– Во-первых, закорючки будут не простые, а наши, которые мы придумаем. А всем объявим, что закорючки – наша собственность чтобы не смели их подделывать. Во-вторых, они и сами смогут расплачиваться зеленью с другими котами. А самое главное – расскажем, что чем больше зелени у кота, тем он больше уважаем, к этому коту следует относиться более почтительно чем ко всем остальным.
На том и порешили. Работа закипела. Оборвали в ближайших лесах все кленовые листья, наставили там закорючек, поделили, причем Бидон себе взял самую большую долю «за идею», как он сказал, попрятали подальше и объявили: «Кто принесет сушеных мышей или рыб, получит много зелени».
Поначалу обитатели Котогорода посмеивались, глядя на то, как Бидон и компания занимаются собирательством бесполезных листочков, но постепенно, ради любопытства, стали приносить – кто мышку, кто рыбку, кто мотылька, и получали за это немного зелени. А потом расплачивались этой зеленью с другими котами, которые, например, помогали им рыбу ловить или корм готовить. Со временем зелень прочно вошла в жизнь обитателей Котогорода. Они даже и представить не могли как без неё обходились раньше. Каждый старался всеми правдами и неправдами заполучить себе побольше кленовых листьев с закорючками.
Особенно преуспели те, кто сам не охотился, не рыбачил, не делал кошачьего корма, а менял зелень на пищу у рыбаков или охотников, которую отдавал другим котам, но уже за гораздо большую цену. Сами себя они называли Котогархами. Дошло до того, что Котогархи перестали вылезать из своих домиков, а рыбаки да охотники сами приносили добычу тому, кто её заказывал у Котогархов. Котогархи от заказчиков получали зелень в уплату, а трудягам – котам отдавали лишь мизерную часть. Котогархи лежали на своих подстилках, покрикивали на трудяг, да считали зелень. От такого образа жизни они начали жиреть, лапы почти перестали работать. Поэтому им пришлось завести себе прислугу, которая подносила пищу и убирала объедки, и личных ветеринаров, которые лечили их от ожирения. А чтобы никто не смог завладеть их зеленью, Котогархи завели себе охрану из числа наиболее рослых котов. В обязанности охранников входило и усмирение тех, кто выступал против установленных Котогархами порядков.
Жизнь в Котогороде совершенно изменилась. Обитатели разделились на Котогархов, трудяг, прислугу, ветеринаров и охрану. Больше всех работали трудяги и прислуга. Но как бы много они не работали, зелени всё равно у них больше не становилось. Её хватало только на то, чтобы кое-как сводить концы с концами, кормиться самим и кормить своих маленьких да стареньких родственников. Некоторые из трудяг и прислуги мечтали стать Котогархами чтобы также ничего не делать. Такие коты всячески превозносили Котогархов, считали их предметами для подражания и обожания. И чем больше зелени было у Котогарха, тем подобострастнее вели себя его обожатели. А сами Котогархи, которые в основном находились в Комерике, Которопе и дворах им подражающих, уверились в своей исключительности и даже в том, что это они полностью управляют Котогородом, а все их желания должны безоговорочно исполняться. А их мнение по любым вопросам является единственно правильным. Если в каком-то дворе были не согласные с мнением Котогархов Бидон приказывал охране закидать его гнилыми помидорами при помощи котопульты, да так, что двор был сплошь устелен зловонной тухлой красной жижей, через которую обитатели не могли никуда пробраться, и приходилось целыми неделями разгребать эти завалы.
Однако не все обитатели Котогорода так уж безоговорочно подчинились влиянию Котогархов. Некоторых это не устраивало. В основном это были дворы, расположенные на востоке и на юге. Так уж исторически сложилось что в этих дворах селились самые своенравные коты, закаленные уличным соперничеством. Они имели свои законы, традиции, обычаи, привычки и совершенно не хотели с ними расставаться, хоть это и не нравилось Котогархам. Как ни старались Котогархи, но подчинить себе обитателей этих дворов у них никак не получалось. Они только угрожать им могли гнилыми помидорами, да еще тем, что не дадут больше зелени. А для устрашения периодически закидывали из котопульт некоторые небольшие восточные дворы тухлыми яйцами, которые охранники воровали из птичьих гнезд и специально хранили в жарких местах.
