В поисках Зурбагана
Александр Федосеев
В поисках Зурбагана
Стихотворения разных лет
© Александр Федосеев, 2025
© Малышева Галина Леонидовна (ИД СеЖеГа), 2025
* * *
«Боюсь быть не поэтом…»
Удивите читателя или сделайте так, чтобы он улыбнулся: тогда его сердце откроется вам, как будто в руках у вас волшебный ключ. А не сумели ключики подобрать, значит, стихи ваши никого не растрогают, не вызовут отклика и сопереживания. Останутся страницами текста, пусть в столбик и в рифму.
Не достанут до сердца.
И потому не западут в память.
Стишками многие грешат,ты истинным поверь,и силы высшие решат,чья очередь теперь…В стихотворениях Александра Федосеева находишь сразу два заветных ключа: и изумление, и улыбку.
Моё сердце откликается на его строки давно и безошибочно.
Редкий дар у автора, скажу вам, говорить с обманчивой лёгкостью и простотой на самые сложные темы. Переходить от детской, чистой радости открытий к совсем взрослой иронии и самоиронии и тут же возвращаться к серьёзному.
Тем и подкупает.
Так далеко живём мы от войны,что голоса из той дали не слышим.И марши посвящаем им – погибшим,геройством заслужившим тишины.И всё-таки не перестаёт не только волновать, но и радовать.
Слепящее солнце.Глаза зажмурь,не то закроются сами.Теперь на море взгляни – лазурь!Вот стойи хлопай глазами…Третья книга стихов Александра Федосеева собиралась небыстро – минуло 11 лет с момента выхода предыдущей.
Что обо мне как о поэтеузнать общественность могла?!Ведь обстановка на планетевсё время сложная была.Знаете, как сложно предварять долгожданный авторский сборник предисловием после Риммы Казаковой и Николая Тарасенко? Поэты первой величины вступались перед читателем за автора, а он от книги к книге всё как будто сомневается в собственных силах.
Стихи – занятие не главное: —сказал себе.И в воду – бух!Стихов куда приятней плаваньев одной из самых чистых бухт.И сомневается напрасно! Но постоянные вопросы к себе – самые честные. Только зрелые авторы с узнаваемой интонацией и неповторимым стилем так умеют.
В комфорте тоже можно жить,шлифуя каждый стих.Но разве ты поэт, скажи,когда всего достиг?Наверное, потому и держат планку, не роняют.
Если больно, что кричать об этом?Всё равно никто не вникнет в суть.И кому легко?Но лишь поэтамне дано забыться и заснуть.А книга, которую вы уже взяли в руки – очень севастопольская. Тут никакой ошибки быть не может, и Александру Федосееву удалось найти ёмкие и верные слова.
Не мы выбираем город,а он выбирает нас.Цените, современники, возможность услышать автора, разделить с ним обоюдную радость встречи, подержать в руках сборник с автографом. Думаю, с этой книгой их будет роздано предостаточно: тем более, что в посвящениях упомянуто множество творческих людей, коллег по поэтическому и писательскому цеху, таких же талантливых и таких же щедрых душой.
И вот оно – случилось чудо!Сейчас бы воздуха глоток…Автору могу пожелать только одного: новых книг и ещё больше читателей.
Сам же сказал:
Если пишется —нужно писать;если дышится —нужно жить.Ольга Старушко
От автора
Трудно писать о ком-то объективно.
Всегда нужно делать оговорки: я так думаю… Это моё личное мнение…
О себе писать ещё труднее.
Кажется, знаешь всё. Ан нет!
Часто сам себе удивляешься, сам себе противоречишь.
Можно написать автобиографию. Известны дата и место рождения, где учился, где пригодился. Если что-то подзабылось, можно заглянуть в документы.
Но кроме справочных данных существуют чувства, переживания, любовь. Как умолчать о них?
Хочется поделиться.
