Признание моджахеда

Оператор радостно потер руки:

– Выпить не помешает! Это по-нашему, по-русски! Только где? Здесь в кабинете как-то несерьезно, да и для других пример плохой.

Директор сказал:

– Всем известен ресторанчик, что находится через квартал. Туда и предлагаю пойти. В это время нам никто не помешает!

Сергинский согласился, Галимов сослался на работу и личные дела, Валентина ответила:

– Мне пить нельзя, за рулем! Но компанию поддержу, тем более спешить мне в отличие от Рамазана Галимовича некуда!

Ненашев, как истинный журналист, любивший иногда хорошо выпить, сказал:

– Ну вот и договорились. Идем в ресторан.

Дольский спросил:

– По скольку сбрасываемся?

Директор делано обиделся:

– Ну о чем ты, Володя. Все расходы берет на себя телеканал.

Оператор улыбнулся:

– Тогда можно вырубить ограничитель. И набраться по полной. Лишь бы успеть предупредить официанта организовать такси по нужному адресу.

Валентина одернула приятеля:

– Я тебе нажрусь. Лично следить за тобой буду!

– Сколько угодно, мадам. Но я шучу, Валя. Завтра же лететь. А с бодуна я очень плохо переношу различные перегрузки. Так что ограничитель оставлю включенным!

– Вот это другое дело!

Журналисты прошли в уютный ресторанчик. Заказали спиртное, прохладительные напитки, горячее на обед и всевозможную закуску.

Около пяти часов Валентине позвонил отец. Она отошла к балкону и ответила на вызов:

– Да, папа?

Туркин спросил:

– Слушай, а ты не в курсе, куда поехала Кристина?

– Нет! Наверное, шатается по магазинам. Она до них большая любительница. Да ты ей на сотовый позвони.

– Пробовал. Недоступна.

– Могла нечаянно выключить телефон, Кристина же забывает обо всем на свете при виде дорогих шмоток.

– Ладно, вернется, никуда не денется. Ты-то когда подъедешь?

– Папа?! Тебе скучно одному дома? Пригласи друзей!

– Я тебя понял. Будь осторожна. Пока!

– Пока!

Отключив телефон, Валентина подумала:

«Действительно, где может быть Кристина? Да, она любительница дорогих магазинов, но долго бродить по ним не может. Устает. Или ей надоедают слащавые улыбочки продавцов. Но подолгу она в магазинах никогда ранее не задерживалась и, объехав три, четыре супермаркета, часам к трем возвращалась домой. А сейчас задержалась. Да в принципе и черт с ней!»

Валентина, а тем более ее отец, Борис Анатольевич, даже предположить не могли, что в это самое время в одном из номеров дорого отеля супруга Туркина, Кристина, стонала от ласк жениха Валентины, Сергея Шахристова.

Положив сотовый телефон в сумку, Валя услышала:

– Ленчик, ты посмотри, какая аппетитная телка нарисовалась!

Женщина обернулась на голос. За столиком в углу сидели трое здоровых, короткостриженых, то ли пьяных, то ли находящихся под действием наркотиков парней.

Тот, кого назвали Ленчиком, цокнул языком:

– Да, бабенка что надо!

Он обратился к Валентине:

– Девочка, бросай свою зачуханную компанию, присаживайся к нам. Посидим немного да на природу поедем. Трахнемся. Так, что на всю жизнь запомнишь. Мы умеем доставлять женщинам наслаждение.

Валя брезгливо поморщилась:

– Шли бы, недоноски, в притон. К малолеткам. Таким же безголовым, как и сами.

Ленчик поднялся, взглянул на друзей:

– Кот, Сера! Вы слышали, что эта сучка вякнула?

Ответил Кот:

– По-моему, послала нас на хер!

– Да?

В глазах Ленчика возник стальной блеск:

– Тебя, дурочка, не учили, что за базар отвечать надо?

– Да пошел ты!

– Слушай, сука, да я тебя прямо здесь, на этом вот столе, отымею!

Валентина рассмеялась:

– А есть чем иметь-то? Но если хочешь, попробуй! И ближайшую ночь гарантированно в «обезьяннике» проведешь. Вместе со своими дружками.

Кот попытался успокоить товарища, понимая, что женщина может вызвать охрану, а та милицию. С милицией же троице бездельников встречаться резону не было.

– Да брось ты ее, Ленчик! Телка просто не врубается, с кем базарит. Хрен с ней, пусть валит, такие, как она, у ресторана толпами кружат.

Ленчик указал пальцем в сторону Валентины:

– Вали, но учти, мы еще встретимся. И тогда я порву тебя, как грелку, тварь!

Валентина ответила:

– Грозить пальчиком будешь своим шлюхам, недоносок.