Аксель Панцер

Январь 1942 года. В Ваннзее за закрытыми дверями проходит совещание, на котором языком протоколов и ведомственных формул обсуждается судьба миллионов людей. Один из тридцати экземпляров этого док…

Январь 1942 года. В Ваннзее за закрытыми дверями проходит совещание, на котором языком протоколов и ведомственных формул обсуждается судьба миллионов людей. Один из тридцати экземпляров этого док…

Оккупированный город постепенно меняется. На улицах становится опаснее, списки — длиннее, проверки — жёстче. Те, кому ещё недавно казалось, что можно просто переждать войну, понимают: нейтральных…

Михаил Красовский с детства слышит мир иначе. Там, где другим достаточно слов, он учится читать лица, жесты, паузы — и однажды понимает, что рисунок способен сказать больше, чем голос. От первых …

Они начинали с того, что спасали раненых под стенами Акры. Через полвека их чёрный крест уже стоял над крепостями, городами и землями, которые ещё недавно им не принадлежали. «Когда крест стал ме…

Они начинали с того, что спасали раненых под стенами Акры. Через полвека их чёрный крест уже стоял над крепостями, городами и землями, которые ещё недавно им не принадлежали. «Когда крест стал ме…

Иногда детство возвращается не через фотографии, а через запах тёплого асфальта, стук мяча и крик из окна. «Череп» - тёплый, ироничный и немного щемящий рассказ о дворовом футболе, о мальчишеских…

Что видит ребёнок, когда взрослые ещё не успели объяснить ему, что именно следует увидеть? Небольшой разговор о распечатанных репродукциях превращается в простой семейный эксперимент: поход в муз…

Начало второй части не станет резким разрывом. Мы снова встретим знакомых художников. Серова. Левитана. Шишкина. Увидим произведения, которые по времени и художественному языку ещё продолжают XIX…

В первых двух частях почти каждый рассказ начинался так: вот картина. Посмотрим. Здесь иногда будет иначе. Перед нами окажется стена собора. Несколько фресок. Иконостас. Страница рукописи. Целая …

1240–1283 годы. Тевтонский орден уже закрепился в Пруссии, но покорённая земля не стала покорной. Восстания вспыхивают вновь, старые союзы рушатся, крепости переходят из рук в руки, а война медле…

1240–1283 годы. Тевтонский орден уже закрепился в Пруссии, но покорённая земля не стала покорной. Восстания вспыхивают вновь, старые союзы рушатся, крепости переходят из рук в руки, а война медле…

Орден достиг вершины могущества — и именно теперь начинается его самый опасный путь. После десятилетий побед, богатства и безупречно работающей государственной машины Тевтонский орден сталкиваетс…

То, что написано в этой книге, — не окончательная расшифровка произведения. Картина не задача с одним правильным ответом. Особенно большая картина. Один человек увидит в «Христе в пустыне» прежде…

Frühjahr 1945. Der fünfzehnjährige Matthias Krüger, Mitglied der Hitlerjugend, ist bereit, für Deutschland zu sterben. Verwundet und mit einer letzten Granate in der Hand erwartet er von den sowj…

Приступая к новой работе, я неизменно задаюсь вопросом: что именно делает нас теми, кто мы есть? Ответ я нахожу в истории России — бесконечно сложной, драматичной и прекрасной. Для меня творчеств…

Юный Андрей Рублёв только ищет свой путь в искусстве и вере. Между монастырской тишиной, дорогами Руси, огнём пожарищ и шумом Москвы он учится видеть не только линию и цвет, но и душу человека. Р…

Орден достиг вершины могущества — и именно теперь начинается его самый опасный путь. После десятилетий побед, богатства и безупречно работающей государственной машины Тевтонский орден сталкиваетс…

В этот сборник вошли четыре разные по интонации рассказа, объединённые памятью о детстве, о книгах, музыке, искусстве и простых вещах, которые незаметно формируют человека. Деревенские каникулы, …

Зима 1945 года. Двенадцатилетняя Аня оказывается среди узников, которых гонят по дорогам Германии в «марше смерти». Рядом — младшие дети, за которых некому больше отвечать. Голод, холод, страх и …

1941 год. Семнадцатилетняя Эмма мечтает стать учительницей, но война в одно мгновение меняет её жизнь. Вместо педагогического училища — депортация, Казахстан, труд, потери и годы ограничений. Сох…

Нюрнберг, 1946–1947 годы. Перед судом — врачи, учёные и чиновники Третьего рейха. За документами и показаниями открываются эксперименты на заключённых, программа «эвтаназии», заражения, переохлаж…

1941 год. Семнадцатилетняя Эмма мечтает стать учительницей, но война в одно мгновение меняет её жизнь. Вместо педагогического училища — депортация, Казахстан, труд, потери и годы ограничений. Сох…

«Куда они нас везут?» — спрашивают дети, когда за воротами лечебницы появляются закрытые автобусы. Взрослые отвечают уклончиво. В списках возникают новые фамилии. Те, кого увозят, больше не возвр…

В январе лес учил его терпению. В феврале земля показала скрытое тепло. В марте вода открыла дорогу. А апрель принёс другое чудо. Не то, которое вспыхивает огнём или рассыпается самоцветами. А ти…