Хочется рассказать о том, на что откликается сердце. Почему оно то начинает громко стучать, словно желает вырваться из грудной клетки, то молчит. Невольно подносишь к нему руку – живое ли оно?
На эти вопросы пытаются ответить стихи.
Желание рифмовать появилось в юношеские годы. Это была попытка с помощью четверостиший выразить себя.
Начальную школу в освоении стихотворной грамоты я прошёл в армии. Писал стихи о службе, редактировал стенгазету. Были первые выступления на сцене клуба части. Мои успехи были замечены и поощрены отпуском на родину.
После службы я некоторое время посещал занятия тульского молодёжного литературного объединения при газете «Молодой коммунар» (им руководил С.И.Галкин).
Дальнейшая моя поэтическая судьба связана с Севастополем, куда я переехал на постоянное место жительства в 1979 году.
В стихах притворяться нельзя: фальшивая нота всегда будет слышна. Но полностью раскрывать свою душу тоже не стоит. Если не будет вовремя подпитки, почувствуешь пустоту. Для меня написание стихов – испытание духа.
Иосиф Бродский писал: «Поэзия – это не развлечение и даже не форма искусства. Но скорее, наша видовая цель. Это колоссальный ускоритель сознания, как для пишущих, так и для читающих».
Стихи случаются по-разному. Иногда что-то зацепит, и возникают ассоциации. Начинаешь развивать тему. Иногда приходит вдохновение. И… «руки тянутся к перу, перо к бумаге» (А.С.Пушкин).
И снова вспоминается Бродский: «Занятие поэзией служит оправданием твоего существования на земле». Громко сказано. И наверное, не ко всем пишущим это относится.
Но мне поэзия помогает жить.
Стихи помогают понять себя и окружающий мир, найти в нём своё место. В стихах моя философия.
Что касается биографических данных, их легко обнаружить в моих стихотворных строчках. Иногда они самоироничны. Прочитав их, можно кое-что обо мне узнать:
Я родился не здесь, я туляк по рождению…Я живу в Камышах[1]…Хорошо, что я женатый и что дома ждёт обед…Мои любимые места – Фиолент и Балаклава:
Покорила Одиссея тихой бухты красота,Тонкий лирик Федосеев посетил сии места.Многие стихи посвящены Херсонесу и бухте Омега, которые я очень люблю.
Севастополь в этой книге представлен как романтический и как героический город: это и цикл стихов о Крымской войне, стихи о 35 батарее, Сапун-горе и другие.
Я пишу о том, что меня волнует, что меня лично касается. Пишу и иронические стихи, как без них? В жизни всегда есть место для улыбки.
Это моя третья книга.
Я везунчик.
Я горд, что нашёл в своё время понимание и поддержку замечательных людей и больших поэтов: Р.Ф.Казакова написала вступительное слово к моей первой книге «Костёр на берегу», а Н.Ф.Тарасенко – предисловие ко второй книге «Месяц миндаль».
Я благодарен севастопольским поэтам А.Н.Озерову и И.Н.Тучкову за участие в моей творческой судьбе.
Моя особая благодарность за поддержку – председателю Севастопольского регионального отделения Союза писателей России Т. А. Ворониной.
Большое спасибо Ольге Старушко за техническую помощь в издании этого сборника.
