Измени меня! Академия Стихий
Едва переступив порог просторного помещения для трапез, я почувствовала сводящие с ума ароматы свежей выпечки. Ммм! Скорее к раздаче!
Наспех огляделась: пока в столовой были лишь я с Блум да парочка старшекурсников в дальнем углу. Видимо, в последний перед выходными учебный день многие дали себе слабинку поваляться в кровати подольше. Но нам это только на руку.
– О, гляди, твой явился, – легонько пнув меня в бок, прошептала Блум, кивая в сторону дверного прохода. Я хотела возразить, что дракон никакой не мой, но обернулась и широко улыбнулась, перехватывая взгляд чуть светящихся алым глаз.
– Зейдан! Иди к нам!
Высокий, темноволосый, с бледной кожей и темными глазами, зажигающимися алым во время эмоциональных вспышек, – таким был Зейдан, с которым провидение столкнуло меня в первый день моего попадания в академию.
Обрушившись из ниоткуда на землю, я буквально влетела в парня, просто обходившего по дуге огромную очередь из претендентов на поступление. Реакция у Зейдана была сверхчеловеческая, поэтому он с лёгкостью подхватил меня рукой и не дал нам грохнуться на каменные плиты академического сада.
– Ты чего?
– Я…
– Первогодка? На поступление?
– Я… я не…
– Понятно, тяжёлый случай. Ладно, помогу. Глядишь, и голосок прорежется. – Парень потянул меня через длиннющую очередь к самым дверям. Большим, красивым. Дверям… замка? Хогвартс существует?
Я ещё не успела собрать себя по кусочкам после смерти в своём мире, осознать, где я и что я, – лишь вдохнула полной грудью сладковатый воздух, как меня с головой окунули в бурный водоворот жизни. Пока совершенно для меня чужой и незнакомой.
– Вот, следующей пойдёшь!
Пихнув меня прямо перед дверью, мой спутник обернулся на шикающих позади первогодок.
– Кто-то хочет возмутиться?
Тогда-то я и увидела впервые, как зажигаются алым глаза вампира. Да, меня угораздило врезаться не в абы кого, а в самого настоящего вампира!
– То-то же. Ну всё, бывай, малявка.
Зейдан тогда исчез, оставив меня на волю богов и провидения, но позже жизнь нас столкнула вновь.
Быстро оценив обстановку, парень широко улыбнулся, обнажив скромные в спокойной форме клыки. И кивнул, принимая приглашение.
– Зачем? – прошептала Блум, но тут же нацепила на лицо улыбку, чтобы старшекурсник не почуял неладное.
– А что, ты против? Тогда я отсяду?
– Не говори чушь, – вздохнула Блум. – Просто… Эдриан…
– А-а-а, – протянула я. – Прости. Сильно ревновать будет? Скажи ему, что Зейдан – мой друг. Или хочешь, я сама ему скажу?
– Да не, не бери в голову, – махнула рукой Блум и расслабилась, снова став тем солнечным зайчиком, которым я её знала. – Лучше расскажи, не пригласил ли он тебя на бал?
От неожиданности я икнула.
– Зейдан? Почему он должен был меня пригласить?
Ответить Блум не успела. Поставив свой поднос на наш столик, вампир изящно вскинул брови в вопросительном жесте:
– И куда это я должен был тебя пригласить, мелкая?
Секундное замешательство и осознание ситуации.
– А-а-а, – протянул Зейдан. – Понятно.
И, отодвинув стул, как ни в чём не бывало уселся рядом. Взял в руки булочку и со вкусом откусил.
– Что? Кушайте, малявки. А то сил магичить не будет.
Не то чтобы я жаждала услышать приглашение из уст вампира, но… мог бы хоть что-то ответить!
Поймав многозначительный взгляд соседки, явно забавлявшейся всей ситуацией, я хмыкнула и отдала всё своё внимание завтраку. В словах вампира было зерно истины – магия требовала прорву энергии, часть которой восполняла питательная пища.
Магия. До сих пор не могла привыкнуть, что во мне есть волшебная сила. Пока лишь искра, но…
Тогда, когда неведомое нечто в подпространстве шандарахнуло меня молнией, в сердце моём зажглась искра силы. А после, когда меня так подставил вампир и я оказалась в аудитории с принимающей комиссией, именно эта сила стала решающим фактором в моём поступлении.
