Тот вечный никто, для которого мира нет.
Ведь что наша жизнь? Это небо. Пейзаж. Вид с мыса.
Два облака, солнце и воздух – ничто на треть.
Ты можешь сидеть и искать в этом небе смысл,
И можешь расправить крылья и в нем лететь.
Два маленьких шага от женщины и до дуэли,
Две маленьких песни на струнах натянутых жил.
Все просто: пока ты искал своим жестам цели,
Я жил. Понимаешь, мой мальчик? Я просто жил.
«Ты смотришь в эти буквы беглые…»
Ты смотришь в эти буквы беглые,
А я смотрю тебе в висок,
Оплавленный земными бедами,
Забывший собственный исток,
Нелюбящий, холодный, мраморный,
Смотрю и вижу весь наш мир,
Живущий по жестоким правилам
Оплаты брошенных квартир,
Усталой тихой нелюдимости,
Спивающихся болью снов,
Убитой сплетнями невинности,
Дверей, закрытых на засов.
Мир, где голодными сединами,
Держась за слабые сердца,
Мы все становимся картинами
Руки безликого творца.
Холсты. Большие, безымянные,
И подпись Бога, как итог.
Нас вложат в рамы деревянные
И закопают точно в срок.
И вместо рая – многоточие,
И вместо ангела – свечу.
Но засыпая в одиночестве,
Твое я имя в ночь шепчу.
И мысли эти – неоправданны,
Они лишь оттиски виска,
Пропахшего войной и ладаном,
Судьбой текущего в века.
Чего мне не хватает? Смелости?
Знамен? Тоски? Но все же знай,
Любовь к тебе растет до зрелости
И морем бьется через край,
Любовь глубокая, бездонная,
Ответь, скажи, я все смогу.
Но ты все смотришь в буквы черные,
И веришь только в тишину.
«Соври, что завтра будет лучше…»
Соври, что завтра будет лучше,
Что та же осень, только краше,
Что тот же вздох, но без удушья.
Соври, что мы не станем старше.
Соври, что люди не уходят,
И что любовь всегда взаимна.
Соври о чести и свободе,
Соври, что жизнь необходима.
Соври о том, что все болезни,
Нас превращающие в землю,
Пройдут. Соври, что не исчезнем.
Соври, что истина не дремлет.
Соври, что дети все вернутся,
Навек ушедшие из дома.
Соври, что ангелы проснутся,
И выйдет Бог из вечной комы.
Соври, что тот старик с глазами
Всех пьяниц мира будет счастлив.
Соври, что стены между нами
Прорвет лавина новой страсти.
Соври, что станем мы добрее,
Не так жестоки и угрюмы,
И между школой и аллеей
Не будут подниматься тюрьмы.
Соври, что тот, кто нами правит,
Хранит в рассудке человечность.
Соври про честность этих правил.
Соври, что завтра будет вечность.
Соври про солнце в каждой луже,
Про светлый смех за каждой дверью.
Соври, что завтра будет лучше.
Сегодня я тебе поверю.
«Теперь скажи мне, что ты видишь…»
Теперь скажи мне, что ты видишь?
Когда познание себя
Вдруг стало нищим.
Стало лишним.
А под тобой горит земля.
Когда все траты и потери
Так безнадежно губят жизнь,
Что ты уже распят, потерян
И обескровлен до души.
Ты в сырь,
Ты в серь,
В сирень,
В сиротство
Кричишь до хрипа о любви.