосские каноны… Не изучал даосские каноны…

Вспомнил, как сам когда-то изучал утром и вечером, как его вешали и били за невыученное…

Ладно, ладно.

Ши-дядя вынул из-за пазухи нефритовую подвеску, испускающую мерцающий белый свет, медленно подошел к Ян Бо и сказал: «У тай-ши-дзу нет ничего особенного, что можно было бы подарить тебе, носи эту защитную подвеску, обычная нечисть не посмеет приблизиться к тебе…»

«Подожди, я отведу этих старших с Маошань в преисподнюю, если через три дня не будет вестей, немедленно забирай наших людей и покинь этот мир, понял?»

Глядя на нефритовую подвеску, излучавшую волны духовной энергии, Ян Бо на мгновение задумался, стоит ли её принимать.

Этот "отпугиватель демонов" для такого человека, как он, которому нужно убивать монстров для повышения уровня, был просто дебаффом…

Впрочем, дареному коню в зубы не смотрят.

«Тай-ши-дзу, не беспокойтесь, я понял».

Взяв подвеску, он сунул её в рюкзак.

Тай-ши-дзу улыбнулся, потрепал Ян Бо по голове и сказал: «Какой хороший мальчик».

Сказав так, он взмахнул рукавом.

Он и почти сотня прибывших с ним людей исчезли у ворот Ланьжосы, оставив только его, Цзю Шу и ши-деда.

«Учитель, ши-дед, может, сначала зайдем внутрь посмотреть?»

Цзю Шу уже оцепенел от своего младшего ученика. Если в этом мире не будет проблем, то его ученик непременно взлетит до небес, и он, как учитель, тоже сможет воспользоваться преимуществами.

Большая должность в преисподней?

Хе-хе, тогда если не дадут ему место судьи, он пойдет жечь благовония и жаловаться ши-деду!

А если его ученик впоследствии ещё проявит себя, то можно задуматься и о месте Яньло.

«А Ян, а этот древесный демон?»

«Древесный демон?»

Наклонившись и глядя на съежившееся на земле Шу Яо Лаолао, не смевшее издать ни звука, Ян Бо прямо подошел и пнул его тело ногой.

«Не притворяйся мертвым, а то вытащу твою душу прямо в преисподнюю, заставишь летать от удовольствия!»

Шу Яо Лаолао "ожило" и начало кланяться Ян Бо: «Дао-господин, у этого ничтожества глаза не видят горы Тайшань, вы великодушны, простите это ничтожество…»

Видя Шу Яо Лаолао таким, Ян Бо нисколько не смягчился. Когда оно втыкало корни толщиной с руку в тела мужчин, оно наверняка было не таким "вежливым".

«Поклоны? Поклоны тоже считаются! Древесный демон, я посадил драцену и лозу крови цилиня, хочу, чтобы они стали духами. Есть у тебя способ?»

А?

Шу Яо Лаолао остолбенело, оно никак не могло понять, почему человек, способный в любой момент призвать толпу "бессмертных" и "богов-духов", так неравнодушен к древесным духам.

Оно хорошо понимало: если бы не этот, казалось бы, безобидный малыш, заранее предупредивший, его давно бы уже расщепили на щепки эти голодные волки.

«Я знаю! Я знаю!»

«Деревьям самим по себе чрезвычайно трудно обрести разум, чтобы стать духом, нужно не только удачное время и место, но и некоторое участие человека…»

Слушая болтовню Шу Яо Лаолао, Ян Бо, хотя и не всё понимал, время от времени кивал.

Когда Шу Яо Лаолао закончило говорить, Ян Бо улыбнулся: «Хорошо, собирайся и уходи со мной…»

«Тогда поможешь моей драцене и лозе крови цилиня обрести разум. Если не получится – разрублю твое истинное тело на дрова».

Шу Яо Лаолао: «......»

«Приведи всех своих женщин-призраков в храм Ланьжосы, и помни – никаких фокусов, твое истинное тело всё ещё позади Ланьжосы. Если вздумаешь глупить, и я, маленький даос, могу проводить тебя…»

«Ничтожество не посмеет…»

Ян Бо вместе с Цзю Шу и ши-дедом, втроем, вошли в храм Ланьжосы. К тому времени Янь Чися тоже пришел в себя, поднял упавший на землю драгоценный меч и последовал за ними.

«Погодите!»

Затем он вместе с Ян Бо и остальными шагнул в храм Ланьжосы.

В одной из боковых комнат Шу Яо Лаолао возглавляло группу женщин-призраков, убирающих помещение, а Ян Бо и остальные сидели на диване сбоку, попивая чай.

«Учитель, разве на Маошань нет таких заклинаний, как заклинание очистки, заклинание подметания, заклинание удаления грязи?»