Будь в академии привычные любому землянину вступительные экзамены, я бы провалилась. А как иначе, если я даже названия страны, куда забросило меня этим попаданием, не знала? Да что там страны… как представиться этим суровым строгим преподавателям, я не знала.
Но и тут повезло. Неизвестно, что за силы руководили моим перемещением, но, когда я переступила порог аудитории, где сидела комиссия, никто имени моего не спросил. Один из преподавателей указал рукой на ромбовидный кристалл, стоящий в центре помещения.
– Подойдите к распределяющему кристаллу, претендентка Арани ла Флор, – устав ждать моих действий, сказал один из преподавателей. Я даже лица его не рассмотрела, настолько было страшно поднять взгляд от пола.
Значит, Арани… Ну, почти Анна. У этих вершителей судеб оригинальное чувство юмора.
Подошла, всё ещё сомневаясь в реальности происходящего. Какой-то затянувшийся фантасмагоричный сон. Моя медлительность рассердила преподавателей.
– Претендентка ла Флор, вы отнимаете наше время. Делайте, что положено.
А что положено? Хоть бы кто объяснил…
Тогда на помощь мне пришла невысокая женщина с приятной улыбкой. Она взяла меня за руку, подвела к кристаллу и приложила мой указательный палец к острой вершине.
– Ай! – воскликнула я, машинально засунув окровавленную подушечку пальца в рот. Что за варварские методы?
Я мало что поняла в цветном фейерверке брызг, высыпавшихся из кристалла. Услышала лишь: «Боевой». И всё. Будто стало понятнее.
Так и закончился мой вступительный «экзамен». Но доискиваться причины, почему меня, попаданку без роду и племени, вдруг приняли как свою, местную, не стала. Сначала надо осмотреться, а после уже допытываться до деталей.
– Ари, просыпайся! – помахав перед моими глазами рукой, со смешком сказала Блум. – Там твой дракон явился.
Я посмотрела на соседку испепеляющим взглядом – по крайней мере, хотелось его таким считать. То вампир «мой», то дракон. Кто услышал, подумал бы, что я та ещё легкомысленная особа.
Но невольно посмотрела вперёд, туда, где на пороге столовой застыл Айдахар собственной персоной. И будто не было между нами десятков метров стремительно заполняющейся студентами столовой. Его взгляд безошибочно нашёл меня, остановился, просканировал и, несомненно, оценил фигуру вампира, сидящего рядом. Даже не разбирая издалека выражения лица дракона, я знала – тот остался недоволен увиденной картиной.
Но почему? Я – не его собственность!
Глава 2
– Малявка, он тебе досаждает? – Спокойный тихий голос Зейдана вывел меня из прострации. Мотнув головой, посмотрела на вампира.
– Всё хорошо… пока.
Совсем уж отмахиваться от помощи старшекурсника в борьбе с драконом не стала – кто знает, какие ещё ловушки придумает Айдахар, а я, хоть и обнаружила в себе магию, но тягаться с парнями в заклинаниях не могла.
На плечо легла тяжёлая ладонь. Я бросила быстрый взгляд на тонкие аристократические пальцы, едва заметно сжавшие ткань моего форменного пиджака в знак молчаливой поддержки. Ого, такого за Зейданом раньше не водилось. Он будто в один миг перевёл наше общение на новый уровень.
С простых знакомых и этаких приятелей, где один был словно покровитель, а другой – желторотый птенчик, до чего-то более близкого.
И это тоже не укрылось от внимательного дракона. Пока я пребывала в прострации, Айдахар пересёк разделяющее нас пространство и остановился возле нашего столика. Скользнув по моей фигуре равнодушным взглядом, он зацепился за руку вампира на моём плече и посмотрел Зейдану в глаза.
– Развлекаешься?
– Не скучаю, – послышался ехидный ответ вампира.
– На пару слов.
Приглашающий жест и многозначительный взгляд. Ух, а при нас почему не поговорить? Мне, может, тоже интересно, что он собирался сказать моему приятелю.
– Не дрожи, малявка, я всё решу, – демонстративно склонившись к моему уху, проговорил вампир, обдав нежную кожу щекочущим дыханием. А потом разогнулся и совсем другим тоном добавил, обращаясь к дракону: – Ну пойдём. На пару слов.