апрель 2025
В поисках Зурбагана
Некоторые оттенки Севастополя вошли в мои города: Лисс, Зурбаган, Гель-Гью и Гертон. А.С.Грин «Автобиографическая повесть»
Где-то их уже я видел —эти бухты и предгорья,эти лестницы как трапы,переулочки, фонтан.Или может, мне приснилсяна холмах красивый город?У прохожего спросил я:это город Зурбаган?Может быть, вполне возможно —так ответил мне прохожийи добавил, улыбнувшись:знать могу лишь я один.Был высок и худощав он.На кого же он похожий?Вдруг нечаянно я вспомнил:– Вы Гриневский?– Да… я Грин.Неожиданная встреча!В жизни всё идёт по кругу.И события, и лицав ней мелькают как в кино.Я сказал: вы извините,я хочу пожать вам руку…– Но мы лично не знакомы…– С вами я знаком давно!Я сказал ему: я верю,мир наш создали не боги —фантазёры и поэты.Вам талант особый дан.Не на пристань ли идёте?Если так – нам по дороге.Мне туда, сказал Гриневский,друг на яхте капитан.Тут совсем уж осмелел я:друга звать, наверно, Греем?– Нет, не Греем – друг земляк мне,жили в городе одном.– Ну а где же Грей, скажите?– Стал давно пенсионером,приглашал на дачу, кстати —угостить хотел вином.– А Ассоль – она с ним рядом?Грей тогда нашёл к ней ключик…– Да, – кивнул Грин головою, —друг без друга – никуда.И добавил: пишет сказкии воспитывает внучек,и гуляет вечерамина Приморском иногда.Мы на площади просторной,здесь и весело, и шумно.Бард какой-то под гитарупро любовь поёт свою.Для экскурсии по бухтампредлагается всем шхуна,но никто не предлагаетпосетить мне Лисс, Гель-Гью…Грин, точней сказать, Гриневский,уловил мой взгляд печальныйи сказал: мы можем с вамисовершить сейчас круиз.Попросить могу я друга,и на яхте мы отчалим.Аполлоновка, поверьте —это тот же самый Лисс.– Правда, – с грустью произнёс он —изменилось побережье…Новостройки к акведукуприжимаются тесней.Всё же, если присмотреться,виды все остались те же —дряхлый лодочник всё тот же,что в Гринландии моей.Посетим мы непременно(наша встреча чем не повод?)Каламиту, это рядом,и конечно, Херсонес.Не ищите Зурбагана,больше свой цените город.В переулочки вглядитесь —здесь достаточно чудес.Грин сказал, что он немаломиль проплыл, земель протопал,много мест прекрасных видел…Каждый край – неповторим.Но ему всё время снилсяв синих бухтах Севастополь —самый лучший город в мире.И конечно, снился Крым!Закурил романтик трубкуи пропал, исчез в тумане…Я искал его на яхтах,а потом махнул рукой.Нет, меня не обманул он —Грин обманывать не станет.И по-новому взглянул яна великий город свой.2018Агора
I
Севастопольцы!
Я родился не здесь,не крымчанин я вроде бы,Да и предкам моимбыл в диковинку Крым.Только всё-таки яне чужой в этом городе,Стал давно для меняСевастополь родным.Я родился не здесь,я туляк по рождению,Но был призван на флот,говорят, повезло.Поезд сутки почтив южном шёл направлении,дело было весной,и вокруг всё цвело.Тот запомнился день:всё приснилось мне будто бы…Моря синий простор,корабля силуэт.Полюбился мне городс холмами и бухтамии с Большою Морской —краше улицы нет.Я завидовал жителям —как они счастливы!Так историю знатьи свой город любить!Словно каждый из нихв оборонах участвовал,словно мог сам Тотлебенвсем дядею быть.Все окрестности яобошёл в увольнении.Из меня неплохойвышел бы следопыт.По Малашке не могя ходить без волнения —там был ранен Корнилов,Нахимов убит.Осмотрел высоту,где Истомин командовал,до сих пор на том местеворонки одни.И в музее я долговинтовки разглядывал,и гордился, что сделаныв Туле они.Не случайно назвалибульвар Историческим:я поднялся к немупо тропинке крутой,находился здесь тотбастион героический,о котором писалмой земляк Лев Толстой.