– До тех пор, пока тебя не настигла война, ты мой, – прошептала женщина, протянув ко мне руки, затем ухватила меня за ворот рубашки и притянула к себе.
Я на мгновение потерялась в глубине её больших глаз: Маркетта. Её звали Маркетта. Я откуда-то знала это. Её глаза сияли так же, как и в тот день, когда мы встретились.
– Давай поплаваем наперегонки, а затем понежимся на горячем песке, – игриво предложила Маркетта.
Я повернула камеру на себя и вздрогнула, увидев в чёрной линзе отражение молодого усатого мужчины.
– Ты здесь? – внезапно спросил фотограф, и я испугалась.
Откуда он знает? Он чувствовал моё присутствие, как и двое других, в разум которых я заглянула до этого.
– Да, – ответила я.
– Я всегда буду рядом с тобой, ведь я твой талисман, а ты – мой, – смеясь, сказала Маркетта. Она думала, что мужчина разговаривает с ней.
Не подозревая о непрошеной гостье, женщина обрызгала любимого фотографа водой. Затем она схватила камеру. Клик. Сделав фотографию, она подошла к нему и поцеловала. Это было странно и в то же время прекрасно.
Затем что-то затмило солнце. Опустилась внезапная странная тьма, которая затуманила образ женщины. Весь пейзаж стал размытым, и камера выпала из моих рук.
Озеро исчезло, но я всё ещё ощущала тёплые волны. Хотя вокруг больше не было летнего пейзажа и женщины рядом. В голове снова вспыхнула боль, ставшая ещё невыносимее. Яркий свет флуоресцентных ламп на потолке слепил глаза. Меня везли на каталке по больничному коридору.
– Пульс слабеет, – сказал кто-то. – Везите в реанимацию…
Я умираю? Но я не хотела сдаваться! Я слишком часто опускала руки. Пасовала перед издевательствами и всевозможными страхами. Во мне проснулся новый, первобытный, эгоистичный инстинкт выживания.
Внезапно от людей, встреченных в видениях, ко мне полился необъяснимый поток энергии. Они всё ещё были в моей голове. Как будто бы в глубинах моего сознания открылись врата в прошлое. Я создала связь с тремя людьми из трёх разных временных эпох. Я чувствовала себя сильной. Я была не одна. Меня охватила внезапная сильнейшая радость, и слёзы счастья покатились из моих глаз.
Я широко улыбалась, когда меня с грохотом провозили на каталке через двустворчатые двери в отделение реанимации.
Осень
Калевальский ужас
МОИМ РОДНЫМ ГОРОДОМ БЫЛА ДАЖЕ НЕ отсталая Лиекса[2 - Город в Северной Карелии (одна из областей Финляндии). Расположен на восточном берегу озера Пиелинен.], а захудалая деревушка на её окраинах. Глухомань или захолустье, как сказали бы мои друзья из Хельсинки. И они были бы абсолютно правы. Здесь не было ни музеев, в которых можно было бы увидеть творения художников, ни зданий с красивой архитектурой. Насладиться латте по заоблачной цене здесь тоже было негде. И это не столица, где плата за смехотворно маленькие квартиры обязательно влетит вам в копеечку.
Уже стемнело, когда я вышла на автобусной остановке в полнейшей глуши и ступила на длинную прямую дорогу. Там я наконец сняла наушники. Всю дорогу я слушала треки Good Boys и других рэперов с юга. Среди этих бескрайних лесов, от которых словно исходила угроза, мир большого города казался невообразимо далёким.
Я поставила рюкзак на землю и размялась. После длительного сидения казалось, что вместо ног у меня две окостеневшие деревянные коряги. Дорога утомила. За один день я сменила не один вид транспорта: электросамокат, метро, трамвай, поезд, автобус и, наверное, этот заключительный этап стоило бы преодолеть верхом на осле. Хотя, наверное, я и сама была ослом, раз приехала сюда.
И чего я забралась в эту глушь? На лес посмотреть? Или поглазеть на эту пустоту? Я, конечно же, знала ответ – из-за папы. Но мне всё-таки было немного страшно, ведь я не знала, как он отреагирует на моё неожиданное возвращение.
Я застыла на месте, пристально всматриваясь в лес. Похоже, там кто-то ходил. Кто-то странно ссутулившийся. Я присмотрелась повнимательнее. Это точно не был кто-то из жителей деревни. И даже не человек! Сердце бешено колотилось. Что, чёрт возьми, это такое? Животное или какое-то другое существо? На вид оно было довольно отвратительным: огромная голова странной формы, выступающий вперёд подбородок, слишком длинные толстые руки, покрытые, кажется, мехом. Существо передвигалось на двух ногах, но у него имелся волочащийся по земле хвост с кисточкой как у тролля.
Только не сейчас! Меня уже очень давно не посещали видения. После того случая в машине «Скорой помощи» не было ни одного.
Существо остановилось, заметив меня. Я тоже стояла не шелохнувшись. Тихо шумел лес. Внезапно существо взревело и странно согнулось. Быстро оглядываясь по сторонам, я попыталась найти какое-то укрытие, но, когда снова взглянула на тролля, его уже не было.
Сердце бешено колотилось. Вероятно, надо было смириться с тем, что мой вышедший из-под контроля мозг с этого момента снова будет показывать мне странные видения.
…Летом, после катастрофы, случившийся со мной во время турнира, медицинская бригада ещё долго изучала магнитно-резонансную томографию моего мозга. Глиобластома. Злокачественная опухоль головного мозга. Мне было назначено «симптоматическое лечение». Интернет описал всё напрямую, лучше, чем какой бы то ни было врач: «Случаи долгосрочного выживания не зарегистрированы». Оно и к лучшему, я не стану ни для кого обузой.
Врачи переживали из-за моего решения отказаться от препаратов и лучевой терапии, но я вконец устала от бесконечных уколов и исследований. Моё состояние не становилось лучше, а лишь ухудшалось. У меня больше не было сил ни на одну спинномозговую пункцию.
…Я шла в дом моего детства прямо по железнодорожным путям, балансируя на рельсах, как на трапеции – именно это я всегда представляла, когда была маленькой. Окрашенные в разные цвета осенние листья устилали всё вокруг. В прохладном воздухе пахло мокрым мхом и сосновой хвоей. Я попыталась различить дома перед собой, но за стволами деревьев был виден только танец теней угасающего вечера.
По мере того, как железнодорожные пути поворачивали к реке, впереди постепенно вырисовывалась родная деревня. Семьсот миллионов лет назад сюда рухнул метеорит, и на месте его падения возникли озеро, река и подходящая для обитания людей территория. Вдоль реки был налажен торговый путь, по которому перевозили мех и бог знает что ещё.
В нижнем течении были найдены жилища каменного века, а на близлежащих островах всё ещё сохранилось несколько древних городищ железного. К этим грудам камней сейчас водили школьные экскурсии, но особых впечатлений они не оставляли. На живописном месте древнего рынка теперь возвышался торговый центр – средоточие жизни всей деревни. А рядом с ним располагалась заправка.
Когда я подошла к реке, мой мозг снова взялся за старое. На скалистом берегу я увидела старуху, одетую в тёмное старомодное платье и чёрный как смоль платок. Прижимая к щеке белоснежный носовой платок, она стояла на коленях, а перед ней, раскинув руки, лежал полуголый молодой человек, словно погибший воин.
Видение пришло будто прямиком из «Калевалы». Я буквально очутилась в ожившей легенде. Ситуация казалась неправдоподобной и реальной одновременно. Было ли это новым видением или происходило на самом деле?
Я подбежала к ним.
– Искусственное дыхание сделали? – спросила я у старухи и прижала ухо ко рту мужчины, лежавшего без сознания.
Но он дышал.
Старуха зыркнула на меня с неприязнью.
– Не смешно, – резко прошипела она с отчётливым карельским акцентом. – Может, отойдёшь?
Теперь я осознала, что это была далеко не старуха, а девушка в старушечьем одеянии. Вообще-то, она была немного похожа на мою одноклассницу Сюксю, издёвки которой я терпела в старших классах и которую ненавидела всем сердцем.
Да, и судя по всему, происходящее всё же не было видением.
– Что это за психопатка, чёрт возьми? – сказал кто-то позади меня.
Я посмотрела через плечо. Там стоял Вяйнямёйнен. Совсем как настоящий. Это тот самый чувак из старых легенд, который смастерил кантеле[3 - Кантеле – карельский щипковый инструмент, похожий на гусли.] из щучьей челюсти и загнал Йоухакайнена в болото. Или как-то так. Я не очень внимательно слушала учительницу на уроках родного языка, так что все мои познания о «Калевале» исходили из «Собачьей Калевалы»[4 - Иллюстрированная версия эпоса «Калевала», созданная Маури Куннасом, главные герои книги – дикое племя собак.].
На краю леса появились существа. Среди них был и тролль, которого я видела немного раньше. Они быстро приближались, окружая меня со всех сторон. Неужели они лишь плоды моего нездорового воображения?
Мне снова стало страшно. Я уже не знала, что реально, а что нет. Я не вынесу, если подобное будет происходить так часто. Хотелось сбежать. Но куда? Существа были уже совсем близко и смотрели на меня недобро. У тролля были светящиеся глаза гиены и огромные кулаки.
– Священник! – внезапно вскричал Вяйнямёйнен, указывая на велосипедиста, приближающегося по дороге.
И в тот же миг существа ринулись обратно в лес, спотыкаясь о свои костюмы.
Я сглотнула. Затем посмотрела на лежащего на земле молодого человека и рассмеялась. Только сейчас я поняла, что на самом деле здесь проходила всего лишь репетиция какого-то спектакля! И я ей помешала.
Парень тем временем вскочил, как складной нож, и удивлённо уставился на меня.
– Та-тайка? – заикаясь спросил он.
Я растерялась. Откуда этот статный кучерявый красавчик знает меня? А в следующий момент я залилась краской. Это был Каспер, мой одноклассник из старшей школы! Теперь я узнала его, хотя он очень вырос и изменился. Возмужал. Даже голос стал другим. Ещё он был очень загорелым, а его длинные рыжеватые волосы забавно падали на глаза.
Я смущённо смотрела на его тренированное тело, прикрытое лишь небольшой льняной набедренной повязкой. Мне потребовалось некоторое время, чтобы переварить увиденное.