Как ни хотелось подслушать, о чём будут говорить старшекурсники, а возможности провернуть это дело незаметно у меня не было. Или…
– Касс!
Чпоньк.
– Чего звала? Я вообще-то занят, – недовольное ворчливое сопение было мне ответом.
– Неблагодарная шерстяная… – Я запнулась, поймав осуждающий взгляд Блум. Она очень сочувствовала наглому коту и всячески его защищала от меня же. Даже после того как Касс стащил её заколку, лишь улыбнулась ему и потрепала меж ушей, когда я вернула пропажу. – Ты мне должен.
– Ну, допустим, я соглашусь, – протянул кот. – Чего хотела?
– Узнай, о чём шепчутся наши голубки. – Я указала кивком в сторону отошедших к дальнему окну старшекурсников.
– О, слежка! – протянул Касс и довольно улыбнулся. – Это я люблю! Это я уважаю!
Чпоньк!
Я с любопытством проследила за парнями, пытаясь разгадать если не слова, то хотя бы настроение обоих. Но, к стыду своему, не смогла справиться с этой задачей. Чтец по губам и физиогномист из меня вышел паршивенький. Бросив эту затею, я отнесла вчерашнюю и сегодняшнюю посуду в специальное окошко приёма.
Закончив с этим, отправилась на поиски нужной аудитории. Времени до звонка было прилично, но я всегда предпочитала прийти заранее, нежели скакать по ступеням под громкие переливы. Тем более в академии, где до сих пор путалась в расположении аудиторий.
К счастью, первая лекция была теоретической, а потому найти учебную комнату было легко: классы для теории располагались на первом этаже.
* * *Свет пробивался сквозь высокие окна класса, играя радужными солнечными зайчиками на поверхности ученических парт. Я старательно конспектировала за профессором Сильваной Эверглейд новую информацию. Сегодняшняя тема значительно оживила скучающих первокурсников.
На небольшом постаменте возле учительского стола стоял серебристый кубок. Он напомнил мне футбольные трофеи из моего мира – такой же пузатенький, с «ушками» из двух ручек, чем-то по форме схожий с древнегреческими амфорами. Только выполнен из металла, и явно не простого. В нём так и чувствовались скрытая мощь и магическая сила.
– Кто скажет мне, что это за артефакт?
Профессор улыбалась мягко, и от неё в целом исходила спокойная аура мудрого преподавателя. Мне нравились уроки истории магии. В отличие от местных, для меня это было не заурядное скучное повествование в духе «что такое воздух», а настоящая сказка. Но сегодняшняя тема, точнее, предмет лекции, взбудоражила даже самых скептических и ленивых студентов.
– Да, студент Фодре, я вас слушаю.
– Это Кубок Вечности! – с благоговейным придыханием сообщил мой однокурсник, высокий стройный брюнет с чёлкой, которая то и дело падала на глаза, заставляя парня постоянно сдувать непослушные волосы.
– Он настоящий?
– Тот самый?
– Это не иллюзия?
По аудитории пронёсся разноголосый шепоток восхищения. Лишь я одна не понимала всеобщего восторга. Кубок, конечно, выглядел великолепно – как в прошлой жизни фанат футбола, я знала, какими желанными могли быть трофейные кубки, – но тут явно крылось что-то ещё. И это что-то ещё я услышала уже через несколько минут.
– Отлично, садитесь, студент Фодре. Уверена, многие из вас и без академии знают легендарную историю этого артефакта, но всё же вынуждена повторить основы основ, ибо вопрос по кубку будет в итоговом экзамене. А ещё потому…
– А он точно настоящий? – всё же не выдержали на задних партах. Брови профессора сошлись на переносице, показывая раздражение педагога ученической несдержанностью.
– Кубок настоящий, но не тот самый, – неохотно ответила профессор и поморщилась. – Как некоторым из вас известно, совсем скоро начнётся отбор в международные межакадемические соревнования имени Пяти Чародеев, который проводится раз в пять лет. Всем академиям были разосланы кубки отбора – точные копии Кубка Вечности, несущие в себе часть магической силы главного артефакта.
По аудитории пронёсся вздох разочарования и сожаления.