Да, Толстой мой земляк,жаль, не смог я с ним встретиться,но нашёл тот редут,где земляк воевал.И увидев берёзку,погладил я деревце,прижилась северянка,украсив бульвар.По проспектам ли шёлили улочкой узкою,каждый раз убеждалсясильней и сильней,что душа Севастополяистинно русская —как в Рязани, Орлеи как в Туле моей.Как не верить в судьбу!Дал мне город пристанище.Севастопольцем сталпосле всех передряг.Я такой не один,есть друзья и товарищи,что не здесь родились,а в других городах.Географию япо знакомым мог выучить.Город всех принимал,не отверг никого.Помнит он: в дни бедывся страна шла на выручку,защищая его,возрождая его.Уж давно на приезжихсмотрю не ревниво яКто нужней здесь из нас?Я судить не берусь.И рождённый в Тверипусть гордится Корниловым,и гордятся смолянеНахимовым пусть.К этим бухтам, холмамя прирос основательно.Севастополь красив,всё здесь радует глаз.Сын России, он ейпо-сыновьи признателен,верно служит он ей,а она верит в нас.2022Столичный город
На Малашке, на Малаховом кургане,деревца стоят – взведёнными курками.Римма КазаковаПусть живу не в столице я,Нет причины роптать.Город мой – не провинция,он столицам под стать.Не Москва и не Питер он,и от центра далёк,но всегда он был лидером,как взведённый курок.И пусть малоэтажный он,не в высотках престиж.К славе города нашегобыл причастен Париж.Заслужил город почести,не смотрите, что юн.Нет у нас Красной площади,есть Малашка, Сапун.Сохраняя традиции,служит родине флот.Город наш не провинция,он – державы оплот!Хоть ему лишь две сотни лет,он судьбой вознесён.Мы живём в Севастополе,в гордом имени – всё!2001Матрос Пётр Кошка
Морская пехота – мужская работа.А.Ф.Когда-то я служил в морской пехотеи службу постигал по мере сил.И был бойцом весьма заметным в роте,поскольку бакенбарды я носил.Всегда морпехи выправкой блистали,я возмужал (гоняли нас не зря).И форма шла мне, и меня прозвалиматросом Кошкой новые друзья.И я не отбивался от кликухи:наоборот, вставал я гордый в строй.Есть прозвища похлеще оплеухи,а с этим – сразу вспомнится герой.И пусть герой тот не носил тельняшку,он был морпехом, видно по всему.И я стоял подолгу близ Малашки,рассматривая памятник ему.У нас, конечно, разные с ним лица,но много я и общего открыл.И стал мне сон один и тот же сниться,что я когда-то тем матросом был.И сон такой не мог вдруг оборваться,я видел, слышал то же, что и он.Огонь, и дым, и крик: держитесь, братцы!И враг не взял тогда наш бастион.Проснувшись, думал: ну на самом деле,а как бы я в бою себя повёл?Боялся ли я ядер и шрапнели?Такой же был на вылазках орел?А если не пришла бы к нам подмога:неужто дрогнул, хоть я и не трус?Какая тут учебная тревога,когда не понарошку прёт француз.Бесспорно, Кошка знал, что есть опасность,но шёл на риск, и Богом был храним.К его судьбе я чувствовал причастность,как будто находился рядом с ним.Что прозвище? Да будь он даже тёзкой,совсем не в этом дело, а в другом.Мы оба из одной семьи геройской,и поквитаться можем мы с врагом.Связь поколений есть! Я в том уверен,и провести нетрудно параллель —матросы в той войне сошли на берег,и мы сойдём с десантных кораблей…Не улыбайтесь. Ни к чему подначки:какой, мол, из тебя, дружок, морпех?Вас уверяю, я служил в Казачке[2],хотя и был росточком ниже всех.Когда мне было трудно – тайны нету,я к памятному месту быстро шёл.Перенимал я как бы эстафету,я у матроса Кошки был стажёр.И каждый раз стучало сердце сильно,когда лица разглядывал овал.А уходя, вставал по стойке «смирно»и рядовому честь я отдавал.2019Адмиралы
П.С.Нахимова не только упрекали в безрассудной храбрости, но и подозревали в нарочитых поисках смерти… Сверкая эполетами, он словно бы дразнил врагов.
