– Это невозможно, – холодно ответил Барсук с глубокой грустью. – Тогда вместе с ним погибнем и мы все. И Владыка с Абрадором.
Велидара обняла Николаса и плакала вместе с ним. Их было не утешить.
– Нужно прерваться, – сказал Волк. – Ливия, поставь нам защиту.
– Хорошо, – ответила она.
Была глубокая ночь. Сияли яркие звёзды. Дымки тумана рассекали небо. Огромная луна Альт смотрела на это всё и тоже ничего не могла сделать. Тёмная-тёмная ночь, но светлое сияние звёзд.
* * *
Павел подошёл к двери, в которой только что исчез Диего.
«Странное, конечно, имя», – подумал он.
Диего лихо спустился вниз по лестницам. Павел проследовал за ним.
– Диего, мы ведь в Империуме? – спросил Павел.
Павлу казались слишком странными эти обшарпанные старые стены, с которых уже лье десять как начала слезать краска.
– Ишь чё захотел! – ответил ему Диего. – Нет.
У Павла охладела кровь.
– Погоди, ты хочешь сказать, что мы в Пределах Орденов?
– Ну я же солют, – ответил ему Диего.
Вскоре они вышли на улицу.
Старые дома были не особо обжиты. Впереди – заброшенная детская площадка. Они прошли мимо неё в районы невысоких домов, почти все из них – четырёх-пятиэтажные.
– А разве солюты – не враги ведающим?
– В каком это воображении? – сказал Диего.
– Это же официальная версия, как же война?
– Нуу, война-то есть. Только Ордена разные есть, даже между собой воюют.
– У тебя свой Орден?
– Ага, – ответил Диего. Они подошли к большому трёхэтажному зданию в таком же стиле.
Войдя, Павлу пришлось немного обходить разбитые стёкла от окон на полу, чтобы не поранить ногу.
– Нужно будет тебе дать другую обувь, – сказал Диего.
Теперь они вошли в огромный зал. Там было людей двадцать. Они упорно тренировались. Раздавался шум ударов и падения на землю. И даже выстрелы!
– Здорово, Диего! – обратился к нему один из самых бойких там. – Чё, притащил к нам своего братика?
– Как видишь, – радостно ответил он ему. – Удачно слетел, наводка чертовски верная!
– В смысле?! – удивлённо спросил Павел. – В каком смысле братика?!
– В прямом смысле, Пашка.
– Ты мой брат?!
Диего долго смотрел на него, улыбаясь. А потом засмеялся. Засмеялись и остальные.
– Забавное у нас с тобой вышло знакомство, Павел! – добавил в конце Диего, похлопывая его по плечу. – Да, я старший сын Николаса.
Все засмеялись ещё громче. Кроме Павла. Для него перевернулся весь мир.
Глава 8
Привал
Николас не сомкнул и глаза за всю ночь. Велидару он усыпил, чтобы она смогла отдохнуть. «Всё-таки ей ещё за младенцем следить», – подумал Николас.
В его жизни многое случалось. Но теперь он себя чувствовал совсем разбитым.
Он не пережил горя потери первого сына. Теперь ему больно думать о потере второго.
Слёз тоже больше не было. «И толку с них, – подумал Николас, – ничего не решат». Он то проклинал себя, то Друма, то Мо Ир. Но последнее проклинать всё-таки боялся, потому что знал, что на всё воля Мо Ира и что ничего просто так не происходит, даже то, чего здесь и сейчас не можешь понять. В конце концов, он ничего не знает о судьбе Павла, вдруг его спасли, вдруг и не нападали.
Все тихо спали. Они были под куполом. Ливия удачно взяла с собой портативный Камень Разума, это даёт им большое преимущество. Кольцо Рассеивания Барсука так и прилипло, как магнитом, к этому Камню, и теперь они невидимы для Ока Эгмы и для птицы Ришар тоже, если они к утру покинут это место.
Николас выпил глоток воды из своей бутыли. «Воду бы тоже экономить», – подумал он. Но набрать точно будет где. Как минимум два места он уже знает.
Ночные звуки лечили его. Он не понимал, почему, но ему стало спокойно. Впервые за долгое время. «Какой парадокс, – подумал он. – Всё становится так спокойно либо когда всё теряешь, либо когда теряешь оковы». Но что именно из двух – Николас не мог понять.
У него был хороший план. Но он старался сильно о нём не думать, чтобы лишних идей не подавать тем, кто захочет его предугадать.
Волки спали мирно. Они так и продолжали быть в подчинении у Эрудира.
«Славный малый, – подумал Николас. – Хотя суть этого малого постарше меня будет».
Он думал о том, как он смог такое допустить! Как сильно он проиграл Друму!
Он ведь был так уверен, что Друм ничего не подозревает!
Глупо…
С другой стороны, можно ли это назвать проигрышем? Ведь Друм сегодня проиграл своего сына, а Николас обрёл верного товарища. Да ещё и какого!