Оценить:
 Рейтинг: 0

Ты не коснись моей руки

Год написания книги
2020
Теги
<< 1 2 3 4 5 6 7 >>
На страницу:
5 из 7
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля

Не заметив, как заснула, я очнулась от громкого звука сообщения в мессенджере.

Ещё не глядя, я уже знала, кто это.

«Привет, лапуль. Прости за всё, я просто свинья».

«С меня причитается, лапуль. За мной не заржавеет. Целую».

Я усмехнулась. Интересно, куда он собирается меня целовать? Уж не туда ли, куда вчера ударил?

Впрочем, с Шевкоского станется. Он привык чувствовать себя дамским угодником, перед которым не может устоять ни одна баба. Так и говорил: «бабы меня любят, знают за что».

Одевшись и приведя себя в порядок, я спустилась к завтраку. Отец уже заперся в кабинете и просил его не беспокоить.

Я была даже рада, что позавтракаю в одиночестве. Если вчера я думала, что смогу наступить на горло собственной песни и помирюсь с Шевковичем, то сегодня всё виделось в другом свете.

Да, я не настолько глупа и наивна, чтобы подумать, что одна-единственная ночь, проведённая с Михаилом, может что-то изменить между нами. Но она заставила меня взглянуть на себя с другой стороны.

Я не хочу видеть рядом человека чужого во всех смыслах. Даже если закрыть глаза на пощёчину, всё равно.

Чужой. Нелюбимый.

Я приняла решение. И готова его отстаивать.

Глава 3

Михаил

Первым делом с утра я позвонил Шевковичу и договорился о встрече. Этот сукин сын не вставал раньше одиннадцати, статус богатого папы позволял многое, в том числе и праздный образ жизни.

Но мне было плевать. Я приехал в его квартиру в районе Хамовников в районе десяти. Он открыл сразу, консьержка позвонила и передала то, что я ей продиктовал. Возразить не посмела.

Я поднялся по лестнице, хотел немного остыть, чтобы добиться своего и не слишком расквасить лицо бывшему Марго.

Я привык всё решать чисто, чтобы не расхлёбывать последствия. Обычно есть специальные люди, которые и помогают в таких делах.

Но здесь случай иной. Надо сделать всё самому, не вмешивая посторонних.

Шевкович пытался бузить, возмущаться, что я лезу в его отношения с невестой и нёс прочую чушь. Кулаки чесались. Со мной такое происходило нечасто.

Я аккуратно прикрыл входную дверь. Соседи могут и полицию вызвать, лишнее внимание нам ни к чему.

–Что ты себе позволяешь? Это моя…

Большего он сказать не успел. Резко развернувшись, я ударил его в челюсть. Несильно, чтобы унизить, а не сломать.

Он отлетел и стукнулся головой о дверцу встроенного шкафа. А потом удивлённо на меня уставился, как рыба, открывал и закрывал рот, не в силах поверить, что кто-то вообще мог поднять на него руку.

– Да я… – начал бы он, но получил второй удар в нос и заткнулся.

Я достал платок, вытер руку и бросил его ему в лицо:

– На, утрись. Это тебе привет от семьи Марго. Не подходи к ней ближе, чем на расстоянии пяти шагов. Понял? Думаю, да.

Я повернулся и вышел. Вот так просто, Шевкович, разумеется, не станет меня останавливать, натура трусоватая. Но стоит выйти за дверь, начнёт названивать папе-бизнесемену и скулить в трубку.

Ну и чёрт с ним! Лишь бы к Марго не подходил!

Теперь мне предстояла задача посложнее: объясниться с её отцом. Скрыть проступок Шевковича не получится, рано или поздно всё это выплывет наружу.

К Старицкому было не принято являться просто так, без звонка. Я набрал его номер для экстренной связи:

– Владимир Викторович, нам надо кое-что обсудить. Это не совсем по работе, хотя напрямую её касается.

– Хорошо, жду тебя вечером в клубе около семи.

Старицкий был немногословен. Так всегда, когда он бывал недоволен, за годы рядом с ним я умел узнавать его настроение по первому слову, сказанному в трубку.

Итак, до вечера я был относительно свободен. Съездил по делам в МИД, словом, сделал всё, чтобы не оставить себе ни единой свободной минуты. Чтобы не думать о ней и о том, как нам быть дальше.

Между мной и Марго стоит стена, имя которой – её отец. Он никогда не позволит ей выйти за меня, а если буду упорствовать, то постарается сломать карьеру. Конечно, дело это непростое, да и я вступил в такую пору, когда вряд ли это ему удастся.

Но всё же Марго не сможет переступить через его мнение. Даже если сейчас думает иначе.

Мне приходилось напоминать себе об этом каждый раз, когда я смотрел на неё, любовался её статью и походкой.

Вечером я уже был в бильярдном клубе на Кутузовском проспекте.

– Вас ждут, Михаил Дмитриевич. Следуйте за мной, – сказал один из служителей сего заведения, и я подчинился.

Красная ковровая дорожка, отполированные перила – в заведении «Англичанин» отдыхали люди не просто с деньгами, а по протекции от старейшин клуба. Здесь можно вести разговоры, не опасаясь лишних ушей или того, что столкнёшься нос к носу с нежелательной особой.

Новых членов клуба набирали нечасто, это было некое закрытое общество, где курили трубки и сигары люди, вращающиеся в самых высоких эшелонах власти.

Когда-то меня сюда ввёл именно Старицкий.

– Проходи, – сказал он хмуро и с порога, но руку протянул. – Что случилось?

– Я о Евгении Шевковиче. Вчера он ударил вашу дочь.

Старицкий поморщился. Он любил Марго, но считал, что если женщину ударили, она сама спровоцировала насильника. Была недостаточно покорна и мудра.

Вот его жена, как он любил повторять, своим поведением никогда бы не вызвала у него даже подобного желания.

– Она сама сказала тебе?

– Я и сам это заметил. Да, она тоже подтвердила.

Старицкий поморщился и принялся барабанить пальцами по краю стола. Он выглядел раздосадованным, со стороны могло показаться, что моё известие расстроило его только потому, что нарушило планы. Но это было не так.
<< 1 2 3 4 5 6 7 >>
На страницу:
5 из 7