– Не спешите расстраиваться, – приободрила нас преподаватель. – Поверьте, даже малая крупица силы истинного кубка способна на многое. Но мы отошли от темы. Откройте ваши тетради и запишите: «История создания Кубка Вечности».
Интерес сокурсников к лекции заметно поубавился после того, как профессор признала, что артефакт не подлинный, но всё равно все послушно достали принадлежности, готовые записывать за преподавателем информацию.
– В далёкие времена, когда мир был не таким, как сейчас, его населяли могущественные чародеи. Древние маги, чья сила была столь велика, что можно назвать их богами. Они даже магами в привычном понимании не были, скорее воплощением самой чистой волшебной силы, энергии. И, как водится, подобное могущество не могло оставаться нерушимым. Среди древних возник разлад, который в легендах принято называть Великим расколом. Чародеи разделились на два лагеря. Одни верили в созидательную силу магии, видели её задачу в сохранении гармонии, баланса и мира. И назвались они хранителями времени. Другие же пошли по пути абсолютной власти. Для них магия была лишь инструментом, позволяющим поработить несогласных и достичь абсолютного бессмертия. И так родились пожиратели вечности. Да, студент… Торстен Дракенфаль? Вы хотели что-то спросить?
– Профессор Эверглейд, но ведь маги и так живут долго, а уж те древние явно имели продолжительность жизни поболе. Неужели им этого было мало?
– Вернитесь в прошлое, студент Торстен, и поинтересуйтесь у них лично, – улыбнулась преподаватель. – А нам известны лишь последствия поступков древних чародеев, но не их мотивы.
Аудитория зашлась тихим смехом, который моментально сошёл на нет, стоило профессору продолжить лекцию.
– Между пожирателями вечности и хранителями времени разразилась война, и война та была страшнее всех, что последовали за нею веками после. Магия, которую использовали древние, была столь велика по силе своей, что начала разрушать саму ткань реальности. Да, студент Фодре?
– Как же они остановились? И не уничтожили всё живое?
– А об этом я собиралась рассказать до того, как вы меня перебили, – ответила преподаватель и улыбнулась. – Чтобы остановить войну и предотвратить уничтожение всего мира, последние из хранителей времени решили создать артефакт, который смог бы объединить в себе силы обеих сторон и восстановить баланс. Для создания этого артефакта они собрали уникальные элементы: песок из реки времени, что течёт меж мирами, как символ незыблемости бытия и постоянства; слёзы пожирателей вечности, в которых сконцентрировалась их жажда власти, как символ раздора, коварства и соблазна; сердце звезды, упавшей с небес, как символ вечности и чистоты. Да, студент?.. – устало спросила преподаватель, в очередной раз прервав повествование из-за поднятой вверх руки ученика.
– Люцилла Ноктфаль, – представилась хорошенькая рыженькая девушка с удлинёнными ушками. Кажется, полуэльф: я пока ещё не успела познакомиться со всеми однокурсниками. – Откуда нам известны составляющие их… кхм… рецепта? И как они смогли собрать столь… кхм… фантастические элементы?
– Хорошие вопросы, студент Ноктфаль, вот только, боюсь, и на них я не смогу дать ответ. Точнее, на то, каким образом великие древние смогли собрать столь, как вы выразились, фантастические элементы. А что касается информации, откуда мы узнали о составляющих… – Профессор улыбнулась, и улыбка её напомнила мне знаменитого Чеширского кота. – Сам кубок рассказал. Но мы никак не перейдём к главному. Дабы более не прерывать лекцию, все вопросы и замечания – после того, как я закончу. Возражения? Я так и думала. А теперь продолжим. Собрав воедино все элементы, хранители времени выковали из небесного серебра Кубок Вечности. Процесс создания артефакта был столь сложен и опасен, что каждому из хранителей пришлось пожертвовать частью своей души, чтобы наполнить кубок магией. Когда же он был готов, древние поняли, что артефакт такой мощи – слишком страшная сила, которая, попав не в те руки, ввергнет мир в хаос. И приняли они решение запечатать самих себя в кубке, дабы дать ему разум и власть контролировать силу и самому решать, в чьих руках находиться. Их души стали частью кубка, наделив его способностью судить тех, кто попытается использовать его силу. Я вижу ваши руки, но все вопросы после лекции. Записывайте на листочке, если боитесь забыть! Прошу помнить и понимать: история Кубка Вечности всё же легенда, пусть и основанная на событиях, что произошли в далёком прошлом. Много лет прошло с тех пор, много веков миновало, и само отношение к артефакту и его функциям изменилось. Как гласят древние свитки, хранители оставили завещание – Кубок должен быть передан будущим поколениям магов, но лишь тем, кто докажет свою мудрость, силу и готовность жертвовать собой ради блага мира. Для этого они создали испытание истины, отсеивающее всех недостойных. А теперь я готова выслушать ваши вопросы.