«Есть, но ши-дзу завещал не исследовать и не использовать подобные заклинания, говорил, что это порождает лень. Но если ты, А Ян, хочешь использовать такие заклинания, в другой день я научу тебя, это всего лишь мелкие незначительные техники».

Услышав это от Цзю Шу, Ян Бо ничего не сказал, ведь за каждым нелепым правилом скрывается ещё более нелепое событие.

«Тогда спасибо, учитель».

Глядя на более двадцати фигур, Ян Бо слегка кашлянул: «Достаточно, достаточно, идите сюда! Погоди, древесный демон, ты продолжай убирать!»

Шу Яо Лаолао: «......»

Увы, под чужим кровом приходится склонять голову…

**Глава 113. "Клуб" Ланьжосы**

В боковой комнате.

Яркое пламя факела колебалось с необъяснимым ритмом.

Более двадцати изящных женщин-призраков стояли перед ним в растерянности. Ян Бо встал, обвел взглядом их лица.

«Я не какой-то хороший человек, так что вам не о чем беспокоиться. Подумайте о самом страшном в вашем сердце – это именно то, с чем вам предстоит столкнуться».

Некоторые пугливые и мнительные женщины-призраки, услышав слова Ян Бо, тут же побледнели от страха.

В конце концов, один Шу Яо Лаолао держал их в ежовых рукавицах, а этот, хотя и выглядит как ребенок, но жестокий Шу Яо Лаолао перед ним – как перепуганный перепел.

Выражение лиц нескольких женщин-призраков в первом ряду не слишком изменилось, очевидно, у них крепкие нервы.

Ян Бо улыбнулся и кивнул.

Затем он с любопытством посмотрел на Не Сяоцянь и спросил: «Не Сяоцянь, а тот ученый по имени Нин Цайчэнь умер?»

Внезапно названная по имени Не Сяоцянь выглядела как ученица, отвлекшаяся на уроке, подняла голову и растерянно посмотрела на Ян Бо.

Ян Бо пришлось повторить: «Позапрошлой ночью тот ученый по имени Нин Цайчэнь, который пришел ночевать в Ланьжосы, умер?»

На этот раз Не Сяоцянь наконец очнулась, неуверенно сказав: «Нет… нет, его спас великий мастер Янь…»

Янь Чися тоже не ожидал, что здесь будет замешан и он, и тут же отмахнулся: «Я просто не хотел, чтобы невинный ученый погиб».

«Ладно, раз он выжил, значит, ему суждено жить, но…»

Ян Бо шаг за шагом подошел к Не Сяоцянь и, глядя в её черные глаза, спросил: «Ты… ты влюбилась в того ученого?»

В глазах Не Сяоцянь мелькнула паника, и она поспешно сказала: «Нет… нет».

«Сяоцянь, ах, Сяоцянь, как ты могла поддаться мужчине? Разве ты не видишь, каковы судьбы тех женщин-призраков, что поддались мужчинам!»

Ян Бо сказал с досадой: «Работа – это работа, любовь – это любовь, никогда не вкладывай чувства в работу, это большое табу в нашей профессии…»

«Ладно, ты еще молода, сможешь учиться постепенно».

Не Сяоцянь не могла понять, что именно хочет сделать Ян Бо, но она знала, что, похоже, он не слишком заботится о том, что она отпустила Нин Цайчэня.

Ян Бо снова оглядел женщин-призраков, и вскоре его глаза загорелись. Он протянул руку и указал на призрака сзади, выглядевшего жалким и вызывающим сострадание: «Ты! Иди сюда».

Женщина-призрак, на которую указал Ян Бо, её хрупкое тело слегка задрожало, но в конце концов она мелкими шажками подошла вперед: «Приветствую, господин».

«Зови меня "молодой господин", как тебя зовут?»

«Эта рабыня – Сяо Юнь».

«Сяо Юнь… Хорошее имя!»

У этой Сяо Юнь была бело-розовая кожа, ножки, тонкие, как ростки бамбука, при свете факела выглядевшие еще более яркими и нежными, особенно её лицо с нерассеивающейся печалью, вызывающей жалость, так и хотелось схватить её в объятия и безжалостно помучить.

Затем Ян Бо снова протянул руку, водя ею по толпе, и указал ещё на трех женщин-призраков.

«С сегодняшнего дня вы и Сяоцянь – техники первого уровня. Когда я закончу дела здесь, отведу вас на обучение и повышение квалификации…»

«Остальные – техники второго уровня. Хотя это деление по уровням основано на моем вкусе, это не значит, что в будущем вы будете хуже тех, первого уровня, просто будете больше трудиться».

«Запомните одно: мы продаем искусство, но не тело… Кто осмелится поступать иначе – переломаю ноги и вышвырну всех. Вы зарабатываете своим мастерством, в этом нет ничего постыдного».

Из ссыльных, набранных в Австралии, более семидесяти процентов – мужчины.