Сакральная жертва

– Не волнуйся, дорогая, это машина того самого человека, с которым я должен был встретиться. – Градоверов остановился в двадцати метрах от «Лексуса», повернулся к Удаловой и спросил: – Дима спит?

– Да. Сопит мой мальчик.

– Это хорошо. Я выйду, ты оставайся здесь.

– Ты ведь ненадолго?

– А что?

– Не знаю, как-то не по себе.

– Тебе нечего бояться, дорогая.

– Я не боюсь, но на душе отчего-то тревожно.

– А ты трусиха. Ладно, не переживай. Я скоро вернусь.

Градоверов выбрался из машины и пошел к внедорожнику. Ему навстречу шагнул мужчина в черных брюках и белой рубашке.

– Вы, Аркадий Максимович, не через канадскую границу ехали? Мы здесь полдня кукуем.

– С кем имею честь?

– Болотко Виктор Андреевич, заместитель руководителя Северокавказского филиала НПО «Инициатива».

– Значит, человек Артура?

– Заместитель господина Стешина. Вам предъявить документы или устроить сеанс связи с Артуром Григорьевичем?

– Не надо.

– Отлично. Придется поторопиться, Аркадий Максимович.

– А я что?.. Работайте! Баба и пацан в машине.

– Вы, насколько я понимаю, не желаете видеть, как их уберут?

– Нет уж, избавьте.

– Как хотите. Зрелище действительно не из приятных. Но такова наша работа. Стас! – окликнул он кого-то.

Из внедорожника появился водитель, размял широкие плечи и осведомился:

– Что, работаем?

– Да, на тебе баба, на мне пацан.

– Угу.

– Пошли.

Болотко и Стас направились к «Мазде». Градоверов же зашел за «Лексус», стоял там и покусывал губы.

Вскоре он услышал голос Ольги:

– Вы кто? Что вам надо? Аркадий!..

Крик женщины тут же смолк. Послышался шелест травы, кустарника.

Через пять минут вернулся Болотко и сообщил, отряхивая брюки:

– Вот и все, Аркадий Максимович.

– Вы убили их?

– А что мы должны были с ними сделать?

– Но они хоть не мучились?

– Нет. Мы сломали им шейные позвонки, если вас интересуют подробности.

– Вы оставите их здесь?

– Стас, мой водитель, сейчас закопает трупы. Мы заранее побеспокоились о могиле, так что погребение состоится по христианским традициям. Вот только холмика и креста не будет.

– Вещи их из машины забрали?

– Это придется сделать вам. Я не знаю, что принадлежит бабе.

Градоверов кивнул и заявил:

– Хорошо. Но вещи тоже надо бы в могилу.

– Тогда поторопитесь.

Градоверов прошел до «Мазды», собрал игрушки, одежду мальчика, одеяльце, какие-то вещицы Удаловой, сунул все это в ее дорожную сумку, осмотрелся, не забыл ли чего. Потом он вытащил сумку из машины и пошел в лес.

Водитель усердно махал лопатой, закапывая тела.

– Подождите. Сумку!..

– Бросайте.

Градоверов бросил сумку, нагнулся над ямой и увидел лицо Ольги. Все ее тело и труп сына были уже засыпаны. Глаза женщины были открыты. Она смотрела на него и как бы спрашивала: «За что? Почему ты убил нас?»

Градоверов отшатнулся. Водитель тут же бросил лопату земли на лицо несчастной женщины. Аркадий Максимович поспешил на дорогу.

Болотко стоял у внедорожника и курил.

– Сбросили вещи? – спросил он.

– Да. Я ее лицо видел.

– Ну и что? Откровенно скажу, бабенка так себе. Может, в постели она и была секс-бомбой, а на внешность ничего особенного.

– Она и в постели была никакой.

– Тем более. Но вы, по-моему, расстроены, Аркадий Максимович.

– Я политик, а не убийца, извините.

– Ничего. Вы служили?

– В смысле?..

– В армии служили?

– Нет.

– Оно и заметно. А я на Кавказе такое пережил, что сейчас для меня человека прибить – как муху.

Градоверов вздохнул.

– Выпить бы.

Болотко рассмеялся.

– Помянуть невинно убиенных?

– Просто выпить.

– Выпьете, но не здесь. Я за вас машину не поведу. Как прибудем на место, там хоть до отруба. А сейчас придется потерпеть.

– Долго еще будет возиться ваш водитель?

– Ему не только закопать могилу надо, но и уложить обратно дерн, куст посадить, чтобы никому и в голову не пришло, что там такое.

– Это где-то час?

– Не знаю. Мы вас больше ждали.

– Да все пацаненок. То ему пописать надо, то покакать, то проблеваться.

– Забудьте о нем и о бабе. Сигарету?..

– Давайте.

Градоверов прикурил. Пальцы его дрожали.

Водитель «Лексуса» Станислав Лопотко закончил работу в 18.20, положил очищенную лопату в багажник, переобулся в новые туфли.

– Все, Виктор Андреевич, можем ехать. Старую обувку я по дороге выброшу.

