Голова на вес золота
Надо сказать, что он угадывал на все сто. Офицеры ликвидировали уже трех полевых командиров, но их свита, оставшаяся в живых, ни разу не смогла определить, откуда стреляли.
Чекисту с Таджиком досталась самая тяжелая работа. Определившись с местом для снайпера, они практически на ощупь исследовали пути отхода. Опасаясь быть замеченными, ночной прибор наблюдения включали на две-три секунды. В свое время американцы нашпиговали отряды повстанцев, воевавшие с правительством Ливии, новейшим оборудованием. Приборы, работающие на таких же принципах, враз обнаруживали свои аналоги.
На рассвете Парсек и Гаер выдвигались на позиции, а Чекист с Таджиком отправлялись на отдых. Но располагались они вблизи путей отхода пары, работающей днем, на случай, если возникнет необходимость прикрыть их огнем.
Наконец из джипа выбрался худощавый боевик в черной одежде. Вслед за ним появился бородатый коротышка в кепке-бейсболке и сразу огляделся по сторонам.
– Боится! – проговорил Гаер.
– Не туда смотришь, – шепотом предостерег его Парсек, ловя голову бандита в перекрестие прицела.
На мгновение Масри закрыл собой телохранитель. В следующий момент Парсек увидел профиль террориста и плавно надавил на спуск. Приклад привычно толкнул его в плечо.
Парсеку показалось, что он видел пулю, устремившуюся к цели. Через миг голова Мусы взорвалась алыми брызгами.
– Откат! – бросил он и перевернулся на бок.
Минута ушла на то, чтобы отдышаться и сложить у винтовки сошки. Потом Парсек отполз в сторону и оказался прикрытым от глаз бандитов остатками стены. Только после этого он встал, подхватил винтовку за рукоять и, пригибаясь, устремился прочь.
Послышался треск автоматных очередей. Это палили в ответ боевики. Они снова не смогли понять, откуда произведен выстрел, и поливали свинцом все вокруг себя.
Глава 2
Перемалывая огромными колесами снег, многоосный тягач с гигантской сигарой пускового контейнера на спине вырулил на стартовую площадку и замер на фоне вековых сосен. Тихо загудели гидронасосы, и «МАЗ» слегка приподнялся на домкратах, упершихся в мерзлый грунт. Натруженные колеса повисли в воздухе.
Передвижной ракетный комплекс с белесым налетом инея на металле, покрытый белой и зеленой краской цифрового камуфляжа, походил на реликтовое животное. Некоторое время он урчал, ерзал так, словно устраивался поудобнее перед броском. Наконец замер. Горизонтальное положение машины выдержано до сотой доли градуса. Раздались щелчки пиропатронов, и бронеколпак с грохотом свалился на снег перед кабиной. Взревел двигатель тягача, и транспортно-пусковой контейнер, похожий на гигантскую трубу, из которой торчал головной обтекатель ракеты, встал вертикально.
– До старта тридцать секунд, – объявил из динамиков бесстрастный женский голос. – Исходные параметрические данные загружены. Баллистические поправки введены автоматически.
Клим Сергеевич оглянулся. Члены комиссии наблюдали за происходящим с открытыми ртами. Нельзя сказать, что они видели пуск ракеты впервые. Не факт, что это зрелище каждый раз производило на них впечатление.
Просто настал исторический момент, сравнимый, может, с испытанием первой советской атомной бомбы в далеких сороковых. Тогда была поставлена жирная точка на мечтах англосаксов о мировом господстве. Сегодня тоже необычный пуск. Его можно назвать рывком на столетие. Такого оружия даже в планах нет ни у одной страны мира. Россия ставит точку на системах противоракетной обороны США. Все их пусковые установки превращаются в ненужный металлолом.
«Страшно подумать, какие деньги коту под хвост! – с гордостью подумал Клим Сергеевич. – Бедные налогоплательщики!»
Он вдруг отчетливо представил американских таксистов, чернокожих рабочих у станков, клерков, посудомоек, уборщиков, выплачивающих налоги, и ему стало их жалко. Всех сразу.
– …Два, один, пуск!
Раздался хлопок пускового аккумулятора давления, и с сосен посыпался снег. Установка исчезла в клубах дыма, огня и пара. Земля загудела, и из этого ада над лесом грациозно возникла ракета.
Сработал один боковой ускоритель, за ним второй.
Клим Сергеевич задрал голову и прижал шапку рукой, чтобы не слетела.
– Красавица! – восхитился он и не услышал собственного голоса из-за грохота двигателей.