– Профессор, а где теперь находится Кубок Вечности?
– Отличный вопрос, студент…
– Фрост, Амалия Фрост.
– Да, студент Фрост. Кубок, как и положено по завещанию, хранится у самых мудрейших и достойнейших магов. В сокровищнице Главной академии магии, находящейся под покровительством императора. Под охраной самых сильных архимагов королевства. И лишь раз в пять лет он покидает стены сокровищницы, чтобы блистать на соревнованиях имени Пяти Чародеев.
– И никто не боится, что его могут украсть?
– Смотрю, вы плохо слушали лекцию, – улыбнулась профессор всей аудитории. – Кубок – не просто артефакт. Он живой. Его невозможно украсть или присвоить.
– Пс-с-сть, – услышала я тихий шёпот из-под парты. Привычный «чпоньк» появления Касса не расслышала из-за галдежа в аудитории, поэтому шерстяной начал терять терпение и производить дополнительный шум. На моё счастье, профессор была слишком занята диалогом с учащимися и на нас с фамильяром внимания не обратила.
– Что тебе? – шикнула я, стараясь быть незаметной.
– Неблагодарная! Я тут хвостом и ушами рисковал, чтобы добыть ей информацию, а она…
– Ты узнал, о чём говорили дракон и вампир?
– Узнал, – кивнул кот.
– И?
– И! Надо было быть повежливее. Ариведерчи.
Чпоньк!
Нет, я точно его прибью!
За разговором с Кассом я пропустила несколько вопросов однокурсников, оставалось надеяться, что ничего особо важного там не было.
– Профессор Эверглейд, правда ли, кто кубок может даровать вечную жизнь?
– История пожирателей вечности вас ничему не научила, студент Морнстар?
– Да я же… не к этому спросил…
– Что касается вашего вопроса, это, скорее, красочная легенда, но никому доподлинно не известны границы возможностей кубка. Мы знаем лишь то, что за любую просьбу артефакт требует плату, и чем весомее просьба, тем ощутимее плата. Вероятно, за долгую жизнь кубок потребует пожертвовать самым дорогим.
– Самым дорогим? Это чем?
– У каждого это что-то своё, студент Морнстар.
– Профессор Эверглейд! Можно?
– Ох… последний вопрос. Слушаю вас, студент Ноктфаль.
– Говорят, что сила Кубка Вечности способна изменять само время и пространство…
– Не буду спрашивать, где у вас о таком «говорят», студентка. Но если подобные свойства артефакта и существуют, без сложнейшего испытания для просящего кубок не позволит вмешиваться в ткань мироздания.
– А…
Люцилла не успела закончить очередной вопрос, потому как стены аудитории сотряс звонок. Профессор выдохнула с видимым облегчением.
– Запишите домашнее задание, оно на доске. Увидимся на следующей неделе. Приятных выходных, студенты.
Мы поспешили на выход, запихивая в сумки тетради и книги буквально на бегу.
Выходя из кабинета, я увидела, как профессор бережно убрала кубок отбора под специальный купол у себя на столе. А после поток студентов выплеснул меня в коридор.
Пропустив волну однокурсников вперёд, я остановилась возле окна напротив аудитории, где должна была проходить следующая лекция.
– Ка-а-асс! – протянула я с нажимом, зная, что фамильяр услышит даже мой шёпот.
Чпоньк!
– Чаво?
– Надо бы тебя вежливости поучить, – проворчала я. – Говори, что там задумали эти два охламона?
– А рыбка где?
– Издеваешься? Где я тебе посреди пар найду рыбу?
– Эх, никто не хочет котику рыбку принести. Так и умрёт котик голодной смертью, а вы потом будете дружно жалеть!