Из воспоминаний современниковЗачем Нахимов лез под пули?Зачем Корнилов рисковал?Один сражён был наповал,другого рок подкараулил…Они себя как командирыимели право поберечьи не искать со смертью встреч,надев парадные мундиры.Там, где простреливались склоны,укрыть бы мог их ложемент.Сверкая блеском эполет,они врагов дразнили словно.Должны бы видеть, встав на бруствер:в них кто-то целится опять.Всегда хотелось мне понять:где смелость здесь, где безрассудство?Спят крепко наши адмиралы,Себя им не в чем упрекнуть.Они прошли достойно путь —всегда смерть лучших выбирала.Нет, эта жертвенность собоюне безрассудство, не кураж.Призвав обоих, город нашобъединил одной судьбою.Упали головы на плаху —нет, не на плаху. На алтарь!Бил громко в колокол звонарь,и приутих курган Малахов.Как непривычно флотоводцысмотрелись здесь без кораблей,Но делал воинов храбрейблеск эполет – их позолотца.Руководили не из тылаи поплатились головой,Но кто сказал: закончен бой?Беда защитников сплотила.Явились новые герои,и враг был снова посрамлён.Признался, что бессилен он,хоть многочисленней был втрое.Понёс утраты город-крепость,но смог для всех примером стать.Жизнь за Отечество отдатьготов здесь каждый не колеблясь.2020Генрих Шлиман
Приехав в Россию накануне Крымской войны, Г.Шлиман разбогател, занимаясь частным бизнесом и торговлей. И став подрядчиком русской армии – поставлял некачественное обмундирование.
Владимир Шавшин, «Отзовётся ли бурей полсвета…»Как оказался Генрих Шлиману берегов скалистых наших?Такого в списках не нашли мысредь лиц, Малахов защищавших.Не слышал он сигнал тревоги,не видел трупы, гарь и копоть.Авантюрист с большой дорогимечтал и здесь подзаработать.Он чтил античности героев,а русским зло чинил упорно:им поставлял сукно гнилоеи делал обувь из картона.К нему так денежки и липли,нажиться смог путём обмана:когда матросы мерзли, гибли,сумел набить себе карманы.Пришла пора, и сгинул ворог,а заодно исчез и Шлиман…Потом уже как археологвдруг проявить себя решил он.Он думал, всё ему по силам —открыл он Трою, стал известен.Хотел вернуться вновь в Россию,но государь сказал: повесим!2020Мост через рейд
В ночь с 27 на 28 августа (с 8 на 9 сентября) 1855 года, по заранее наведённому понтонному мосту через бухту, начался отход войск на Северную сторону, который был закончен к 8 часам следующего дня. Неприятель два дня не решался вступить в город.
Из воспоминаний современниковКачался мост длиной чуть меньше мили,и шли войска, их видел супостат.Они не отступали – отходили,в приказах нету слова – «отступать».Не город оставляли, а руины —осады многомесячной итог.И не было возвышенней картины,поскольку каждый выполнил свой долг.Качался мост, и быть могли потери —надежда лишь на Господа теперь…Никто в конец кампании не верил,казалась вечной эта канитель!Крестился кто-то, кто-то зло ругался,но паники не чувствовалось тут.И враг их не бомбил, он сам боялся —а вдруг полки обратно повернут?!А вдруг опять начнётся всё сначала:атаки храбрецов и ядер шквал…Боялся враг. И это означало —он свой успех победой не считал.2003Моря-обереги
2 (14) ноября 1854 года над Южным берегом Крыма пронесся ураган исключительной силы, который был для союзников равносилен неудачному сражению.