Егорка теперь понимал: летом земля прячет свои чудеса иначе, чем зимой. Зимой они сияют на белом снегу. Весной выходят вместе с водой, а в июле чудо приходится искать среди самой жизни — среди вы…

Август ничего не прятал. Наоборот. Он щедро отдавал всё, что накопило лето: ягоды, сено, тепло, длинные закаты, запах леса. Но вместе с каждым подарком словно говорил: «смотри внимательнее — скор…

Сентябрь научил Егорку тому, чего не мог объяснить ни один летний день: «красота бывает не только в том, что появляется.» Иногда она особенно заметна в том, что уходит. И потому, когда с берёзы в…

Над землёй стелился туман. Ему чудилось, будто где-то далеко среди болот идёт бабка Синюшка. Синее платье касается травы. В руках ничего. Ни золота. Ни самоцветов. Только октябрьский туман. И Его…

Теперь Егорка наконец понимал эти слова. Он сделал ещё один осторожный удар. Под серой коркой появилась тонкая зелёная жилка. Егорка остановился. Не стал ни расширять её, ни делать ярче. Только п…

«Куда они нас везут?» — спрашивают дети, когда за воротами лечебницы появляются закрытые автобусы. Взрослые отвечают уклончиво. В списках возникают новые фамилии. Те, кого увозят, больше не возвр…

Во второй части романа Андрей Рублев вступает в пору зрелости. Москва остается позади, впереди Владимир, белые стены Успенского собора, и работа, которая становится испытанием не только мастерств…

Matthias ist neun Jahre alt, als Uniformen, Märsche und große Worte ihm zum ersten Mal das Gefühl geben, Teil von etwas Bedeutendem zu sein. Er beneidet die Soldaten, die an die Front ziehen, und…

Ему пятнадцать. Германия уже проиграла войну, но Маттиас Крюгер об этом ещё не знает — или не хочет знать. Раненый воспитанник Гитлерюгенда остаётся один в разрушенном доме. Патроны закончились. …

Генуя XVIII века. В шумном портовом городе, среди бедности, тяжёлого труда маленький Маттео Ферри случайно останавливается у витрины музыкальной лавки. За стеклом он видит скрипку, которая станов…

Генуя XVIII века. В шумном портовом городе, среди бедности, тяжёлого труда маленький Маттео Ферри случайно останавливается у витрины музыкальной лавки. За стеклом он видит скрипку, которая станов…

Продолжение к сборнику рассказов по сказам П.П.Бажова "Двенадцать месяцев". Егорка становится учеником мастера и начинает познавать мастерство через работу с камнем.

История Марты Вебер — девочки из семьи советских немцев, прошедшей путь от ссылки в казахскую степь до профессора детской хирургии. Это повесть о призвании, памяти, цене выбора и о том, как насто…

Когда мы с братом учились ещё в начальных классах, зимние каникулы проводили у дедушки с бабушкой в деревне. Мы знали заранее, что на веранде будет стоять сосна. Дедушка рубил её до нашего приезд…

«Двенадцать месяцев» — цикл сказочных рассказов, вдохновлённых уральским миром Павла Петровича Бажова. Вместе с мальчиком Егоркой читатель проходит через весь год — от зимних снегов до осенних ту…

«Двенадцать месяцев» — цикл сказочных рассказов, вдохновлённых уральским миром Павла Петровича Бажова. Вместе с мальчиком Егоркой читатель проходит через весь год — от зимних снегов до осенних ту…

Когда мы с братом учились ещё в начальных классах, зимние каникулы проводили у дедушки с бабушкой в деревне. Мы знали заранее, что на веранде будет стоять сосна. Дедушка рубил её до нашего приезд…

Европа ещё не знает, что до войны остались месяцы. Но война уже началась — в закрытых кабинетах, секретных штабах и решениях людей, уверенных, что успеют остановить катастрофу. Весна 1938 года. П…

Книга рассказывает о проблемах преподавания Изобразительного искусства в школе, о том, как научить ребенка понимать живопись.

Германия, 1930–1940-е годы. Семья Винтеров живёт обычной жизнью, пока политика постепенно не входит в школу, работу, дружбу и дом. Грета верит, что государство знает лучше. Её брат Пауль уходит н…

1941 год. Город ещё живёт привычной жизнью, но война уже меняет всё — улицы, дома, людей и само представление о безопасности. Инженер Алексей Воронцов привык доверять расчётам, схемам и прочности…

В декабре земля снегом закрывается не потому, что ей нечего показать. Наоборот. Сокровища она прячет поглубже. Чтобы до весны отличить тех, кому нужен только блеск, от тех, кто умеет увидеть крас…

Каждая капля снимала с земли понемногу зимнюю белизну и открывала то травинку, то камень, то прошлогодний лист. Будто сама земля понемногу открывала свою малахитовую шкатулку. Не сразу. Не всяко…

Январь месяц строгий. В нём всё лишнее морозом прибирает. Потому и видно яснее: кто за богатством пришёл, а кто умеет просто смотреть. И Егорка понял: зимой чудо не становится меньше. Просто в ян…

За окном долго не темнело. Над прудом летали птицы. От земли тянуло теплом, а молодой лес стоял светлый, прозрачный, весь в свежей зелени. Где-то среди камней ещё шуршали ящерки Хозяйки. Высоко н…