– Ты фамильяр и питаешься моей энергией, – возразила я, прекрасно зная основы связки мага с его хранителем. Когда этот наглый комок шерсти появился в моей жизни, первым делом отправилась в библиотеку и изучила всё, что касалось взаимодействия с этими непростыми зверюшками.
– То пища для ума и души, а телу так-то тоже нужно что-то кушать!
– Вечером что-нибудь дам, – ответила я. – Говори давай, время не резиновое.
– Ну-у-у…
– Касс, не зли. Скоро звонок. Давай коротко и по делу.
– Ладно, но будешь должна. Так будет быстрее. – Пройдя ко мне по подоконнику, он запрыгнул на мои плечи и, пока я не успела возмутиться, шваркнул когтем по шее. Каким чудом я его не скинула в тот же миг, не знаю. Но в следующий момент случилось что-то особенное. – Закрой глаза и не мешай.
Я послушалась, потому как ощутила в своей голове присутствие посторонних. Или, вернее сказать, я сама стала таким «посторонним» в чужой голове. Пушисто-мохнатой такой, с длинными усами и остроконечными ушками.
Постаралась расслабиться и не анализировать свои чувства. Передо мной возникла картинка. Непривычно было видеть мир глазами кота, рассматривая всё со стороны пола.
Возле окна столовой стояли двое парней, в которых я без труда опознала вампира и дракона.
– Ты серьёзно думаешь, что таким нахрапом заставишь девушку пойти с тобой на бал? Айдахар, ты ещё больший зверь, чем казался мне до этого.
– Не тебе судить о том, что ей понравится. Или кто.
– Конечно же не мне. Однако даже я знаю, что все девушки мечтают о галантном кавалере, а не о диком животном, неспособном вести простейший диалог. Язык силы и грубости несколько устарел в ухаживаниях, Айдахар. Лет так на… триста.
– Зачем она тебе? – вдруг сменил вектор беседы дракон.
– А тебе? – Вампир демонстративно скрестил руки и вальяжно откинулся спиной на стену возле окна, всем своим видом показывая снисходительное превосходство.
И в этот миг я, а точнее, Касс зацепился лапой за оброненную кем-то миску из-под салата. Та громко звякнула о каменные плиты столовой, привлекая внимание к нашей усато-хвостатой персоне.
– Ты?!
– Что ты здесь забыл, кот? – вторил вампиру дракон, нахмурившись.
– Не обращайте внимания, просто мимо проходил. – Касс выплыл парням под ноги, неспешно переставляя лапы. – Хотя должен признать, что спорить о бале – это новый уровень дна даже для вас. С барышнями нужно действовать тоньше, элегантнее.
– И что ты предлагаешь, кот? – выплюнул, раздражаясь, Айдахар. Зейдан лишь вопросительно повёл тёмной бровью.
– Для начала перестаньте спорить, как два несмышлёных котёнка. Найдите путь к её сердцу… Например, через того, кого она, несомненно, любит и кем очень дорожит. То есть через меня.
Вампир неопределённо хмыкнул, а Айдахар снова начал раздражаться, чувствуя, что из него опять делают идиота.
– Можно начать с порции вкусной рыбки, – продолжил тем временем Касс, которого, судя по всему, окончательно понесло.
– Ты серьёзно? – не выдержал и рассмеялся Зейдан, а я невольно залюбовалась его улыбкой. При мне вампир никогда так открыто и бесхитростно не показывал свои эмоции.
– Абсолютно серьёзно, – кивнули мы с Кассом. – И, кстати, если так и будете спорить, чьи яй… ухаживания круче, можете дождаться, что она выберет кого-то третьего. Например, одного синеглазого эльфёнка. Или даже… преподавателя… а что? В книжках и не про такое пишут.
Мысленно готова была четвертовать этого пушистого засранца. Вот куда его понесло? Остатки кошачьего мозга растерял!
– Каких ещё книжках? – спросил вампир, но Айдахар махнул рукой, прерывая его. И уставился на кота злым, очень говорящим взглядом. Кажется, он собирался разразиться бурной тирадой, но не успел.
– В общем, если хотите преуспеть в приглашении на бал, советую поторопиться. Конкуренция, знаете ли, растёт! И, господа, не забудьте про рыбу!
После этого откровенного подначивания Касс в один прыжок оказался в нескольких метрах от застывших старшекурсников, а после меня буквально выбросило из его головы.