Из воспоминаний современниковСтоят у причалов фрегаты, эсминцы,готовые быстро поднять якоря.И всё же они не одни на границе —Россию мою защищают моря.С востока и с запада, с севера, с югапочти что кольцом окружают её.И водная гладь, как стальная кольчуга,удержит удар, если бросят копьё.Надёжный форпост наше Черное море,бушует оно в дни военной страды.В минуты тревоги, опасности, горя,как стражники, волны смыкают ряды.Способны они, вдруг поднявшись до неба,обрушить на недругов ярость и мощь.И спорить с такою стихией нелепо.Никто вражьей силе не сможет помочьИду я вдоль моря и морем любуюсь —прекрасно оно и вблизи, и вдали.А враг не забыл Балаклавскую бурю,что в щепки разбила его корабли.2018Земляк
Когда иду в библиотеку,высок души моей настрой.Меня встречает, как директор,великий мой земляк – Толстой.Его портрет висит над входом,немного выцвел – не беда.И в ясный день, и в непогодуглядит внимательно всегда.Он на портрете очень молод —нет седины, нет бороды.Таким Толстой и прибыл в городв дни Севастопольской страды.И вспомню я – как тут не вспомнить —наш Исторический бульвар.Там на Четвёртом бастионеземляк мой храбро воевал.Тогда кто слышал это имя?Мог каждый день последним стать.Толстой рассказами своимивнушил – мы можем побеждать!В них дух защитников показани нам, потомкам, выдан грант.Не зря же книжечку рассказоввзял на орбиту космонавт.На тот портрет, что перед входом,все с уваженьем смотрят пусть.Я не писал Толстому оды,но земляком своим горжусь.Его я чувствую опеку,хотя ему и не знаком.И мой приход в библиотеку,по сути, встреча с земляком.2021Пётр Кошка и Даша Севастопольская
Да, я матрос; я – Кошка; да – тот самый,чьи подвиги известны всей стране.Нанёс урон я вражескому стану,но речь идёт сейчас не обо мне.Подумать я не мог, увидев Дашу,что Даша настоящий патриот.Решил, что быстро с ней контакт налажу,и стал искать я к девушке подход.Не повезло мне с самого начала.Эх, знать бы, что у Дарьи на уме?Она моей любви не замечала,о раненых рассказывала мне.Её я чарам, видимо, поддался:о ней всё думал, был я сам не свой.Издалека красотке улыбался,принёс цветок ей даже полевой.Я ожидал – внимание отметит,а что сказала Даша? «Не смеши…Не надо мне твоих подарков, Петя,Ты лучше новый подвиг соверши.»Пошёл в разведку я, и отличился,И проявил отвагу я в бою.Не помогло. Зачем я обувь чистили грудь с крестом выпячивал свою!?Меня дразнила эта Дарья словно,сказав, что ей достаточно любви;и что матросы наши поголовноей посвящают подвиги свои.Услышав это, я споткнулся даже,за камень зацепившись сапогом.Так что выходит? Помогает Дашаповерить нам в победу над врагом.А если так, пусть все цветы ей дарят.Зачем же ревновать? В конце концов,как хорошо, что выбор есть у Дарьи —на бастионах много храбрецов.Любовь даёт нам силы, чтоб бороться,и каждый раз, когда звучит приказ,нас поднимают в бой и полководцы,и женщины, поверившие в нас.2019Памятник Екатерине II в Севастополе
Благополучие страны, в конце концов,от сильных личностей зависит, не от культов.У лютеранки-немки русское лицо,не зря такою нам её представил скульптор.Провёл в раздумьях скульптор многие часы,читал указы и разглядывал гравюры.Она освоила чужой страны язык,прониклась духом неизвестной ей культуры.Ей нужно было царедворцев поменятьи в православном храме заново родиться.И всё сумев преодолеть, постичь, понять,смогла державу укрепить императрица.И доказать она сумела много разто, что была весьма решительной особой.Спасибо ей за все труды, за тот Указ —не мог родиться без него наш Севастополь.На постаменте величава и гордастоит она. Дела её преобразили,напоминая севастопольцам всегда,как нужно всем любить страну, служить России.2019II