Обитателям Котиссии больше всех не нравилось такое положение дел, а особенно то, что Котогархи всем навязывали своё мнение и образ жизни, традиции других дворов совершенно не учитывали и даже не обращали на них никакого внимания. Снежок, несколько раз предлагал Бидону и котам Которопы изменить существующий порядок, чтобы всем хватало зелени и пропитания, чтобы каждый уважал обычаи и традиции других дворов, но они только отмалчивались. Однако Бидон начал опасаться, что Снежок соберет много сочувствующих котов и на этом господство Котогархов может и закончиться.
Задумался Бидон, как-же успокоить этого Снежка чтобы он больше никогда не мешал Котогархам? Котиссия от Комерики далеко. Да и двор этот довольно большой. Просто так гнилыми помидорами не закидать. И гнилых помидоров у самой Котиссии имеется достаточно, не ровен час, обратка прилетит. Думал-думал Бидон, и придумал.
Позвал он к себе Зилю, старшего Котаины, и говорит:
– Хочешь много зелени дам тебе? И к Которопе присоединю? А охранники мои защищать тебя будут?
– Конечно! А что сделать нужно?
– Размести моих охранников, котопульты, тухлые яйца и гнилые помидоры у себя во дворе. А котам своим скажи, что это защита от Снежка, потому что он хочет Котаину захватить, а из Котаинских котов сделать Котисских. А я об этом всем котам в Которопе расскажу.
– Да ведь неправда-же!
– Правда, неправда, тебе какая разница! Правда – это то, что я сказал! А то зелени не получишь вообще. И про Которопу можешь забыть навсегда. И охраны не будет никакой.
Пришлось Зиле согласиться.
Здесь нужно сказать, что прежде Котаина и Котиссия были в одном Союзе. Туда же входили Котуссия, Котобалтика, Котостан, и еще много других дворов. В Союзе все дворы вели совместное хозяйство, готовили корм, охотились и рыбачили. Но Союз не нравился Котогархам – он был слишком большой и независимый. Тогда подговорили они некоторые дворы на то, чтобы те вышли из Союза и стали вести собственное хозяйство. Посулили им помощь зеленью и охраной, присоединить к Которопе пообещали и обманули, впрочем, как обычно. Но цели своей добились – эти дворы стали полностью зависеть от Комерики и Которопы, исполнять все их приказания и отдавать за бесценок свои запасы. Только Котиссия да Котуссия воспротивились. А Котаина сомневалась какую сторону ей принять – подчиниться Бидону или остаться независимой. Но после разговора Зили с Бидоном, подчинилась окончательно.
Начал Зиля котам своим рассказывать какой Снежок нехороший – вынашивает планы по захвату Котаины, хочет из неё Котиссию сделать, а их превратить в Котисских котов. И некоторые коты Котаины поверили. Начали вооружаться тухлыми яйцами да скакать по улицам с песнями, в которых не было никакого смысла: «Кто поскачет – не Снежок! Возьми в руки лопушок!», «Снегаляка – траляляка». А из самых ретивых Зиля воспитал отъявленных головорезов, которые даже своих Котаинских котов обижали, и посадил их на поводок. Не всем, конечно, котам Котаины нравилось то, что происходит. Но они считали, что их это не касается и не вмешивались в происходящее.
Головорезы почувствовали себя самыми главными в Котаине. Им было всё разрешено. Они надели повязки на головы и маршировали по двору с целью устрашения тех, кто их не поддерживает.
