Для уголовного преследования важна цель противоправных действий. Приведём примеры, иллюстрирующие это положение.
В конце 2009 года региональное управление Роскомнадзора обнаружило в дальневосточной еженедельной газете «Арсеньевские вести» дорисовку последней буквы в аббревиатуре ЖКХ, придающий ей вид фашистской свастики на фоне флага России. Оно вынесло предупреждение редакции по этому поводу, сообщив ей, что усматривает в карикатуре, служащей иллюстрацией к статье «Горемычные жертвы ЖКХ», признаки экстремизма.[48 - Решение Фрунзенского районного суда г. Владивостока от 3 июня 2011 г. по делу №2—297\11. URL: [битая ссылка] http://media-pravo.info/case-resolution/view/id/970] Суд, в который главный редактор обратилась с заявлением, исследовал статью и установил, что она содержит критику работы жилищно-коммунального хозяйства Приморского края, основанную на конкретных примерах. В карикатуре действительно изображён флаг, содержащий белую, серую и черную полосы, а на флаге – аббревиатура «ЖКХ», в которой буква «X» стилизована под свастику. Суд установил, что содержание статьи и указанная карикатура имеют одну смысловую нагрузку, дополняют друг друга и усиливают критическое освещение работы жилищно-коммунальной служб. Доводы Роскомнадзора о том, что фашистская свастика размещена на флаге РФ были признаны необоснованными, поскольку «указанный флаг не содержит ни одного признака, по которому его можно отнести к символике Российской Федерации». Суд признал обоснованными выводы лингвистической экспертизы об отсутствии признаков экстремизма, пропаганды нацистской символики в изображении и тексте. Согласно заключению специалистов, под пропагандой понимается «распространение взглядов и идей с целью их внедрения в общественное сознание и активизации массовой практической деятельности». В решении по делу говорится:
Распространение взглядов и идей возможно при условии положительной оценки предмета пропаганды. Анализируемое изображение само по себе и в контексте статьи не может быть интерпретировано, как призыв вступать в ряды несущих знамя ЖКХ. Автор статьи и автор карикатуры используют существующее в российском обществе крайне негативное отношение к фашизму, чтобы проиллюстрировать негативное отношение к ситуации, сложившейся в системе ЖКХ. Таким образом, содержание и карикатура в статье несет прямо противоположную цель, нежели выводы, сделанные Роскомнадзором.
Суд признал недействительным предупреждение, на основании которого Роскомнадзор уже был готов добиваться закрытия газеты.
Это дело похоже на другое, возбуждённое в Краснодарском крае по иску прокурора округа в интересах неопределённого круга лиц в связи с нарушением редакцией информационного агентства «Живая Кубань» закона «Об увековечении Победы Советского народа в Великой Отечественной войне 1941—1945 годов»[49 - [битая ссылка] Федеральный закон от 19.05.1995 №80-ФЗ «Об увековечении Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 годов»]. Закон этот запрещает публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики, либо атрибутики или символики, сходной с нацистской до степени смешения. В суде речь шла о публикации на сайте агентства материала «Сын кубанского вице-губернатора оказался в центре скандала», в комментариях к которому размещены фотографии этого лица в нацистской форме. К моменту заседания к ситуации подключился Роскомнадзор, который потребовал комментарий убрать или отредактировать (см. ниже), что и было сделано редакцией – фашистская символика была заштрихована. Редактор пояснила суду, что фотография молодого человека в нацистской форме является объективным фактом, приобретающим особую общественную значимость в связи с личностью фотографируемого, в то время как текст статьи не позволяет сомневаться в позиции редакции. Суд постановил, что «в имеющемся контексте» прокурором не доказан факт, что фотографии и комментарии к ним являются публичной демонстрацией нацистской атрибутики или символики[50 - Решение Советского районного суда г. Краснодара по делу от 19 марта 2012 г. (без номера). URL: [битая ссылка] http://sudact.ru/regular/doc/dZXsjfUHS2l3/].
Впоследствии, в 2014 году, этот закон был расширен. Под запрет попали пропаганда либо публичное демонстрирование атрибутики (символики) организаций, сотрудничавших с группами, организациями, движениями или лицами, признанными виновными в совершении преступлений приговором Нюрнбергского трибунала 1946 года либо основанными на нём приговорами национальных, военных или оккупационных трибуналов, либо вынесенными в период Великой Отечественной войны и Второй мировой войны. Запрещена также пропаганда либо публичное демонстрирование атрибутики или символики организаций (в том числе иностранных или международных), отрицающих факты и выводы, установленные приговором трибунала в Нюрнберге либо основанными на нём приговорами национальных, военных или оккупационных трибуналов. Перечень виновных организаций определяется в порядке, установленном правительством РФ. Было также усилено административное наказание за такие действия (ст. 20.3 КоАП)[51 - Федеральный закон РФ от 4 ноября 2014 г. №332-ФЗ «О внесении изменений в статью 6 Федерального закона «Об увековечении Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941—1945 годов» и статью 20.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»».].
Последствия для редакций
Согласно ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», распространение экстремистских материалов (в том числе содержащих публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публично оправдывающих терроризм) влечёт за собой вынесение предупреждения организации СМИ со стороны не только Роскомнадзора и его территориальных органов, но и органов прокуратуры. В случае повторного нарушения этой нормы в течение 12 месяцев следует прекращение судом деятельности этого СМИ (ст. 8, 11). Соответствующим образом были дополнены статьи 4 и 16 закона о СМИ, раскрывающие порядок прекращения деятельности редакций.
Даже в случае однократного нарушения ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» суд вправе прекратить деятельность СМИ. Это произойдёт, если будет доказано, что такая деятельность влечёт за собой нарушение прав и свобод человека, причинение вреда здоровью граждан, окружающей среде, общественному порядку и безопасности, собственности или законным экономическим интересам физических или юридических лиц, обществу и государству или даже просто создаёт реальную угрозу причинения такого вреда. Угроза должна быть конкретной, т. е. должно быть ясно, чем именно, каким образом, какими действиями лицо намерено её выполнить. Одновременно угроза должна быть реальной, то есть у её объекта должны быть объективные основания опасаться приведения её в исполнение[52 - Садыхов В. С. Понятие угрозы и её толкование в теории уголовного права и судебно-следственной практике. / «Черные дыры» в российском законодательстве: юрид. журн. – 2006. – №1. – С. 355—360.].
Этот же закон (ч. 3 ст. 1) указывает, что решение суда об установлении наличия в информационных материалах признаков экстремизма является основанием для изъятия (конфискации) нереализованной части тиража. Рассматривая жалобу на то, что подобное наложение запрета на распространение экстремистских сообщений и материалов может расцениваться как цензура, Конституционный суд РФ указал, что такая конфискация «является принудительной мерой государственного реагирования, направленной на исключение доступа к таким материалам и предотвращение угрозы их негативного воздействия на конституционно охраняемые ценности, обеспечена необходимыми гарантиями судебной защиты имущественных прав собственника соответствующих материалов и как таковая не выходит за конституционно допустимые пределы ограничения прав и свобод человека и гражданина»[53 - Определение Конституционного суда Российской Федерации от 02.07.2013 №1053-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Кочемарова Владислава Сергеевича на нарушение его конституционных прав положениями пунктов 1 и 3 статьи 1 и части третьей статьи 13 Федерального закона „О противодействии экстремистской деятельности“».].
Закон «О противодействии экстремистской деятельности» может иметь опасные последствия для свободы массовой информации, если в случае распространения экстремистского материала привлекают к ответственности не только его автора и редактора, но применяют санкции ко всей редакции, вплоть до закрытия средства массовой информации. Эта угроза сама по себе представляет собой форму мягкой политической цензуры.