Россия
Была ты старшая сестраи всем вниманье уделяла.Была добра, была щедра —и вдруг семье ненужной стала.Подбита песня на лету,и ты немного растерялась…Упрёк, обиду, клевету —Пришлось вдруг выслушатьв свой адрес.На что надеешься теперь?Твоё терпенье беспредельно.И предъявляют счёт тебеи тот, и этот князь удельный.Ликуют бывшие друзьяи святотатствуют открыто.Забыта жертвенность твоя,твоя история забыта.И всё же образ чистый твойнародов память сохранила.Была ты старшею сестрой,а в туфлях стареньких ходила.1998Притяжение
Ты и за тридевять земельволнуешь сердце мне глубоко —под южным солнцем не поблёклапейзажей русских акварель.Твоих лесов, твоих степейне выцвели с годами краски.Как материнской, нежной ласки,я жду от Родины вестей.Пусть мне назначено судьбойЖить от тебя вдали, Россия, —никто не вправе и не в силесвязь нашу разорвать с тобой.1994«Отделили нас и не спросили…»
Отделили нас и не спросили —не было нелепее затей…Севастополь тянется к России,как ребёнок к матери своей.1996Мы русские
200-летию со дня рождения Н.В. Гоголя посвящается
Поблагодарите Бога прежде всего за то, что вы русский.
Николай ГогольПусть для кого-то он Микола,для нас привычней – Николай.И полюбили мы со школывоспетый им чарївний край.Кудесник! Маг! Ему по силелишь только Пушкин равным был.Он много сделал для России —и Украину ей открыл.Его герои нам по нраву.И в том его заслуга есть,что съездить хочется в Полтавуи там вареников поесть.Читая Гоголя, дивишься,как много сделал малоросс!О тройка Русь, куда ты мчишься? —опять звучит его вопрос.И классик знал, что делать нужно,он беспокоился о нас.Мы помним те слова о дружбе,что говорил седой Тарас.И разве мы не триедины?Когда все вместе, мы сильны —Сыны России, Украиныи Белоруссии сыны.У нас одни и те же корни,одни страдания от смут.И розпрягайте, хлопці, коней —в России пели и поют.2009Наши девяностые
Как мы могли, как допустили!Наполнен гневом до краёв.В моей стране, в моей Россиине слышно трелей соловьев.Не слышу я журчанья речеки белоствольной рощи зов.Их глушат пламенные речиза демократию борцов.В глазах апатия, усталостьот бесконечной трепотни…И что в нас русского осталось? —переживания одни.Неужто душу (смейся, Запад!)и ты, Россия-мать, прости —мы растеряли на этапахсвоеобразного пути?!Скажите, люди дорогие:а что теперь у нас в цене?Те девяностые лихиепришли по нашей же вине.Ну сколько можно, братья, сёстры,свою историю делить?То из страны вдруг делать монстра,то вдруг о прошлом слёзы лить.Уже который год мы тщетнопрестиж пытаемся поднятьи повторяем вслух зачем-то«Умом Россию не понять!»В календаре смешались даты:где дни утрат, где дни побед?И разве янки виноваты,что в нас осанки прежней нет?И загибать не нужно пальцы —потерь бессмысленных не счесть.К рукам прибрали всё китайцы —китайцам тоже нужно есть.Скажите мне, ну сколько можнотвердить, что всё у нас окей!От слов таких в душе тревожно:что будет с родиной моей?!Живёт спокойно обыватель,его позицию терплю.И я, наверное, предатель,когда спокойно ем и сплю.Я мог пойти бы в лес к берёзам,там лечь в траву и помечтать…Но на возникшие вопросыкому-то нужно отвечать.Как мы могли, как допустили,что вновь проблемы встали в ряд?Что где-то в мире о Россиибез уваженья говорят…2000