Котаинские коты разделились – одни были за Зилю с головорезами, другие соблюдали нейтралитет. Были и те, кому не нравилось такое положение дел в их родном дворе. Однажды некоторые из таких котов собрались возле своего дома и стали выражать своё несогласие с Зилей. Тогда головорезы загнали их в этот дом и подожгли его. Кое-как котам удалось выскочить из огня, а некоторым и не удалось… С теми, кто выскочил головорезы разбирались по-своему и больше эти коты никогда своё несогласие не выражали – боялись. В других концах двора тоже были недовольные. Коты одного дома, на границе с Котиссией, решили отсоединиться от Котаины и присоединиться к Котиссии. Головорезы тут-же ринулись усмирять непокорных, но Снежок их угомонил. В других домах Котаины тоже было много недовольных, но большая часть из них говорила: «Меня это не касается, моя хата с краю». А вот два дома решили не подчиняться Зиле. Тогда головорезы пришли к ним. Но коты этих домов дали им отпор и головорезы ничего не смогли с ними сделать.
Бидон прислал своих охранников, понатащил из Комерики да из Которопы котопульты, гнилых помидор и тухлых яиц. Кричать начал на весь Котогород: «Снежок на Котаину нападает!». А Снежку объявил: «Послушай меня, Снег! Теперь ты будешь полностью мне подчиняться. А на берегу речки в твоем дворе мои коты будут для меня рыбу ловить. А фабрики Котиссии по производству кошачьего корма моими будут. А если что не так – Зилиных головорезов спущу с поводка, у них полным-полно тухлых яиц!».
Тут-то терпение Снежка и закончилось. И начали жители Котиссии закидывать Котаинских головорезов пареной репой из котопульт новой, улучшенной конструкции. Бидонские охранники, увидев летящую на них репу, сбежали за речку да с такой скоростью, что ветер поднялся по всей Которопе. Вслед за ними побежал и Зиля, но не пустили его ни в Комерику ни в Которопу. Пришлось ему удрать в окрестные леса, где он скитался в полном одиночестве, пока его не простили.
А коты Котаины, что молча по домам сидели да обиды от головорезов терпели, завыли на все лады: «Снежок на нас пареной репы накидал, наши дома испортил!». Этот вой коты Которопы подхватили и Комерики. Но не слушал Снежок, кидал репу в головорезов пока их всех не завалило. Тогда обитатели Котаины приползли к Снежку: «Прости нас, Снежок! Заморочил нам голову Зиля проклятущий, застращал головорезами своими! Не будем скакать мы больше, хотим быть братьями с тобой!». «Ну что ж, если против нас ничего замышлять не будете – живите как нравится», – ответил Снежок. А сам задумался: «Здесь то у Бидона не получилось, но ведь козни свои он опять строит. Сделать нужно что-то такое, чтобы впредь ему неповадно было стравливать котов меж собой да трудяг с прислугой эксплуатировать».
Собрал Снежок других старших котов из соседских дворов восточных и южных окраин, и сказал: «Давайте что-то думать». И придумали: «Зачем нам в принципе зелень? Может просто обмениваться будем тем, что у какого двора есть?». На том и порешили. Из Котуссии несут мышек, из Котиссии – рыбу, из Котоланда – насекомых, из Котая – сухой корм, в общем – какой двор чем богат. А берут то, чего во дворе не хватает. И стало везде всего достаточно, зажили в этих дворах, как и прежде: занимались работой, охотой, рыбалкой, обменивались продуктами, а в свободное время бегали, прыгали и веселились.
В Комерике, Которопе и им сочувствующих дворах стало происходить необъяснимое. Никому зелень не нужна стала. Прислуга разбежалась по своим дворам, никто не носит Котогархам ни еды, ни питья, некому убирать их жилища, даже охранники поразбежались куда-то все. А Котогархи сами-то уж ничего делать не могут. Разучились и разжирели. Кричат на весь Котогород: «Нате вам зелени, несите нам еды!». А в ответ только и слышат: «Не нужна нам ваша зелень, и ничего вообще от вас не нужно». Тут и завыли Котогархи: «Помогите! Помогите! С голоду умираем, опухли уже все полностью!». И решили тогда старшие коты собрать их в одном из пустующих дворов, чтобы заново научить двигаться, охотиться и рыбачить. А уж после этого – пусть расходятся по своим дворам и кормятся самостоятельно.
В Котогороде началась прежняя жизнь, все были сыты, охотились и рыбачили, в свободное время веселились или просто нежились в своих укромных любимых местах. Никто им не диктовал что и как они должны делать, никто не заставлял работать и прислуживать. А кленовые листья с закорючками разложили по тем местам, где коты в туалет ходят, для гигиены.
3. Болезнь
Жизнь в Котогороде течёт своим чередом, размеренно и беззаботно. Коты занимаются любимыми делами, нежатся в тепле или бегают с друзьями по деревьям. Правда, приходится искать пищу и готовить корм, но это даже и заботами-то назвать нельзя, коты с удовольствием этим занимаются – не всё же время развлекаться.
Конечно, случаются и в Котогороде проблемы. Коты иногда болеют. Начинают, казалось бы, ни с того ни с сего, кашлять, поднимается температура, одолевает слабость. Но они знают, что делать в этом случае. В Котогороде есть свои ветеринары, которые собирают лечебные травки, сушат их, смешивают, перетирают в порошок, словом – готовят лекарства от любого кошачьего недомогания.
Чтобы назначить то или иное лекарство ветеринары сначала внимательно осматривают приболевшего, расспрашивают что с ним не так и только после этого приступают к лечению. А для профилактики всем обитателям рекомендуют периодически кушать лечебные травки, рассказывают, как их отличить и где они растут.
Ветеринары помогают не только жителям Котогорода, но и обитателям окрестных лесов. Если кто из котов заметит приболевшего лесного жителя – он сразу сообщает ветеринарам, которые немедленно приступают к лечению. Для Котогорода здоровье жителей окрестных лесов очень важно, ведь они питаются грызунами, птичками, насекомыми. Больная мышка, если попадет в пищу, может заразить обитателей Котогорода. Но ветеринары, да и вообще все жители Котогорода, очень внимательно относятся к здоровью и не допускают заражений.
Всем хорошо было жить в Котогороде, и только Бидон вынашивал коварные замыслы как бы насолить тем, кто его заставил работать. Как хорошо было прежде! Лежишь себе на подстилке, а тебе еду приносят, убирают, моют… А сейчас всё сам. Такую схему классную придумал, а они всё разрушили. Обидно! Как бы наказать их всех?
С такими мыслями он частенько прогуливался по улицам города и окрестностям. Однажды Бидон как-то уж слишком сильно задумался и зашел глубоко в лес, а там увидел лежащую на траве летучую мышь. Он подошёл ближе. Мышь была жива, но как-то неестественно лежала, распластав крылья, даже не пытаясь улететь. Вообще-то летучие мыши очень пугливы и поймать такую добычу даже для самого ловкого кота большая удача, но эта просто лежала на траве, шевелила головой, а глазки её испуганно вращались.
«Странно, – подумал Бидон, – больная, наверное. Только не слышал я такого, что больной не мог пошевелить ни лапами, ни телом, а голова работала». Любой другой кот сразу бы забил тревогу, но только не Бидон. Он аккуратно и осторожно перетащил мышь в укромное место, прикрыл её лопухом и побежал к себе во двор. Там собрал своих ветеринаров и в строжайшей тайне поведал им о находке. Поручил тут же проследить за её состоянием. Ветеринары несколько раз наведались в то место, где Бидон обнаружил больную и выяснили, что она не одна там такая. Неподалёку целая колония летучих мышей была в таком же состоянии.
А через день один из ветеринаров тоже слег, и стало понятно, что болезнь заразна и грозит всему Котогороду. Но, несмотря на опасность, всё равно никого не предупредили. Придумали для себя защитные костюмы, одели их и под покровом ночи собрали всех больных летучих мышей в одном месте. Стали наблюдать. А производить подробные обследования побоялись – есть опасность, что сами заразятся и заразят своих близких. Но Бидон всё настаивал – давайте, мол, поподробнее изучим что это за болезнь, может как-то используем эти знания против наших врагов, которые, к слову, врагом Бидона не считали.
Как же проводить обследования, если есть опасность заражения? Нельзя же больных мышей нести к себе во двор. Но в другой-то двор можно! Даже если и заразится там кто – не страшно, ведь это коты не своего двора. Бидон собрал общую сходку старших котов Котогорода и стал рассказывать, стращать:
– Нам всем грозит страшная опасность. Мы все можем погибнуть от неизвестных болезней. Нужно в каждом дворе организовать лабораторию по их изучению.
– Что-то какое-то странное предложение, – сказал Снежок, – наши ветеринары и так все вместе работают. Как только появляется больной, хоть кот, хоть лесной житель, они его успешно лечат. Если и будет неизвестная болезнь, они быстро найдут лечебные травки и сделают нужное сочетание чтобы вылечить больного. Поэтому считаю, что нам не нужно ничего подобного.
– Да и нам, – поддержал Батька и старшие коты восточных дворов.
Потерпев неудачу на общей сходке, Бидон стал действовать иначе: по одиночке разговаривать с каждым старшим котом, сулить им помощь, еду, ветеринаров, охрану, а некоторых и устрашал. Не соглашались сначала коты, но всё же некоторые не выдержали и уступили. Центры по изучению неизвестных болезней были организованы в Котае, Котузии, Котаине и еще некоторых дворах.
В этих центрах и стали изучать больных летучих мышей. А чтобы сохранить свои исследования втайне их окружили высокими заборами и обеспечили охраной. Работали в центрах специальные сотрудники – коты, которых называли исследователями. Первое, что они выяснили – летучая мышь после заражения не ощущает никакой болезни, занимается своими мышиными делами и заражает каждого, мимо кого пролетает. Только на следующие сутки она чувствует слабость, вялость и впадает в оцепенение.
От этой болезни исследователи не имели никакого лекарства, поэтому каждая заболевшая мышь умирала. А вот от мышей заражались не все коты подряд. Поначалу оказалось, что в основном заражаются коты светлой окраски – белые и серые. А вот темные почему-то нет. И пример тому – Бидон, который первым и нашел больную летучую мышь, но не заразился. А ветеринар Комерики серого окраса – заразился и потом умер. Об этом доложили Бидону, который с нескрываемым любопытством отнёсся к такой информации, ведь все его обидчики были как раз белого или серого окраса, и если запустить заразных летучих мышей к ним во дворы…
Так как испытания на котах в Котогороде запрещены, Бидон решил действовать хитрым способом. «Предложите местным котам во дворах, где мы расположили наши исследовательские центры, принять участие в экспериментах, а взамен пообещайте много вкусной еды. Да не забудьте рассказать, что наши эксперименты совершенно безопасны. А нужны они для того, чтобы лечить котов новыми эффективными лекарствами», – сказал он исследователям, и те приступили.
Поддавшись уговорам, в Котае несколько местных котов согласились провести на себе эксперименты. Их заразили неизвестной болезнью летучих мышей, которую назвали «Мыширус». Заражали совсем небольшой дозой чтобы болезнь протекала в легкой форме. Во время лечения испытуемые находились под наблюдением в центре. Исследователи применяли разные комбинации лечебных трав, и наконец им удалось найти и лекарство для лечения и вакцину для профилактики. Правда, не без побочных действий. У некоторых ухудшилось зрение, а у некоторых стали болеть лапы.
В тех же центрах выяснили ещё одну интересную вещь: если поймать летучую мышь в окрестностях Котиссии и выпустить её из Котаины, например, то эта мышь летит обратно в Котиссию. Бидон был вне себя от радости. Теперь у него есть Мыширус, чтобы заразить неугодных котов, и способ, как доставить Мыширус в их дворы, и вакцина, чтобы самим не заразиться.
По окончании эксперимента всех испытуемых отпустили восвояси. Но произошла ужасная трагедия. Исследователи не долечили одного кота и тот в течении нескольких дней заразил всех своих близких. А те – других, с которыми общались. И через три дня уже несколько десятков котов в Котае лежали без движения. Узнав о таких новостях Бидон приказал срочно завершить работы во всех центрах, исследователям прибыть в Комерику, а все следы, кроме вакцины, уничтожить.
Тем временем в Котае началось что-то невообразимое. Почти все коты лежали без движения и количество больных увеличивалось с невероятной скоростью. Ветеринары сбивались с ног, но ничего сделать не могли. Постепенно беда пришла и в другие дворы. Сначала в Которопе появились больные, потом в Комерике, а потом и в Котиссии. Ни одного двора в Котогороде не осталось в котором бы никто не болел. Стали принимать срочные меры чтобы здоровые не заражались. Заболевших помещали в отдельные дома, куда заходить могли только ветеринары, да и то в специальных костюмах. А здоровым котам строго-настрого запретили выходить на улицу без срочной надобности – только если нужно пропитание, да и то в специальных масках.
Многие так и поступили. Но находились и такие, кто не верил, что может заболеть. Такие несознательные коты слонялись без дела по городу, собирались целыми компаниями и веселились. Более того – ходили в другие дворы просто так – посмотреть, как там дела. И, конечно, заражались Мыширусом. Потом возвращались к себе домой и заражали своих родных. Ветеринары день и ночь придумывали лекарство от новой напасти и вакцину, чтобы больше никто не болел. Они же не знали, что в Комерике-то уже всё это есть. А Бидон никому и сам не говорил, и своим приближенным строго-настрого запретил об этом рассказывать. Решил: «Подожду немного, а потом предложу вакцину за очень-очень большую плату».
Поначалу Бидон испугался того, что натворил. А потом вспомнил что докладывали его исследователи и успокоился – сейчас все светлые коты заболеют, а может и умрут, а в Комерике да Которопе всё будет хорошо. Однако всё пошло не по его плану.
Оказалось – наоборот, коты со светлой окраской заражались гораздо меньше и болели значительно легче, чем темные. Вероятно потому, что это были самые закаленные коты, с очень высоким иммунитетом ко всяким болезням. Более того, ветеринары Котиссии очень быстро нашли способ изготовления вакцины, сделали всем котам своего двора прививки, вакцину стали бесплатно предлагать своим соседям, да и вообще всем жителям Котогорода. Бидон забеспокоился – кому же он свою вакцину будет продавать, если Снежок свою бесплатно раздаёт? Начал кричать по всему Котогороду: «Вакцина Снежка не такая, как нужно! Не берите её! Кто возьмет – с тем дружить не буду! Берите мою вакцину, а я вам скидочку организую небольшую».
Постепенно все заболевшие в Котиссии, Котуссии, Котае и дворах на востоке и юге Котогорода, были излечены от Мышируса, новых больных не появлялось благодаря вакцине. А в Комерике и Которопе ничего не кончилось. Мыширус валил всех подряд. Ветеринары сбивались с ног, не спали ночами и ещё долго пытались справиться с напастью, боролись с побочными действиями Бидонской вакцины, просили Бидона: «Давайте возьмем вакцину у Снежка, гораздо быстрей справимся!». Но нет, Бидон был непреклонен: «Никакой Снежковой вакцины не будет у нас, потому что Снежок мне не друг! И кто из старших котов других дворов возьмет его вакцину – на того обижусь до самой смерти!»