Вот она, вершина его многолетнего труда, венец работы гигантского коллектива и сотен заводов, разбросанных по всей России! Есть чем гордиться.
«Не зря старался! – подумал Клим, следя за тем, как ракета стремительно набирает высоту. – А ведь мне всего сорок. Молодая жена, впереди первый отпуск с момента начала работы над проектом…»
Мысли оборвались тишиной. Леденящий ужас сковал мышцы, в жилах вмиг застыла кровь. Двигатель замолчал. Ракета на мгновение остановилась в воздухе, а затем, подчиняясь силам гравитации, стала падать прямо на площадку, оставляя за собой бледный шлейф белесого дыма.
– Надо было в бункер спуститься! – проговорил Клим и ужаснулся.
Он вдруг понял, что это последние слова, сказанные им в этом мире. Еще бы, десятки тонн высокотоксичного топлива сейчас превратят в пепел гектары этого замечательного леса и испарят снег.
Полковник, представитель заказчика, перекрестился и стал пятиться. Шура Ветров и Гарик Смирнов развернулись и бросились в лес. Раздался женский вопль, леденящий душу.
Клим сидел в кровати и не мог понять, кто кричит. Неужели так изменился голос Мариночки, лаборантки, снимавшей старт на видео.
Одеяло, отброшенное в сторону, мокрая грудь, окно, перепуганное лицо Ирины… Все в тумане.
Прохлада узкой ладошки, прижатой ко лбу, привела его в чувство.
– Я кричал? – спросил он, с трудом ворочая сухим языком.
– Перепугал меня, – сказала Ирина. – Говорила, не доведут тебя до добра такой график и бессонные ночи.
– Все это уже позади, – пробормотал Клим.
Все еще находясь под впечатлением сна, он развернулся на кровати и свесил ноги.
– Ничего не позади! – возразила жена. – Сделали одну ракету, теперь начнете другую.
– Не ракету, а изделие, – поправил он Ирину, нащупал ногами тапочки и встал. – И вообще, прекрати упоминать мою работу дома.
– Теперь-то ты уже закончил, – констатировала она, резко сменив тон.
Голос ее стал вкрадчивым, с нотками вины. Ирина догадалась, что перегнула палку.
Словно извиняясь, она подкралась кошкой, осторожно провела ладошкой по спине Клима и промурлыкала:
– Успокойся.
«Кто устоит?» – подумал он, однако решил еще немного пожурить супругу и с раздражением продолжил:
– Ты должна зарубить себе на носу, я не принадлежу сам себе. За моей головой охотятся!
– Господи! – Ирина всплеснула руками. – Да в Америке раньше вашего министра обороны узнают, что и как у вас происходит.
– Как ты сказала? – Клим развернулся к ней всем телом. – Это, между прочим, и твой министр тоже!
– Извини! – Ирина улыбнулась. – Я правда испугалась.
– Извиняю, – буркнул Клим и поплелся на кухню.
Он достал из холодильника бутылку минералки, открыл, сделал несколько глотков прямо из горлышка, закрутил пробку и задумался.
«А вдруг в этих снах все-таки есть какой-то знак?» – размышлял Клим.
Как и все конструкторы, он был очень суеверным, располагал целым набором примет и ритуалов, которые исполнял перед каждым стартом нового изделия. Нет, он не мочился на первую ступень ракеты. Да и сделать это было невозможно, поскольку она размещалась в контейнере. Колеса тягача Клим тоже не окроплял.
Перед испытанием он всегда посещал церковь. На стартовый полигон конструктор отправлялся в нелепом желтом галстуке. Так было при первом в жизни пуске его изделия. Тогда он из-за волнения попросту схватил то, что попалось под руку, и завязал на шее. Еще Клим не брился, поскольку в тот же раз проспал и очень торопился.
Сейчас Клим Сергеевич снова задумался над реакцией своего организма на завершение работ. После объявления о присуждении Государственной премии на душе у него отчего-то появилось беспокойство. Предчувствие надвигающей беды усиливалось ночью. Последнее время он и вовсе засыпал с тревогой.
Мысли снова вернулись к инциденту с Ириной.
«Что-то часто она стала срываться, – подумал Клим, стоя под упругими струями прохладной воды, и тут же ответил себе, оправдывая жену: – А чего ты хотел? Она сутки напролет одна. Год прожить в таком темпе и напряжении. Ни сна, ни отдыха. Как еще согласилась выйти за меня?» Этот вопрос заставил его выключить воду.