Именно в силу своих последствий предупреждения в адрес организаций СМИ не должны рассматриваться как превентивные меры, которые не нарушают прав и законных интересов редакций. В этой связи отметим решение Басманного суда Москвы по делу об экстремизме в мультсериале «Южный парк». В нём сказано, что «предварительный характер» могут иметь заявления граждан или заключения экспертов, но никак не постановления прокуратуры. Наличие неоспоренного предупреждения прокуратуры в адрес телеканала препятствует дальнейшему распространению программы и создаёт угрозу аннулирования лицензии на телевещание и прекращения деятельности СМИ. Кстати, в этом деле, учитывая все проведённые экспертизы, а также то, что экстремистский характер материалов в суде установлен не был, и новых данных об осуществлении экстремистской деятельности не поступило, судья признал предупреждение прокуратуры недействительным[54 - См.: Рихтер А. Г. Экстремизм на телеэкране: контент-анализ мультсериала «Южный парк». / Медиаскоп. – 2009. – Вып. 2. URL: [битая ссылка] http://www.mediascope.ru/node/396].
Другим делом, в котором суд защитил права журналистов, был конфликт прокуратуры и главного редактора еженедельной карельской газеты «ТВР Панорама» Евгения Белянчикова. В конце марта 2014 г. на сайте издания редакция опубликовала материал «Письма с Украины: Саша, умоляю, откройте глаза!» с фрагментами переписки петрозаводчанки Александры с её украинскими родственниками. В опубликованных письмах жители Украины не одобряли политику российского руководства в отношении их страны и недоумевали по поводу хвалебных репортажей российского телевидения. Больше того, они не выражали радости по поводу присоединения Крыма к России. Прокуратура Республики Карелия, руководствуясь ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», сочла, что в этом материале содержатся высказывания, направленные на разжигание межнациональной розни между русскими и украинцами. Ею был сделан вывод о злоупотреблении свободой слова и о том, что сведения являются непроверенными слухами, в силу чего переписка содержит признаки экстремизма и «может спровоцировать читателей сайта на комментарии экстремистского характера». Белянчикова вызвали в республиканскую прокуратуру, провели с ним профилактическую беседу и выписали ему официальное предписание, в котором указывалось на недопустимость экстремистской деятельности. Испугавшись, редактор снял материал с сайта.
Впоследствии, подавая заявление в городской суд, Белянчиков указал, что «выданное предостережение нарушает его право на свободу слова, свободу выражения мнения, право на распространение информации и его права как журналиста отражать разные точки зрения на происходящие события». Суд определил, что в публикации не содержится каких-либо призывов к осуществлению экстремистской деятельности, не содержится высказываний о превосходстве одной нации над другой, публикация не возбуждает межнациональную рознь, что не оспаривалось представителем прокуратуры в судебном заседании. Учитывая это, а также отсутствие у прокуратуры достаточных и предварительно подтверждённых сведений о готовящихся редактором газеты противоправных действиях, содержащих признаки экстремистской деятельности, он пришёл к выводу о незаконности объявленного предостережения. Объявленное без законных оснований, оно нарушает право заявителя на свободу слова и право на распространение информации. Петрозаводский городской суд удовлетворил заявление Белянчикова и пришёл к выводу о незаконности объявленного предостережения[55 - Решение Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 28 апреля 2014 г. по делу №2—3913/14—12. URL: http://sudact.ru/regular/doc/UcCdri4W4KNV/].
Федеральный список экстремистских материалов
Согласно статье 1 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности», публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности включают в себя распространение материалов, призывающих к осуществлению экстремистской деятельности либо обосновывающих или оправдывающих необходимость осуществления такой деятельности. Закон приводит несколько примеров таких материалов:
1) труды руководителей Национал-социалистской рабочей партии Германии, фашистской партии Италии;
2) публикации, обосновывающие или оправдывающие национальное и (или) расовое превосходство;
3) публикации, оправдывающие практику совершения военных или иных преступлений, направленных на полное или частичное уничтожение какой-либо этнической, социальной, расовой, национальной или религиозной группы.
Практика применения закона говорит, однако, что экстремистскими признаются далеко не только перечисленные выше материалы.
На основании закона «О противодействии экстремистской деятельности» министерство юстиции (Минюст) России ведёт Федеральный список экстремистских материалов. Он формируется исключительно на основании поступающих в Минюст копий вступивших в законную силу решений федеральных судов любого региона о признании информационных материалов экстремистскими. Решения судов принимаются по месту обнаружения, распространения материалов или нахождения организации, осуществившей их производство, на основании представления прокурора или при производстве по соответствующему делу об административном правонарушении, по гражданскому или уголовному делу. Экстремистский материал может быть любого вида: книга, листовка, текст, фотография, видео и т. д. Смысл ведения списка заключается в том, чтобы решение о запрете распространения экстремистских материалов фактически применялось не только в той местности, где находится принявший его суд, а на территории всей страны. Создание этого инструмента противодействия экстремизму было, конечно, вызвано распространением интернета: изъятие тиража запрещённой листовки или оригинала фильма более не гарантировало, как прежде, прекращения оборота самой продукции.
Сам список находится в открытом доступе на сайте Минюста. Все изменения в нём периодически публикуются в «Российской газете». Наименования и индивидуализирующие признаки (например, адрес в интернете) экстремистских материалов включаются в этот список в точном соответствии с резолютивной частью судебного решения. Их число приближается к четырём тысячам, в силу этого сам список уже не может служить разумным источником знания о том, какие материалы запрещено распространять. Ниже в качестве примера приведено несколько последних записей в нём.
Список экстремистских материалов
Распространение материалов в России и (или) россиянами после признания их экстремистскими запрещено. Нарушение запрета – при наличии умысла лица, распространяющего указанные материалы, призывать к осуществлению экстремистской деятельности, обосновывать или оправдывать необходимость осуществления такой деятельности – влечёт уголовную ответственность (см. ниже).
С целью обеспечения судебных решений о запрете распространения экстремистских материалов в интернете правоохранительные органы (обычно прокуратура) обращаются к хостинг-провайдерам с требованием удалить противоправный контент, а если это не помогает (например, провайдер находится за рубежом и не усматривает нарушения собственных правил и национального права), обращаются к провайдерам интернет-услуг с требованием заблокировать доступ к запрещённому материалу; в последние годы такие обращения – как напрямую, так и через суд – встречаются все чаще. Этот механизм не обеспечил эффективного автоматического применения Федерального списка экстремистских материалов на всей территории России, что привело к дальнейшему ужесточению законодательства.
Федеральный список экстремистских материалов
Уголовная и административная ответственность за экстремистскую деятельность
Соответствующие закону «О противодействии экстремистской деятельности» ограничения были внесены и в Уголовный кодекс РФ.
Находившаяся между статьями «Вооружённый мятеж» и «Диверсия» статья 280 УК РФ («Публичные призывы к насильственному изменению конституционного строя Российской Федерации») была изменена и получила название «Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности». Наказание стало значительно строже. Нарушителя – в случае использования им для совершения преступления СМИ либо интернета – ждут принудительные работы на срок до пяти лет с возможным лишением права занимать определённые должности (например, редактора) или заниматься определённой деятельностью (например, журналистской) на срок до трёх лет. Такое лишение прав занимать должности или запрет на профессию на срок до трёх лет обязательно будет частью максимального наказания по этой статье – лишения свободы на срок до пяти лет.
Если действия по распространению экстремистских материалов направлены на возбуждение ненависти или вражды, то ответственность наступает по статье 282 УК РФ. К диспозиции статьи 282 («Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства») относятся:
Действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе, совершенные публично или с использованием средств массовой информации либо информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет».
Эта статья требует обстоятельного пояснения. Большую помощь в этом оказывают утверждённые Генеральной прокуратурой РФ Методические рекомендации «Об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды». Подготовившие её правоведы рекомендуют – в контексте статьи 282 УК РФ – понимать под возбуждением ненависти и вражды любой целенаправленный акт внешней практической деятельности, включая речь и иные формы передачи мыслей и информации языковыми или изобразительными средствами.
Такими действиями являются использование публичных высказываний, печатных изданий, иных средств массовой информации (радио, телевидение) для передачи устных, письменных или аудиовизуальных сообщений, которые направлены на возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды[56 - Об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды. Методические рекомендации / Институт укрепления законности и правопорядка Генеральной прокуратуры РФ. №27—19 от 29 июня 1999 г.].
Сообщениями вражды, языком ненависти в смысле статьи 282 УК РФ является такая информация, которая содержит отрицательную эмоциональную оценку и формирует негативную установку в отношении определённой группы или отдельных лиц именно как членов этой группы, подстрекает к ограничению их прав или к насильственным действиям против них. Имеется в виду как физическое, так и психическое насилие или их реальная угроза. Методические рекомендации дают примеры таких возбуждающих действий: призывы к еврейским погромам, антимусульманская агитация. Схожие примеры негативных установок предлагает в своём комментарии к этой статье УК председатель Верховного суда РФ В. М. Лебедев: высказывания, обосновывающие и (или) утверждающие необходимость геноцида, массовых репрессий, депортаций в отношении представителей какой-либо нации, расы, приверженцев той или иной религии и других групп лиц[57 - См.: «Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации» (постатейный) (13-е изд., перераб. и доп.) / Отв. ред. В. М. Лебедев. Комментарий к статье 282. – М.: Юрайт, 2013.].
Такие сообщения, как правило, порождают напряженность в обществе, нетерпимость к сосуществованию людей разных рас, национальностей и вероисповеданий, поскольку создают благоприятную почву для конфликтов.
«Вражда» может проявляться в неприязни, сильной антипатии, ненависти, в желании любыми способами ущемить чьи-либо права и законные интересы.
В Методических рекомендациях понятие «унижение национального достоинства» определяется как распространение ложных измышлений, извращённых или тенденциозно подобранных сведений об истории, культуре, обычаях, психологическом складе, верованиях, идеях, событиях, памятниках и документах, входящих в число национальных или религиозных ценностей, позорящих или оскорбляющих этническую или конфессиональную группу либо её отдельных представителей как членов этой группы, заключающих в себе издёвку, отвращение или презрение к ним.
Термин «национальная, религиозная, расовая исключительность или превосходство», в свою очередь, определяется там же как перевес по каким-либо признакам одной группы людей над другими в силу несовершенства последних, то есть якобы их природной, биологической, социальной, нравственной ущербности или порочности.
Методические рекомендации помогают дать правильную оценку публичному тексту тем, что перечисляют основные признаки, характеризующие возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды с точки зрения общественной опасности. Правда, они ничего не говорят о возбуждении вражды по другим признакам, вошедшим в анализируемую статью УК РФ после утверждения в 1999 году Методических рекомендаций, а именно – возбуждения ненависти и вражды по признакам пола, языка, происхождения, принадлежности к социальной группе. Тем не менее, их можно экстраполировать на новые типы вражды. К предложенным признакам относятся:
? формирование и подкрепление негативного этнического стереотипа, отрицательного образа нации, расы, религии; перенос различного рода негативных характеристик и пороков отдельных представителей на всю этническую или религиозную группу;
? приписывание всем представителям этнической или религиозной группы стремления следовать тем древним обычаям, верованиям, традициям, которые негативно оцениваются современной культурой;
? утверждения о природном превосходстве одной нации, расы, религии и неполноценности и порочности других;
? приписывание враждебных действий и опасных намерений одной нации, расе, религии по отношению к другим;
? возложение вины и ответственности за деяния отдельных представителей на всю этническую, расовую, религиозную группу;
? утверждения об изначальной враждебности определённой нации, расы по отношению к другим;
? утверждения о полярной противоположности и несовместимости интересов одной этнической или религиозной группы с интересами других;
? утверждения о наличии тайных планов, заговоров одной национальной или религиозной группы против других;
? объяснение бедствий и неблагополучия в прошлом, настоящем, будущем существованием и целенаправленной деятельностью определённых этнических, расовых, религиозных групп;
? побуждение к действиям против какой-либо нации, расы, религии;
? поощрение, оправдание геноцида, депортаций, репрессий в отношении представителей какой-либо нации, расы, религии;