Болотко взглянул на Градоверова и сказал:

– Проезжаем рощу, разворачиваемся и катим в обратку на трассу. Мы впереди, вы за нами, дистанция не менее пятидесяти метров. Если кого-то остановят менты, вторая машина проходит пост, встает и ждет. В усадьбу мы должны прибыть вместе. Вы способны вести машину, Аркадий Максимович?

– Да.

– Прекрасно. Тогда вперед!

Оставшиеся сто километров они проехали без особых проблем. На посту ДПС «Мазду» с московскими номерами остановили, проверили документы и отпустили.

В Новочеркасске внедорожник остановился. Болотко кому-то позвонил. Затем машины подъехали к Свято-Вознесенскому кафедральному собору.

Градоверов был удивлен. Эти люди сейчас пойдут в православный храм?

Болотко позвал его рукой.

Градоверов вышел из машины, подошел к человеку Артура и спросил:

– Что мы здесь забыли?

– Вы крещеный, Аркадий Максимович?

– Конечно, но какое это имеет значение?

– Верующий?

– Не сказать, чтобы очень, однако считаю себя православным.

– Вот! А за невинно убиенных надо что сделать?

– Что? – не понял Градоверов.

– Свечи поставить, заказать службу. Чтобы все было чин по чину.

Градоверов усмехнулся.

– Может быть, еще предложите исповедоваться, рассказать священнику, кто убил этих невинных?

– Исповедоваться вы, господин Градоверов, следователю будете, если попадете в руки полиции. Впрочем, можете оставаться здесь, я недолго.

Болотко вошел в храм.

Градоверов перекрестился на собор и проговорил:

– Господи, прости раба твоего, сохрани и помилуй!

Он не знал ни одной молитвы, обратился к Богу произвольно. Но Всевышний вряд ли его услышал.

Вернулся Болотко и сообщил:

– Ну вот, все сделал как положено. Новопреставленных священники будут поминать на службах целый год.

– Очень рад.

– Жестокий вы все же человек.

– Это я жестокий? – воскликнул Градоверов. – Да я же пальцем никого не тронул.

– Пальцем не тронули, но ведь знали, что ждет молодую женщину и ребенка. Почему не попытались спасти их? Ведь для этого ничего особенного не требовалось. Надо было отпустить их в Рогачевке, дать денег. Они жили бы. Но вы привезли их в рощу, понимая, что там с ними будет. Так кто из нас убийца? Вы или я, всего лишь технически выполнивший то, что было решено вами? Но давайте не будем ссориться из-за каких-то никчемных личностей. Были они, теперь нет. Помолимся и забудем. – Он перекрестился.

То же самое машинально сделал и Градоверов.

Машины покинули Новочеркасск. Градоверов вел «Мазду», соблюдая дистанцию в пятьдесят метров. Он не смотрел по сторонам, только в багажник внедорожника. На душе было скверно.

На какое-то мгновение Аркадий Максимович задумался и едва не протаранил «Лексус». Хотя скорее он в хлам разбил бы «Мазду». Внедорожник начал тормозить, Градоверов не сразу среагировал на это и чуть не врезался. Обошлось. Он встряхнул головой. Но почему затормозил «Лексус»? Градоверов осмотрелся. По обеим сторонам дороги стояли добротные дома. Какое-то село, вероятно. «Лексус» повернул влево и пошел по пологому спуску. Градоверов ехал за ним. Он остановился, когда внедорожник развернулся на площадке перед массивными воротами. За трехметровым кирпичным забором виднелись крыши двух больших построек.

Рядом с «Маздой» вырос Болотко и сообщил:

– Приехали, Аркадий Максимович. Вы чуть было не разбили наш «Лексус». Сильно устали?

– Да.

– Тогда выходите. Артур Григорьевич ждет вас.

– А «Мазда»?

– О ней забудьте. Как и о бабе с ребенком. Она пойдет в утиль.

– Это моя первая машина.

– Но не последняя. Вы возьмете себя в руки или мне помочь?

– Обойдусь без помощи. – Градоверов вышел из машины, и Болотко спросил:

– Вы в салоне и в багажнике ничего не забыли?

Градоверов забрал из бардачка борсетку, вытащил сумку из багажника. От двери будки охраны к нему подбежал молодой человек.

– Передайте ему сумку, – сказал Виктор. – И пойдемте, я провожу вас к Артуру Григорьевичу. Надеюсь, оружия при вас нет? Впрочем, «рамка» в сторожке поймет это.

– Какое у меня, к черту, может быть оружие?

– О! Скоро вы оживете. И это правильно. Говорят, что нельзя забывать прошлого, иначе лишишься будущего. Но всякое правило имеет исключение. Иногда лучше жить настоящим.

– Вы слишком разговорчивы, Виктор Андреевич.

– Точно, пришли в себя. Отлично. Прошу. – Болотко указал рукой на дверь будки, где скрылся охранник с сумкой.

Они прошли по аллее к первому большему дому, похожему на старинный феодальный замок.

– Неплохо вы здесь устроились. А по соседству кто живет?

– Нормальные люди, но наездами. Сейчас там никого. Видимо, хозяева за границу свалили.

– Я не вижу охраны.

Болотко усмехнулся.

– Охрана есть, ее немного, но большего и не требуется. Мы представляем организацию, занимающуюся правами человека, и живем в мире со всеми. И с властью, и с криминалом. Но при необходимости у нас есть все возможности, чтобы защитить себя.

Градоверов указал на второе здание, стоявшее в парке правее и выглядевшее поскромнее.

– А это что за дом?

– Гостевой. На первом этаже большой зал, где иногда Артур Григорьевич устраивает приемы, на втором – шикарные апартаменты. Насколько я понимаю, в данном случае они предназначены для вас.

Они вошли в первый дом и поднялись по мраморной лестнице в холл второго этажа. Здесь на стенах красовалось старинное оружие, дорогие картины, стояли статуи.

Тут их и встретил хозяин усадьбы.

– Аркадий Максимович? Здравствуйте. Извините, ради бога, что не вышел к воротам. Мне как раз звонил босс.

– Добрый вечер. Ничего страшного.

– Я много наслышан о вас. Для меня большая честь принимать в этом доме такого гостя, как вы. Пройдемте, пожалуйста, в кабинет. – Артур повернулся к Болотко и приказал: – Вещи господина Градоверова доставить в гостевой дом.

– Понял, Артур Григорьевич.

– На этом свободен.

– Благодарю.

Стешин повернулся к Градоверову:

– Прошу, Аркадий Максимович.

Он ввел гостя в огромный кабинет, тоже оформленный в старинном стиле. Дубовый стол, массивные кресла, дорогой ковер, портьеры на окнах, шкафы с книгами в кожаных переплетах, хотя вряд ли Стешин когда-либо прикасался к ним. С этой обстановкой резко контрастировали компьютер, плазма на стене, спутниковый телефон на резном столике.

– Присаживайтесь, пожалуйста. – Стешин указал гостю на кожаное кресло, стоявшее у такого же резного столика в углу кабинета.

Градоверов присел, облегченно вздохнул и сказал:

– Наконец-то.

– Устали. Понимаю. Желаете выпить?

– Да, – ответил Градоверов. – Мне это сейчас просто необходимо.

– Что предпочитаете?

– Водку.

– Неужели? – удивился Стешин. – Это несовременно. Сейчас практически все люди нашего круга пьют виски или коньяк.

– А я пью русскую водку.

– Что ж, желание гостя – закон. – Стешин открыл бар в мебельной стенке, переставил бутылки, от чего по кабинету пошел звон стекла, достал водку и осведомился: – Аркадий Максимович, закуску заказать или вы обойдетесь пока лимонными дольками? Ужин я назначил на двадцать часов.

– Не надо ничего заказывать, да и лимона тоже не нужно. От него у меня изжога.

– Как скажете. – Стешин поставил на столик бокал, налил в него сто граммов водки.

– Еще! – потребовал Градоверов.

– Ого! Вы пьете такими дозами?

– Да!

– Хорошо. – Артур долил бокал до краев.

Градоверов выпил водку в несколько глотков, достал пачку сигарет.

– Позволите?

– Конечно.

Стешин выставил бронзовую пепельницу с откидной крышкой и встроенной зажигалкой. Градоверов прикурил сигарету.

– Фу! Отпустило немного.

– Прекрасно. Извините, но больше до ужина не налью.

– Больше и не требуется.

Хмель сразу ударил в голову председателя радикальной политической партии.

Он откинулся на мягкую спинку кресла и заявил:

– Замечу, что господин Штерлих ведет куда более скромный образ жизни.

Стешин улыбнулся.

– Вы бывали в загородном доме Владимира Карловича? Не в том, что недалеко от вашего коттеджа в поселке «Ударный». Я имею в виду тот, который стоит на берегу Истринского водохранилища?

– А что, у него есть и там дом?

– Есть, да такой, по сравнению с которым этот – жалкая хижина. Правда, он оформлен на другое лицо.

– Нет, я там не был.

– Думаю, еще побываете и убедитесь в правдивости моих слов.

– А Штерлих не говорил, долго ли мне гостить у вас?

– По обстановке, но уверяю, вам здесь понравится. Не захотите уезжать.

– Посмотрим.

– Давайте начнем смотреть с сюрприза, который я приготовил специально для вас.

– Знаете, Артур Григорьевич…

– Пардон, давайте просто Артур. Мне так привычней.

– Хорошо, Артур, так вот, в последнее время я все больше стараюсь избегать сюрпризов.

– Но не этого, уверяю вас.

– Да? Что ж, посмотрим.

Артур поднял трубку телефона, стилизованного под старину.

– Мари, зайди!

Двустворчатая дверь тут же распахнулась. В кабинет легкой походкой вошла женщина лет двадцати. Она была в черном платье, обтягивающем идеальную фигуру, таких же колготках и туфлях на высоком каблуке. Цвет платья отлично гармонировал с ее светлыми густыми волосами, уложенными в замысловатую прическу.

– Знакомьтесь, Аркадий Максимович. Это Марина, или просто Мари. Мой сюрприз для вас.