Клим боялся потревожить воспоминания шумом. Он каждый раз бережно и с трепетом, словно археолог, доставал их из самых сокровенных уголков памяти. Ему всегда было сладко вспоминать и заново переживать это событие. Их встречу Клим считал подарком судьбы и искренне верил, что Ирина – вознаграждение, ниспосланное с Небес за его труды.
Он не имел ни минуты времени на личную жизнь, среди ночи поднимался по лестнице на свой этаж, когда навстречу выскочила она. Молодая женщина была жутко перепугана. Ее волосы разметались по небрежно наброшенному халату. Она схватила его за руку, умоляла зайти и помочь достать котенка, завалившегося в вентиляционную шахту.
– Позавчера подруга принесла, – тараторила женщина, пока Клим снимал пиджак у открытых дверей ванной комнаты. – Маленький. – Она смешно показала размеры руками. – Думаю, куда запропастился? Мяукает, а я не пойму…
Слушая ее, Клим просунулся в открытое окно шахты, спустил руку вдоль трубы и нащупал трясущийся комочек.
– Надо закрывать дверцу, – с назиданием сказал он, возвращая котенка в ладони, сложенные лодочкой.
– Я вечером данные со счетчиков снимала, – виновато объяснила молодая женщина. – Прикрыла не до конца. Вот проныра!
Потом они пили душистый чай на уютной кухне. Ирина рассказала, что лишь неделю назад купила эту квартиру. Мама у нее живет в глубинке, а сама она финансовый директор одной из международных компаний.
Клим слушал и не понимал, что с ним происходит. Он никогда еще не испытывал такого желания овладеть женщиной прямо здесь и сейчас. Несмотря на свои тридцать девять, Клим не имел достаточного любовного опыта, поэтому даже не знал, чем закончится этот порыв.
Оказалось, что тогда он лишь начался. Сразу с постели. Потом Ирина перебралась жить к нему, а через месяц они расписались.
В комнате было холодно. Ирина, по своему обыкновению, открыла дверь на лоджию и делала гимнастику. При этом она не могла обходиться без музыки. Климу, напротив, просто необходима была тишина.
Они нашли компромисс. Ирина не расставалась с наушниками. Вот и сейчас она сгибала и разгибала руки в такт мелодии, неслышной для него.
– Не боишься простыть? – спросил Клим, спешно натягивая спортивный костюм.
– Нет! – сказала она громче, чем положено.
– Не кричи! – взмолился Клим.
– Мы сегодня едем к маме? – крикнула женщина, не услышав просьбы.
– Почему ты спрашиваешь? – осведомился он, вспомнив, как жена накануне уговаривала его отправиться на машине в деревню.
Глава 3
Парсек приподнялся на корточках и выглянул в оконный проем.
Гаер словно почувствовал, что командир смотрит на него, и сделал знак рукой. Мол, чисто. Путь свободен.
Парсек забросил винтовку на плечо и, придерживая ее за ствол, перебежал к Гаеру.
– Она еще пригодится? – спросил Гаер и взглядом показал на «главный калибр».
– Даже не думай! – предостерег Парсек и шутливо погрозил старшему лейтенанту пальцем.
Гаер едва сдерживал смех. Его забавляло то, как командир сгибался под весом своего арсенала.
– Ты же все равно ее обратно не потащишь, – стоял он на своем.
Парсек заботливо погладил винтовку и проговорил:
– Она заслужила, чтобы ей памятник поставили.
Он не кривил душой. За эти дни капитан просто сросся с этой красавицей. Снайперская система «Chey Tac Intervention M200» отличалась внушительными размерами. Да и калибр в двенадцать и семь десятых миллиметра впечатлял. Офицерам пришлось изрядно повозиться с ней при проникновении в город.
Зато бить врага из этого оружия – одно удовольствие. Парсек работал на максимальной дальности стрельбы, практически все цели поразил с расстояния почти в два километра. У винтовки имелся баллистический вычислитель, который кроме ветра учитывал влажность, температуру воздуха и атмосферное давление, позволял вносить необходимые поправки при прицеливании.
Это оружие было выбрано не случайно. Такие винтовки американцы поставляли в Ирак, а потом вместе с противотанковыми комплексами «Тоу» переправили в Сирию. Поэтому русского следа в Сирте никто не усмотрит. Если, конечно, спецназовцы не допустят оплошности и не попадут в руки неприятеля живыми.
Каждый раз, когда Парсеку приходили в голову такие мысли, он тут же незаметно сплевывал через левое плечо и мысленно крестился. О том, что делали эти варвары со своими пленниками, уже знал весь мир.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: